Большие снега
Шрифт:
VII. Миле Доротеевой
Как жаль,что вы не видели океана,этой дымно сгустившейся, но прозрачной мглы,медленно выкатывающейся из туманана базальтовые углы.Скопидом,он раскладывает груды кораллов,листы ламинарий, скелеты морских ежей,перья высохших крабов, обрывки потерянных тралов,поплавки – рассвета нежней.Мот,расшвыривает богатствав камни, в грохот, в пучину,куда-то на скальное дно —в мир погибших надежд, в мир какого-то вольного братствачаек, волн, кораблей – всех, кто с ним заодно.Как жаль,что вы не видели океана,как, начавшись пластинами ало прозрачной слюды,он лениво и медленно выкатывается из тумана —посмотретьна моиследы. Мыс Марии
Порою мой стих непонятен. А пение птиц понятно? оно в рифму?
Посвящение
У любви гусиная кожа, а глаза широко открыты.Обещать и пугать умеет, обещать и терпеть умеет.Как мальчишка, молчу и верю, что сейчас под широкой ельюголос вспыхнет, шаги услышуи уйти уже не посмею.Тишина, только птица рада закричать и умолкнуть снова.Ты боишься придти? Не надо. Кто посмеет в нас бросить слово?Ты не тронула, не украла, не унизила сердце ложью,не попрала чужого права,ведь дающий отнять не может.У любви гусиная кожа, а глаза широко открыты.Обещать и пугать умеет, обещать и терпеть умеет.Жду и верю.А ночь как улица.Фонари вдоль нее сутулятся.И то вспыхнут, то снова сядут,но совсем погаснутьне смеют. I. Стихи о неузнанной любви
Сохрани неузнанной любовь.Я проверил сказанное кем-то:утром вышел к морю, но на морене взглянул, прикрыл глаза ладонью.Лишь в воображении предсталипальцы моря на песчаных пляжах,веточки ободранных актиний,лунные медузы, хлопья пены,над которой в запахах йодныхколдовали черные бакланы.Не взглянул на море, отвернулся,шел по дюнам, обгоняя тени,стебли долгих высохших растенийлопались, так лопаются струны.А сейчас тревожно, так тревожно,будто я на зов не обернулся,женщину оставил, жизнь оставил,проверяя сказанное кем-то:сохрани неузнанной любовь. II. Стихи о тебе
У тебя короткие волосы, выгоревшие на солнце.Когда-то они были по пояс, и я люблювспоминать тебя выходящей из моря,с волосами, струящимися по плечам,как поток водопада.У тебя короткие волосы, выгоревшие на солнце.Когда-то они были по пояс, и я люблювспоминать тебя выходящей из моря,с волосами, ниспадающими на плечи,легкими, как осыпающийся песок.И когда мне случаетсяне видеть мужчин и женщин,даже нерпы не видеть, забираясь куда-нибудь в глушь,забывать о селениях, и о ладонях,видеть просто деревья,ручьи,валуны,а на осыпях струйки песка,я могу расшибиться в маршруте,утонуть во взбесившейся речке,потеряться в лесах,но меня не коснется тоска. III. Стихи о бессоннице
Насчитаю десять предметов,припомню десять событий,перечислю десять имен,но десять дней за спиноюи их не вернуть.Расточитель! —как песок между пальцами их пропускал,не следил за секундною стрелкой.Что секунды? —века!Это старая истина, иостается считать, вспоминать, удивляться,повторять имена, избегая твое называть.Ах, твой город! —он пуст без меня в эти дни.Там остались лишь вещи,тротуары и лестницы, лужи на черных дорогах,и, когда ты идешь, – серебристые капли дождя в волосах.Насчитаю десять предметов,припомню десять событий,перечислю десять имен,но сон не приходит,но сон не приходит.И если не могу уснуть с именем твоим на губах,как усну без имени твоего? I V. Стихи о твоем присутствии
Ты – один из контактов, вечно светящихся, обожженных,шумы мира, скандалы, легендыпринимал через губы твои,их целуя.А потом уходил,в те леса, где первична иссохшая ветка,где первичен ручей, где ружье не обманет,если ты его ложу сберег, если ложа сияет, как женская кожа,а курки и стволы не слыхали о ржавчине, гдеможет гром обмануть, и обвал прогреметь, засыпая твой след,но следы не обманут,и всегда приведут тебяк стойбищуили к реке.О, ты – руки, которые жар мой снимают!Ты – глаза, сквозь которые мир мой колючий, дождливый,походя, как в волшебном стекле, превращается в добрый и лунный,небеса принимают небесную синь, море – зелень морскую,кровь становится цветом в вино, а ружье,то, в которое верю,превращается просто в игрушку,игрушки всегда безопасны.О, ты – губы! Они мне напомнят и ночью о Солнце,о чем-то тропическом, доледниковом,я не знаю, о чем, но быть может, о рае,о потерянном,давнем…Все, чего я касался,все, о чем тосковал,все, чего не хватало,это – ты!Даже мхи, на которые падал без сил,ощущая их дикую эластичность,и тугие стволыкленов,елей,берез —это ты!Никогда я с тобой не прощался, не терял тебя даже на миг,потому что леса, берега и вершиныбыли частью тебя, были просто тобой, без обмана,хотя лес обмануть может очень легко,даже море обманет,как бывало, когдапринимал за русалкуобычную нерпу. V. Стихи о твоем городе
Ты так произносишь мое имя,что мне становится тепло.Ты так произносишь мое имя,что город, окруживший нас каменными кубами,небо, покрывшее нас темными облаками,небо, в котором живут птицы и самолеты,становятся вдруг моими.Но твой – этот город.Идем по скрипящим мосткам,считаем деревья, в киосках листаем газеты.Вот парк, вот река, вот скала – голубой истукан,вот ветви черемух, что шквалом вчерашним задеты.Невежливый город.Я в спор его снова втяну,нарушу покой его старых запущенных улиц,чтоб слуги его нам не ставили завтра в винуне ими отпущенных,и не для них,поцелуев.Невежливый город.Он смотрит, расширив глаза,закутанный в дым, ухмыляется, злостный курильщик.И немо, и страшно глядятся глухие лесав ужасный разливэтой зановоначатойжизни. VI. Стихи обо мне
Христо Ганову
VII. Стихи о дне похищения
…ты, наверное, былав белых глыбах риолита,привезенного вчера.…или в лиственничных перьях,или в школьной городьбе,в облаках, в дожде, в капели,в Солнце, в птицах и в судьбе.…фиолетовое небов раме ясного окна,ты была тогда и в этом.И стояла тишина.Да такая,что на небе,на земле и на водетосковали не о хлебе,тосковали о тебе.Тосковали все —машины,люди,вещи,чудеса,отдаленные вершиныи ближайшие леса.Зависть правила мирами,потому что, сбросив страх,ты с утра уже сиялаи цвела в моих руках. VIII. Стихи о любви
Не хватит ста сердец, не хватит ста веков.Огню обречены, мы выше всех костров.Мы знаем, как звезда становится звездой,мы знаем, как глаза вдруг полнятся слезой.И, руки протянув, кляни нас, не кляни,мы держим не себя, а небеса любви.А мир глядит на нас, и если мы умрем,сто тысяч жадных глаз изобретут любовь,сто тысяч жадных рук ее изобретутсо всем набором мук, и в мир ее внесут.И что там сто сердец, и что там сто веков!Кто обречен огню, тот выше всех костров.Он знает, как звезда становится звездой,он знает, как глаза вдруг полнятся слезой.И сколько б ни гореть, он будет вновь и вновьизобретать любовь, изобретать любовь. I X. Стихи о мысе Марии
А мыс Марии сказочно красив!Я понимаю ярое упорствоотъевшегося нерпами медведя,который, как последний камикадзе,приходит каждым вечером с Бакланьейи смотрит на мигалку маяка.Он зачарован вспышками немыми,он медлит, нервно поводя ноздрями,и мнет когтями красную бруснику,пытается понять,откуда свет?А мыс Марии, рыжий до бесстыдства,сгорает в рыжих лиственничных перьях,в лианах, в шикше, в пламенной бруснике,как будто говоря: «Спеши! Иначесгорю дотла, и кто тогда узнает,что эта осень, может быть, явилась,как болдинская Пушкину, —тебе».Спасибо, мыс Марии, за участье.Я улетаю.Тело вертолета,как желтый лист,плывет над маяком.Мне не пристало хмуриться и плакать.Что слезы? Ведь нельзя убить пустыню.Пустыню можно только заселить.Я возвращусь. К чему здесь обещанья?Узнавшие любовьстремятся жить. Поделиться с друзьями: