Чтение онлайн

— Так просто.

— А гениальное все просто.

— Я заметила.

— Теперь точно все. Пойду я.

— Придешь сюда ровно через неделю на закате?

— Хорошо.

— Спасибо, я буду ждать! И Веночек…

— М?

— Если я понадоблюсь тебе раньше условленного срока, по ту сторону я охранника поставлю. Свиснешь ему, он меня позовет.

— Думаешь возникнет потребность?

— Пожалуйста, просто знай, тебе есть куда идти!

— Лука, пожалуйста. Не буду я сюда бегать в случае чего.

— Просто знай!

— Хорошо…

— Спасибо. Последняя просьба. Я отпущу волка, а потом уйду. Закроешь за мной проход. Это недолго.

— Да, без проблем.

Степанида отвернулась. Ей показалось, что прощание Лапы с его волком слишком личное зрелище. Поэтому она отошла на десяток шагов, не желая быть свидетелем сего интимного момента и стала разглядывать браслет-косичку. Он был тонким и на запястье почти не виден, как Лапа и обещал. Странный амулет, каким образом он эмоции передает? Чертовщина всякая.

Повздыхала, чувствуя просто космическую усталость. Просто дико захотелось рухнуть где-нибудь и уснуть днем на пять. Вот сейчас только проход закроет и пойдет домой.

По ощущениям, позади нее ничего особенного не происходило. Ни стонов, ни звука выламываемых костей, как в кино. Где-то вдалеке тихо шелестел ветер. И неясное бормотание ветра. Она дернулась, когда ей в колени ткнулся волк. Степка обернулась.

Лапа стоял у прохода, держа руки в карманах. Его голый торс белел в темноте. Степанида поглядела на волка, погладила того по голове и пошла к его хозяину.

— Ты… как?

— Нормально.

— Держись, ладно?

— Я справлюсь, Веночек.

— Я Степанида.

— Мне нравится Веночек, позволь мне эту малость.

— Малость? — она иронично изогнула бровь, — за последние два часа ты и так отвоевал себе много. И на свидание уговорил, и на маячок.

— Может, я не так и плох, а? — грустно улыбнулся, глядя себе под ноги.

— Поживем увидим. Пока, Лука, до встречи через неделю.

— Я буду ждать! Волк проводит тебя и уйдет.

— Хорошо, спасибо! Иди…

— Да. До свидания!

Она не удержалась. Не вынесла его удрученного вида. Порывисто прижалась к его груди и чмокнула в щеку. Какой же он все-таки горячий!

«Ученая ведьма хуже прирожденной»

— Что, потаскушка, времени зря не теряла, замену быстро нашла? — волк грозно зарычал, Степанида резко обернулась.

— Матильда?! Вы?!

— Что, с мальчиком моим не срослось, так сходу в койку к другому прыгнула?

— О чем вы, не пойму?! — Степанида вытаращилась на сидящую на ступенях ведьму, не понимая что на ту нашло, — где все?

— А ты думала тебя сидят ждут, яйца греют? Не тут-то было. Ушли они. Таких как ты прошмандовок на рубь ведро! — и Матильда захохотала, от чего ее длинные серьги заколыхались в безумном темпе. Степке стало страшно.

— Вы что, гари надышались? — пробормотала, по сторонам поглядывая, припоминая с какой стороны они сюда пришли, дабы знать куда бежать, если эта чокнутая бросится, — где Гор? Или Никита? Почему они оставили вас одну?

— Надо где! И ты забудь их, потаскуха, влияние твое прошло!

— Знаете, Матильда, я уважаю старость и все такое. Но не пошли бы вы нахрен, пожалуйста? — и она отвернулась, подняла подол мешающего платье и побрела прочь.

— Чтоб ты сдохла, кошка дранная! Чтобы тебе век счастья не найти, чтобы… а-а-а-а! — вдруг завыла она страшным голосом и Степка обернулась. У Матильды горело платье. Она вскочила и стала тушить его руками, вопя как резанная. А когда огонь потух и она подняла голову, в глазах ее был ужас. Ведьма попятилась, словно это Степка ее подожгла и зашептала:

— Они не любят тебя, никто из них! И никогда не любили!

— Я знаю, — вздохнула Степка, — вам-то какое дело?

— Не нужна ты никому! Нет в тебе ничего, совершенно! Кудри рыжие и те не настоящие! Это я тебе по доброте душевной поясняю, чтобы ты иллюзий не питала! Мужикам от тебя только сила твоя нужна!

— Вы сошли с ума, Матильда! — Степка не намерена была больше слушать этот бред, поэтому побрела дальше. Матильда побежала седом, но волк зарычал и она не посмела приблизиться. Однако выкрикивала, плюясь желчью с расстояния:

— И мальчикам моим только дырка твоя нужна была!

— Боже мой, еще и сумасшедшая на мою голову! — простонала Степка и ускорилась.

— Мужикам думаешь для чего нужна такая как ты? Не знаешь? Так я скажу тебе! Кто как не я тебе глаза откроет?!

— Спасибо, не стоит, мне мое неведение нравится! Да отстаньте вы! — Степка уже почти бежала, но ведьма пристала, не сотрешь.

— Целка им всем нужна твоя! Когда с твоей девственной кровью сольются, их сила удесятериться!

— Да идите вы к черту!

— Ты знаешь когда в последний раз слагалица и ягиня в одном теле уживались, знаешь?

— Изыди!

— Никогда! И грех таким не воспользоваться! Трахнут тебя, силу отберут! А-ха-ха-ха!

— Отстаньте от меня, да что ж такое?! Кончится этот лес когда-нибудь?!

— Ты свои ноги на замке держи! Великой силы цацка у тебя там болтается! — продолжала ведьма ехидно, — потому как оприходуют, быстро в утиль спишут! Возомнила о себе, раскрасавица! Последняя Слагалица! Семь женихов! Кому ты нужна?

— Да вы определитесь, нужна, или не нужна?! Я вас не понимаю! — Степка остановилась, разозлившись. Она развернулась и потопала к ведьме, — то я дешевка, по рубь ведро, то девственность моя цены высокой. Чего надо, мамаша? — заорала она в лицо запыхавшейся Матильде, — я вам что в компот насцала? Да не припомню такого! — она наступала на ведьму, сжимая руки в кулаках, — или на почве внезапного вдовства кукушка улетела? Так обратись к доктору, а ко мне не лезьте! Я женщина нервная, стресс перенесшая! Пришибу, мало не покажется?! Ферштейн?!