Чтение онлайн

Скомкав записку, Тайка хотела бросить её под себя, но передумала.

Встав и подтянув трусики, подтёрлась ими, оправила юбчонку и, сунув в кармашек ненавистную бумажку, вышла из туалета.

Записку, Тайка, отдала Роману Анатольевичу, который был классным руководителем. Развернув листок, учитель удивлённо взглянул на девушку, но тут же догадался, что означал рисунок.

Румяные щёки стали ещё румянее и буркнув - Заходи в класс, Смирнова - зашёл следом.

Математика была последним уроком и после звонка, Роман Анатольевич, отпустив девочек, мальчишек задержал, сказав, что проведёт коротенькое собрание.

Мальчишки расселись по партам, негромко переговариваясь.

– Что означает этот рисунок? И кто подбросил, эту записку, Смирновой?

Двенадцать пар любопытных глаз уставились на развёрнутый листок.

– Чё там, чё там?
– зашуршало по рядам.

Не все видели, что нарисовано и Роман Анатольевич, взяв мел, воспроизвёл рисунок на доске.

Мальчишки, один за другим опуская глаза и пряча улыбки, примолкли.

Пушка на колёсиках!

Этот рисунок, и был в записке!

Пушка на колёсиках.

Этот рисунок мелом украшал стены девчачьего туалета.

Любочка, уборщица, беззлобно ворча, всякий раз, аккуратно стирала рисунок со стен.

Но уже через полчаса, после уборки, как мифический Феникс, рисунок вновь появлялся на стенках девчачьего туалета!

Поражало одно, каким образом, мальчишкам, удавалось сделать это, оставаясь незамеченными?

Да и мальчишки ли?

Любочке было давно за пятьдесят, но по имени отчеству, к ней, никто, даже первоклашки, не обращался.

С одной стороны, это объяснялось тем что, представляясь, Любочка, всегда и неизменно, говорила - Любочка!

С другой ... немного того! Разговаривала вслух. С невидимым собеседником.

От вокзала до техникума, Тайка доехала на тройке; трамвай 3.

Раскачиваясь на рельсах и дребезжа стеклами, весело бежал трамвай. Тайку удивило, что на стенке трамвая было вырезано ножичком сердечко. Ведь стенка железная!

Но присмотревшись, и постучав костяшками, поняла - фанера! Стенки трамвая были сделаны из фанеры.

Приёмная комиссия. Общежитие. Экзамены.

Тайка не прошла по конкурсу.

В общаге делали ремонт.

Пол коридора был застелен бумагой, потолок выбелен. Одна стена выкрашена и матово блестела, на другой, грязной и с облупившейся старой краской, потёки известки, как высохшие слёзы.

Тайка, с постельным бельём в руках, спускалась по лестнице в подвал, к кастелянше. Сдав бельё, и заполучив подпись в обходном листочке, сходила в приёмную комиссию и забрала документы.

Она стояла на остановке, ожидая трамвай.

В одной руке узелок, а в другой зажат рубль; всё, что осталось от материной десятки. Рубля хватало на проезд в электричке и ещё оставалось на мороженое.

Подошёл трамвай и народ ломанулся в полураскрытые двери.

Час пик.

Втиснулась, кое-как, и Тайка, уцепившись за стойку.

Вагоновожатая, давя кнопку и ругая пассажиров, потихоньку тронулась, не дожидаясь, пока закроются створки.

Но сразу-же, затормозила и закричала - Освободите двери!

Тайку стали выталкивать, и она соскочила на асфальт.

Вагоновожатая вдавила кнопку, створки сдвигались, трамвай поехал.

Тайка прыгнула на ступеньку, нога соскользнула. Но Тайка успела схватиться за чью-то руку.

Трамвай набирал ход и, хотя Тайка, вцепившись мёртвой хваткой, держалась, её медленно затягивало под вагон.

Кричали люди на остановке!

Закричала женщина в вагоне - Ой-ой! Зарезало девушку!

Тайка держалась из последних сил, а в голове билась мысль - "Он же из фанеры! Значит лёгкий! Значит, не задавит!"

Лязгнули колодки тормозов! Из-под колёс сыпанулись искры!

Трамвай остановился.

Тайка шлёпнулась на землю.

В окнах плющились лица пассажиров.

Мужчина, за которого цеплялась Тайка, выскочил из вагона, помог ей выбраться из-под трамвая и подняться.

Платье было испачкано пылью, но Тайка - цела и невредима!

Пассажиры, облегчённо вздохнули. Выдохнули! И заулыбались.

Тайку втиснули в салон, створки сомкнулись и трамвай поехал.

Тайка стояла на перроне и думала о том, что сказать в электричке контролёрам, если будут проверять билеты.

Рубль она потеряла, когда цеплялась за жизнь.

Защипало в носу, на глаза наворачивались слёзы. От обиды, от жалости к себе.

Налетевший ветерок крутил у неё под ногами жёлтый листочек.

– "Откуда?" - удивилась Тайка.

Сморгнула и присмотрелась; это был рубль.

Отец не ругался. Даже обнял и чмокнул дочь в щёку.

– "Маме досталось, наверное" - решила Тайка.

– Сегодня отдыхай!
– разрешила Антонина - А завтра, в огород! Картошку полоть.

...

Тайка проснулась.

Голова болела. В пересохшем горле, словно наждаком прошлись.

С трудом сглотнув, села на кровати.

Её мутило.

– Воды?

Николай встал, и пошёл на кухню.

Но от воды стало ещё хуже, и Тайку стошнило на пол зелёной слизью.

– Сука!
– Николай ударил жену

Тайка упала грудью в блевотину и стала рыгать.

– Маам!

На пороге спальни стоял старший сын.

– Иди спать, сынок. Маму стошнило, ей уже легче

Николай вернулся на кухню, поставил на плиту чайник и сел за стол.

Тайка встала, и пошатываясь, вышла в сени.

Накинув на плечи халат, и обувшись в калоши, вышла во двор и пошла в туалет.

В стайке мычала, недоенная с вечера, корова.

Задрав халат и ночнушку, села над очком.

Из неё лилось, как после клизмы! Бахали газы, разбрызгивая капли и распространяя вонь! Утробу сводило спазмами, а к горлу подкатывал, судорожный, рвотный ком.

Голова кружилась. Перед глазами плавали оранжевые круги и, чтобы не упасть, она развела руки, и держалась за стенки.