Чтение онлайн

В связи с указанной справкой наркома внутренних дел СССР на имя Сталина, не комментируя, приведем некоторые объективные сведения:

– только 5 из 15 членов первого рабоче-крестьянского правительства, утвержденного Вторым съездом Советов в ночь с 7 на 8 ноября 1917 года умерли естественной смертью: В. И. Ленин (1924 год), В. Н. Ногин (1926 год), И. И. Скворцов (1928 год), А. В. Луначарский (1930 год) и И. В. Сталин (1953 год). Остальные 10 человек, оставшиеся в живых ко времени террора 1930–1940 годов – Н. П. Авилов, П. Е. Дыбенко, Н. В. Крыленко, В. П. Милютин, В. А. Овсеенко, Г. И. Оппоков, А. И. Рыков, Л. Д. Троцкий, И. А. Теодорович, А. Г. Шляпников – были убиты по приказанию Сталина;

– все члены Политбюро ЦК партии – 1-го ленинского состава (1919–1923 годы), кроме умершего в январе 1924 года самого В. И. Ленина;

– все партийные и государственные деятели страны, упомянутые как значимые в решении ее проблем в последнем ленинском письме к съезду (т. н. Завещании), были по приказу И. В. Сталина уничтожены; известны имена лишь двух человек из числа высшего руководства предоктябрьского периода и дней революционной борьбы за власть в Петрограде, которые, не войдя в узкий круг сталинской группы лично подобранных им соратников, не уничтожены в 1930-е годы – Г. Петровский (см. о нем выше) и Н. Подвойский, руководитель Петроградских вооруженных рабочих отрядов;

– на XIII съезде партии в мае 1924 года – первом съезде, состоявшемся после смерти В. И. Ленина, присутствовало 748 делегатов с решающим голосом, представляющих 735 881 члена партии, в том числе около 250 тыс. новых членов по Ленинскому (посмертному) призыву; таким образом, к так называемой Ленинской гвардии (по Л. П. Берии) могло относиться не более 500 тысяч человек, [9] а по данным процитированной справки было осуждено 932 110 контрреволюционеров, бывших ленинских партийных лидеров, из которых расстреляно 682 271 человек (?).

При этом также небезынтересно, что к евреям относили всех лиц, у которых может присутствовать еврейская кровь, отыскиваемая у самых дальних родственников вплоть до пятого колена (секретная инструкция от 21 декабря 1938 года, подписанная лично народным комиссаром НКВД СССР Л. П. Берия). [10]

Несомненно, что в этом случае, как и во всех аналогичных, авторы справки рассчитывали соответствовать предполагаемым позициям адресата. Хотя многие исторические и бытовые факты: говорят о том, что И. В. Сталин не был антисемитом. Он был антисионистом, что совершенно не одно и то же. И. В. Сталин должен в этой области восприниматься, как политик-антисионист, как непримиримый противник сионистского движения, вредящий пропагандируемой им национальной политики.

Здесь можно привести запись А. М. Коллонтай, сделанную ею в 1939 году по следам беседы с И. В. Сталиным, в год 60-летия И. В. Сталина: «Сионизм… всегда рассматривал Россию… как сырьевой придаток… и всеми силами будет стремиться уничтожить [Советский] Союз, чтобы Россия никогда не могла подняться». Несомненно, что И. В. Сталину были известны тезисы Л. Д. Троцкого о «белых неграх», приведенные выше в воспоминаниях А. Симановича.

Напомним, что Генеральная Ассамблея ООН в ноябре 1975 года (резолюция 3379) осудила фашизм и сионизм как формы расизма и расовой дискриминации.

2. Кроме того, с 1944 по 1953 годы было арестовано и осуждено к различным мерам наказания 674 383 человека, в том числе 15184 человека к высшей мере, в это число входят 272 867 человек, переданных в органы НКВД из числа репатриантов при их общем числе 2 660 013 человек и бывших военнопленных при общем числе 1 539 475 человек.

К этому, по-видимому, можно добавить, что во время войны более 500 000 военнослужащих были в штрафных батальонах.

Заметим, что, кроме того, по данным Н. М. Толстого-Милославского, из 5 754 000 советских военнопленных к маю 1945 года в живых осталось 1 150 000 человек, а число только принудительных репатриантов (в основном иммигрантов времен Гражданской войны) составляло 2 220 000 человек.

3. Справка от 1 февраля 1954 года. [11]

В связи с изложенным не могу не привести слова моего друга, профессора В. Я. Липского, сына репрессированного крупнейшего инженера железнодорожного транспорта (Виктор Яковлевич сам с 2-летнего возраста, вместе с мамой, был как ЧСИР в северной ссылке): «Точка зрения на репрессии тридцатых – сороковых годов зависит от того, по какую сторону колючей проволоки человек находился». Приведу и слова Роя Медведева: «Того, кто был не способен на преступления, не только отстраняли от власти, но и физически уничтожали. Это был особый отбор…»

Пусть каждый из апологетов тех событий и скептиков представит себя на месте тех, кто был невинно расстрелян, погиб в тюрьмах и лагерях или провел там многие лучшие годы жизни; на месте их сыновей и дочерей, прошедших годы дискриминации, притеснений и унижений, и тогда они поймут, что без правды и возмездия невозможно не только избежать повторения террора, но и просто надеяться на справедливость как таковую.

Тем более что подавляющее большинство, – почти все сыновья и дочери, погибшие или еще живущие седые ветераны, – нигде и никогда не только не изменили Родине, но и не могли это сделать во имя светлой памяти родителей и всегда оставались патриотами Родины, пассионарно готовые отдать себя и свою жизнь за ее благополучие и независимость.

Для подтверждения приведу несколько примеров:

– академик Российской академии наук Никита Николаевич Моисеев, выдающийся математик, солдат Отечественной войны, один из основоположников математического прогнозирования состояния биосферы и возможных катастрофических последствий для землян термоядерной войны, несгибаемый патриот России. Н. Н. Моисеев родился в Москве в 1917 году, в 13 лет лишился отца, Николая Сергеевича Моисеева, арестованного «по делу Промпартии» и умершего в Бутырках; к 1937 году были расстреляны все мужчины – родственники отца, а большинство женщин были репрессированы и пропали без вести. С начала Отечественной войны Н. Н. Моисеев – солдат Красной Армии, участвовал в обороне Ленинграда, награжден орденами и медалями. После ареста мачехи в 1949 году стал не просто безработным, а отверженным. Единственным руководителем учреждения, оценившим научный потенциал русского талантища Моисеева, оказался ректор Ростовского-на-Дону госуниверситета Ю. А. Жданов, сын члена Политбюро и секретаря ЦК А. А. Жданова, уволенный с должности завотделом науки ЦК партии за поддержку ученых-генетиков, противостоявший мракобесию Т. Лысенко. Ю. Жданов, рискуя своим собственным благополучием принял Н. Н. Моисеева на работу на кафедру математики (к тому времени все члены этой кафедры во главе с ее заведующим были арестованы).

Этот ученый с мировой известностью в критические дни России вместе с другими русскими учеными-фундаменталистами Е. А. Аметистовым, Д. С. Львовым, Г. В. Осиповым вошел в свой звездный час (1997 год) открытым письмом, адресованным народам Российской Федерации, Президенту России, премьер-министру, председателям обеих палат парламента, лидерам основных партий, в котором утверждалось:

«…состояние страны таково, что дальнейшее следование существующим тенденциям развития процессов во всех сферах нашей жизнедеятельности – в экономике, управлении, международных отношениях, в сфере образования, науки, культуры, в морально-нравственной сфере – подобно смерти для нашей нации.