Чтение онлайн

Следующее поколение – наши дети и ваши родители – начало появляться на свет в 1972-1975 годах. Мы не спешили заводить детей. А наши внуки родились в период с 1999 по 2002 год. Моя внучка – Кира Кроль – родилась в 2000 году. Сейчас у нас год 2012-й, то есть двести лет с момента падения метеорита. Что получилось у вас?

Павел протянул ему листок с записями.

– О, – обрадовался Дитерлих, – да у вас научный склад ума, батенька! Вы предпочитаете систематизировать материал?

– Так удобнее, – пожал плечами Павел.

– В шестидесятых годах, – продолжал свой рассказ профессор, – отступив от Москвы приблизительно на сто километров, геологи обнаружили особенный грунт, являющийся, по сути, дном некоего древнего моря. В одной из статей, которые я для вас отобрал, есть пояснение о том, что подобные мезозойские структуры имеют низкую сейсмическую активность. То есть, в этом месте можно было смело рыть в глубину, не опасаясь землетрясений. Надеюсь, вы понимаете, какие возможности открываются при работе на глубине?

– Ну… можно что-нибудь найти. Золото там, или нефть. Метро провести.

– Верно. Но попробуйте поразмышлять еще.

– Можно что-нибудь спрятать!

– Фантастика! Именно спрятать! На глубине предполагалось поместить крупный подземный объект государственного значения. С этой целью один из ведущих научно-исследовательских институтов в области физики перебазировался в специально выстроенное в лесу секретное поселение.

– А как оно называлось?

– Оно называлось Ухватово, потому что рядом протекала речушка Ухва. Когда было пройдено три четверти тоннеля, развернулось наземное строительство. Первоначальный жилой комплекс разросся, к жилым домам прибавились производственные здания, им требовались водоснабжение, отопление, подача сжатого воздуха, высоковольтные линии электропередач. Штат института невероятно раздулся: ученые все прибывали и прибывали.

– А что они делали?

– Сотрудники института занимались разработкой ускорительно-накопительного комплекса, сокращенно – УНК, говоря современным языком – адронного коллайдера. Вы знаете, что такое «адронный коллайдер»?

– Приблизительно. Это что-то типа «машины времени».

– Это ускоритель заряженных частиц. До некоторой степени да, это «машина времени» или «машина пространства».

– Я фильм видел. Он назывался «Конец света». Там говорилось что-то про такой коллайдер и про черные дыры. Он мне не понравился, потому что в конце оказалось, что это телепередача. А потом я нормально спать не мог, все время просыпался.

– Оно и понятно. Для впечатлительного ума везде найдется пища, даже в телепередаче. Так вот. Под землей провели тоннель пятиметрового диаметра длиной в двадцать один километр. Глубина его, конечно, меняется, потому что меняется рельеф местности, она колеблется от двадцати до шестидесяти метров. На поверхность вывели несколько вертикальных шахт, связанных со служебными помещениями, как в горнодобывающей промышленности.

– А в этих помещениях что было?

– По всему тоннелю для крупногабаритного оборудования были построены протяженные залы диаметром около десяти метров. Контрольно-измерительное оборудование установили в огромном зале под названием «Марс» площадью девятьсот квадратных метров. Для запуска УНК требовалось две с половиной тысячи магнитов сверхпроводящей структуры, весом примерно по десять тонн.

– Ничего себе!

– А как вы думали! Магнитная система – важнейшая система ускорителя! Чтобы запустить частицы по круговой траектории, нужны сильные магнитные поля. Кроме того, частицы нужно удерживать, чтобы они не отталкивались друг от друга и не разлетались. Поэтому магниты нужны не только такие, которые поворачивают частицы по кругу, но и так называемые фокусирующие магниты.

– Вы хотите сказать, что энергия ускорителя зависит от размеров магнитов?

– И от стоимости всей магнитной системы, что, в конечном итоге, и вышло проекту боком. Но я продолжаю. В Ухватово запустили протонный синхротрон и начали разрабатывать новый, самый мощный в мире ускоритель – УНК. Ни Тэватрон в США, ни Суперколлайдер швейцарской лаборатории ЦЕРН ни в какое сравнение с ним не идут. На синхротроне физики сделали несколько важных открытий, о которых вы сможете прочитать позже.

– Я прочту.

– Прекрасно, я очень ценю в вас пытливость ума. Учтите, что синхротрон планировалось использовать в качестве первой, «разгонной» ступени для ускорителя УНК. В проекте предполагались две ступени, обе они должны были разместиться в одном кольцевом тоннеле, размерами превосходящем кольцевую линию московского метро. Строительством, кстати, и занимались метростроевцы. Новейшую технику, с помощью которой они прокладывали тоннели, Советский Союз закупил за границей. Стапятидесятитонные заграничные машины бурили грунт с высочайшей точностью прохождения – погрешность составляла всего два с половиной сантиметра. Для укрепления сводов тоннелей их выстилали тридцатисантиметровым слоем бетона с металлоизоляцией…

По мере продвижения рассказа, профессор все более увлекался. Павлу показалось, что Кирилл Христианович в этот момент слышит и шум работающих двигателей, и возгласы рабочих.

– Согласно официальным отчетным документам, только инжекторный тоннель оказался стопроцентно завершенной частью комплекса: в нем было установлено вакуумное оборудование, системы откачки, электропитания, управления и контроля. Его оснастили магнитами, которые обеспечивали поворот проходящего протонного пучка. Фазовый объем пучка, выпускаемого из синхротрона, необходимо было согласовывать с поворотной структурой канала, что обеспечивалось ионно-оптической системой. Планировалось построить отдельный тоннель для заземления частиц, разогнанных в УНК, вывести его в озеро Байкал, на дне которого должен был быть установлен специальный детектор. А потом, как гром среди ясного неба, последовал развал Советского Союза…

– И работа заглохла?

– Не сразу. Когда СССР развалился, начались проблемы с финансированием. Многие «стройки века» останавливались: некоторые консервировались до лучших времен, остальные превращались в руины. УНК мог быть заброшен сразу же, но если бы он разрушился, его затопили бы грунтовые воды, в этом случае он представлял собой страшную экологическую угрозу. При этом и стоимость консервации тоннелей оказывалась слишком высокой. Поэтому работы в нем продолжались, и подземное кольцо тоннеля удалось замкнуть. Тем не менее, заказывать оборудование и сохранять зарплаты оказалось невозможно. После того, как наши физики решили принять участие в запуске Большого адронного коллайдера, известного как БАК, от завершения УНК отказались окончательно.

– А что там сейчас?

– Теперь это место окружено легендами. Кто-то говорит, что там хранятся ядерные отходы, кто-то настаивает, что в тоннелях устроена грибная ферма, а кто и предполагает там нахождение «правительственного бункера». Молодежь настырно пытается спускаться в шахты, поэтому многие из них забетонированы, и считается, что там постоянно ведутся работы по откачке воды. Однако мой зять, Петр Кроль, утверждал обратное. Он все твердил о том, что УНК работает сам по себе, называл его не иначе как «Цель» и заявлял, что неоднократно перемещался с его помощью в другие миры и возвращался обратно.

– Ух ты! – восхитился Павел. – Петр Егорович тоже работал с вами?

– Петр – талантливый ученый. Но он посвятил свою жизнь не науке, – сухо заметил Дитерлих. – Его поработили чувства. Сложные мужские чувства, которые принято называть любовью. Вы что-нибудь понимаете в любви, юноша?

Жар бросился в лицо Павлу: он почувствовал, что краснеет.

Инициация, как пояснил Конрад Второй, отнюдь не являлась формальностью. Прежде чем назваться Юфимией Второй, Зойка должна была пройти испытание. Из оставленной Конрадом книги Зойка уже знала историю Юлианы Второй: девушка должна была выдержать испытание жалостью и не заплакать, в противном случае ее ждала казнь. Казнь заключалась в том, что претендентку замораживали дыханием Старшего дракона и разбивали на мелкие осколки. Что страшнее – пройти испытание и сделаться пленницей или быть казненной, Зойка так и не решила. Юлиана, героиня книги, прошла испытание, хотя у нее на глазах превращали в статуи и разбивали трех предыдущих расплакавшихся девушек. Храбрая Юлиана сдержала слезы и получила свое новое имя и статус.