Чтение онлайн

Сазонов предлагал поручить урегулирование этого конфликта Франции, как державе, заинтересованной в турецких делах лишь с финансовой стороны [418] .

Предложение России не встретило сочувствия ни у держав Тройственного союза, ни у партнеров по Антанте, хотя продолжение итало-турецкой войны наносило значительный ущерб английской торговле в Эгейском и Средиземном морях.

Грей выразил мнение, что осуществление плана Сазонова, предусматривавшее давление на Турцию, поставило бы державы Антанты в затруднительное положение, из которого Германия и Австрия могли бы извлечь для себя выгоду, выдвигая более благоприятные для Турции предложения, и что Порта может потребовать гарантии для своих европейских владений. Поэтому Грей считал, что посредничество может быть осуществлено только коллективными действиями всех пяти держав [419] .

Британские и французские правящие круги раздражало, что в ходе борьбы с контрабандой итальянские корабли начали осматривать суда нейтральных держав. За зиму 1911/12 г. было осмотрено около 800 кораблей, 50 из них были задержаны [420] .

12 (25) февраля 1912 г. Грей предложил державам следующий план посредничества: как только между державами будет установлен принцип единогласия относительно уместности вмешательства, они дружески обратятся к Турции с предложением передать дело мира в руки пяти держав, которые, договорившись между собой и конфиденциально проконсультировавшись с Италией, выработают условия прекращения военных действий и посоветуют Порте принять их [421] .

15 (28) февраля Грей поделился с Бенкендорфом опасениями, что Турция может минировать Проливы. Британский министр полагал, что единственным средством воспрепятствовать столь гибельным с политической и торговой точек зрения мерам было бы получение от Италии заверения в том, что она воздержится от нападений в Дарданеллах и прилегающих к ним водах [422] . В следующем письме Бенкендорф сообщал, что Форин оффис считает, что совместное выступление держав в Риме может произвести плохое впечатление на Италию, поэтому Грей предложил узнать сначала позицию Италии [423] .

На следующий день, 16 (29) февраля, посол в Риме сообщал в российский МИД, что Грей уже передал английскому послу в Риме копию его циркулярного обращения к великим державам, и просил получить от Италии обещание не предпринимать военных действий против Дарданелл, чтобы турки не минировали их [424] . Италия же, в свою очередь, заявил а, что она «не намерена давать повода к нарушению мира на Балканах» и не позволит Турции надеяться, что та может прикрываться Дарданеллами в борьбе с ней [425] . 22 февраля (6 марта) 1912 г. послы пяти держав в Риме запросили Италию об условиях, по которым она примет посредничество [426] . 28 февраля (12 марта) итальянское правительство вручило послам держав в Риме свои условия, среди которых были такие требования, как признание державами суверенитета Италии над Триполи и Киренаикой; вывод турецких войск из обеих провинций и установление довоенного статус-кво в отношении итальянских подданных в Оттоманской империи; режим капитуляции. Италия также проявила готовность признать религиозную власть султана, компенсировать Турции ее недвижимое имущество в Триполи и Киренаики [427] . Однако эти условия не удовлетворили Турцию.

Итальянские правящие круги пришли к выводу, что только решительные военные действия в жизненных центрах Турции ускорят победу Италии. Переносом военных действий в район Проливов итальянское правительство рассчитывало принудить европейские державы к более энергичным действиям в Константинополе, чтобы убедить Турцию вступить в мирные переговоры с Италией.

Еще в конце февраля 1912 г. Британия обратилась к великим державам с предложением предпринять демарш в Риме и потребовать от Италии обязательства не распространять военные операции на Дарданеллы. Грей предупредил римский кабинет, что прекращение в результате военной операции торгового судоходства через Дарданеллы затронет британские интересы и в таком случае Великобритания сохранит за собой свободу действий [428] .

4 (17) марта 1912 г. Грей даже угрожал Италии, что Британии придется нарушить нейтралитет, если прекратится нейтральная торговля через Дарданеллы [429] . Предложение Грея имело поддержку лишь у Франции, которая требовала исключить из сферы военных действий также побережье Сирии. Россия отклонила предложение Грея, ссылаясь на свое желание сохранить хорошие отношения с Италией. Германия стремилась еще крепче привязать Италию к Тройственному союзу, и поэтому она не только отвергла идею демарша в Риме, но и оказала давление на Австро-Венгрию — соперницу Италии на Балканах, встревоженную предстоящей Дарданелльской операцией [430] .Таким образом, получив одобрение своих союзников и рассчитывая на поддержку России, итальянское правительство решило развернуть военные действия в районе Проливов. Через месяц, 16 (29) апреля 1912 г., послы пяти держав в Константинополе устно запросили турецкое правительство о его условиях заключения мира [431] .

18 апреля (1 мая) 1912 г. восемь итальянских крейсеров и флотилия миноносцев под командованием адмирала Въялле подошла вплотную к Дарданеллам, обстреляла их и попыталась войти в Пролив [432] . Однако суда были обнаружены с помощью береговых прожекторов, и застигнуть турецкий флот врасплох не удалось. В ответ на итальянскую агрессию Турция поспешила закрыть Проливы [433] . Министр иностранных дел Турции сразу же уведомил представителей европейских держав в Константинополе, что «с этого дня проход через Дарданелльский пролив для иностранных судов полностью воспрещается впредь до нового объявления» [434] .

Турция, ожидавшая такого поворота событий, еще в начале апреля предприняла ряд мер по укреплению обороны побережья и осуществила частичное минирование Дарданелл. Здесь любопытно заметить, что постановка мин в Проливы была произведена со специальных судов, поставленных Турции Англией. План полного минирования Проливов был также составлен британским адмиралом Вильямсом и английской миссией до отзыва их со службы в начале итало-турецкой войны [435] .

Порта рассчитывала, что прекращение торгового судоходства через Проливы заставит европейские державы потребовать от Италии отказа от военных действий в Проливах. В свою очередь, Рим не хотел идти на конфликт с державами и поспешил заявить, что операция имела характер мирной демонстрации и эскадра уже вернулась на родину. Италия настоятельно просила Россию, чтобы та убедила турок в бесполезности заграждения минами Дарданелл, раз итальянский флот оставил турецкие воды [436] .

Турция отказалась открыть Проливы, указав на то, что они могут быть открыты лишь в случае гарантий европейских держав против нападения на них итальянского флота [437] .

Бомбардировка Дарданелл Италией встретила разные отклики в Европе. Британская дипломатия, верная своему принципу сохранить за собой свободу действий, отказалась дать какое-либо обещание относительно того, что будет делать Англия в интересах своей торговли. Одновременно Лондон дал понять, что он не будет протестовать против закрытия Проливов и ограничится лишь дружеским пожеланием, чтобы Проливы были открыты как можно скорее [438] .

Но под давлением судовладельцев Грей обратился 30 апреля (13 мая) 1912 г. к турецкому правительству с требованием открыть проход хотя бы временно, но на достаточный срок, чтобы дать возможность задержанным судам пройти через Проливы [439] . Параллельно с этим он обратился с просьбой к Италии в течение достаточного срока воздержаться от атаки Проливов, чтобы на это время турецкое правительство могло открыть Проливы для торговых судов [440] .

Франция, по примеру Англии, обратила также внимание Порты на желательность скорейшего открытия Дарданелл торговым судам [441] .

Что касается российского правительства, то оно больше других было обеспокоено закрытием Проливов. Однако оно оказало давление с целью их открытия только на Турцию. На вопрос британского посла в Петербурге: «Намерена ли Россия добиться от Италии обещания не предпринимать военных действий против Дарданелл в течение определенного срока с тем, чтобы нейтральные суда могли пройти через Проливы?» — Сазонов ответил отрицательно, ссылаясь на имеющиеся у него официальные сведения о том, что Италия откажется дать такое обещание, в связи с чем предложенный план будет обречен на неудачу с самого начала и не приведет к разрешению имеющихся затруднений [442] .