Чтение онлайн

Пока я с тихой паникой осмысливаю эту завуалированную угрозу, Агаев вдруг перестает сверлить меня неприятным взглядом и вообще теряет интерес ко всему... кроме моего рюкзачка. А потом и вовсе отшатывается, вскочив на ноги. Физиономия его при этом слегка сереет, словно ему резко поплохело.

– Убери это! Брось сейчас же!
– шипит он, тыча пальцем в мой рюкзак, и оглядывается в сторону зоны отдыха, где сотрудники корпорации мирно цедят свой утренний кофе в длинной очереди к кофемашине.
– Какого х...рена?!

Я недоуменно прижимаю к себе рюкзак.

– С какой стати? Не буду я его бросать. Он у меня нормальный! Если хотите знать, то он настолько чистый, что я даже спать с ним в обнимку могу...

Теперь Агаев таращится не на рюкзак, а на меня саму. И взгляд у него просто дикий. Неужели его настолько ужаснуло мое заявление? Не думала, что мужчина его возраста может оказаться настолько чувствительным.

Так ничего толком не объяснив, он брезгливо кривит губы и стремительно уходит, бросив напоследок странное:

– Надо вызвать дезинсекторов...

Несколько секунд я просто озадаченно хлопаю глазами, пока легкая щекотка на запястье не заставляет меня взглянуть вниз.

Там сидит обычный таракан. Крупный, рыжий и усатый.

Ойкнув, я встряхиваю рукой, но вместо того, чтобы испугаться и сбежать, таракан без особой спешки перепрыгивает на передний карман. Там он притормаживает, изучая обалдевшее выражение моего лица, и немного поразмыслив о чем-то своем тараканьем, неспешно скрывается в недрах рюкзака.

Такой спокойный, надо же...

Так, стоп-стоп-стоп. А не домашний ли это таракан Лизы? Как его там зовут... То ли Таркан Иванович, то ли Тарканыч. Забежал в рюкзак утром, когда я его возле тумбочки бросила?..

Если это он, то надо вернуть его Лизе в целости и сохранности. Иначе совесть меня живьем сьест.

Я осторожно застегиваю молнию до упора и только после этого понимаю, что благодаря таракану получила новую отсрочку от разговора с навязчивым шантажистом.

– Ну, спасибо тебе, Тарканыч, удружил, - хмыкаю я под нос.
– Жаль, что ты его только на время отвадил, а не насовсем...

Передо мной возникает темная фигура вернувшегося Короленко с мобильником в руке.

– Ты что-то сказала? Я только что видел Дибира. Из-за чего он так спешил?

– Э... из-за таракана, - правдиво отвечаю я.
– У него фобия, что ли?

– Да, мой дядя ненавидит насекомых. Но тараканов здесь быть не может. У нас с этим строго.

– Значит, ему померещилось, - охотно соглашаюсь я.
– Фобия и не такое с людьми вытворяет. Страшное дело, Артур Георгиевич. Вы бы вашего дядю лучше в отпуск отправили, нервы подлечить.

На общую планерку управленцев корпорации явились не только начальники разнообразных отделов, но и сами главные акционеры.

Все семеро боссов, включая и моего.

Пока нижестоящие управленцы рассаживаются на стульях чуть пониже, Короленко присоединяется к своим партнерам, которые сидят лицом к залу, по одну сторону длинного стола. Меня он оставляет внизу на первом ряду, и я этому только рада. И так перенервничала уже.

Сама планерка проходит примерно так, как я ее и представляла.

Мелкие управленцы по очереди отчитываются перед боссами «Сэвэн» о стратегии и нуждах своих отделов. А затем либо отвечают на уточняющие вопросы, либо получают новые указания.

Вникать во всё это без специального распоряжения я не вижу смысла, поэтому принимаюсь внимательно рассматривать всех, кто находится на возвышении за длинным столом.

Перед каждым из боссов стоит именная табличка, как на званом фуршете. И надписи там вполне читабельные.

В самом центре сидит Батянин Андрей Борисович, харизматичный черноглазый мужчина с жутковатым шрамом на поллица, лет сорока на вид.

По правую сторону от него я вижу Короленко, который время от времени перекидывается замечаниями со своим соседом - медовым шатеном Царевичевым Артёмом Александровичем.

Чуть дальше неподвижно-скучающей статуей восседает меланхоличный красавчик в неформальном трикотажном лонгсливе и с сединой в темных волосах - Морозов Матвей Эдуардович.

Последнего я сразу узнаю.

Это первый вокалист рок-группы «Морозный клан», по которому сохло немало девчонок из нашей школы. И многие до сих пор остаются его преданными фанатками. Что касается меня, то я всегда предпочитала кантри и авторское соло, но всё равно не отказываю себе в удовольствии полюбоваться живой рок-легендой... которая, кажется, вот-вот начнет зевать от скуки прямо на планерке. Творческая натура как-никак.

Я сдерживаю смешок и перевожу взгляд на левую сторону стола. Там зрелище куда веселей.

С дальнего края устроился очень недовольный хищный брюнет - Волчарин Максим Романович, - и недоволен он однозначно двумя другими партнерами, которые сидят между ним и Батяниным. И посмеиваются над чем-то, как хулиганистые двоечники. Кстати, и выглядят эти двое весельчаков - Бояров Василий Андреевич и Лебеда Тимур Аркадьевич, - значительно моложе остальных. Хотя это может быть и следствием несерьезного поведения...

Во всяком случае, когда их веселье привлекает внимание Батянина, тот быстро их одергивает, и планерка снова возвращается в скучное рабочее русло.

Крутой мужик. И страшный такой.

Неудивительно, что все его слушаются, как шелковые, при одном только взгляде на пугающее лицо...

Смутная тревога возникает словно из ниоткуда. Я хмурюсь, соображая, что ее вызвало, и быстро прихожу к выводу, что это - имя главного босса корпорации «Сэвэн».

Батянин Андрей Борисович...

Так, стоп.

Батянин?!

От потрясения я даже забываю дышать.

Сижу на месте, как парализованная, и широко раскрытыми глазами таращусь на изуродованное шрамом лицо человека, который является моим биологическим отцом. Если верить наспех брошенным словам Глеба Мрачко, конечно.