Чтение онлайн

– Гляди–ка, крошке невтерпеж, - посмеиваясь, обратил на меня внимание Денис. – Она хочет, чтобы мы занялись ею.

– Твой ход, так что ты хочешь с ним сделать?

– Хочу, чтобы он умолял меня дать ему кончить.

– Ты выиграл. Действуй. Потом я им займусь.

– Будешь помогать мне.

И вот Денис сжал основание моего возбужденного органа и, оттянув от головки кожу, начал касаться ее горячим языком. А его напарник завладел моими сосками. Тело трепетало под их руками. Это поначалу я только стонал, потом я умолял, обливаясь слезами. Я умолял, дать мне кончить. Вместе с возбуждением по телу пробегала обжигающая боль, я дрожал, изгибался, казалось, в любой момент готов лишиться сознания. Это было невыносимо.

– Ты довел его до слез, - отвлекшись от покусывания сосков, сказал Роман.

– Этого и добивался. Хочешь испытать такое?

– Нет, уволь. Мне потом захочется тебя трахнуть.

Оба заржали.

– Эй, – легким похлопыванием по щекам, я был выведен из накрывшей меня прострации. – Очнись, мы еще не закончили.

Оказывается, я и не заметил, как кончил.

Всю ночь охранники измывались надо мной. Насиловали в разных позах. Они были неиссякаемы на извращенные фантазии. Связывание, облизывание их задов и минет – это было лишь цветочки. Утомившись, они заставляли меня себе дрочить, засовывать в себя разные вещи и советовали, как задерживать семяизвержение. Им нравилось видеть мои страдания и слышать мои мольбы.

И только, когда стало совсем светло, они, наконец, покинули спальню, оставив меня в полуобморочном состоянии. Я лежал на постели мокрой от спермы и забрызганной каплями крови. Для моей задницы ночное приключение не прошло бесследно: анус жутко зудел, Кроме этого, все тело ныло от боли, а член, казалось, распух, так же, как и покусанные до крови губы.

В таком жалком виде застал меня Олег. Но, похоже, он не слишком удивился увиденному. Он сел рядом и долго гладил меня по спине, приговаривая:

– Хороший мальчик, хороший…

А у меня слезы давно высохли и навалилась жуткая апатия. Я никак не реагировал на его присутствие. Потом провалился в сон. Очнулся лишь вечером. И то, оттого, что меня трахают. Когда же это кончится?

После этого случая сексуальный интерес Олега к моему телу значительно угас. Он перестал трахать меня и, казалось, мне пытался сгладить то, что по его воле сделали эти извращенцы, словно чувствовал себя виноватым. Стал более ласковым, но прилипчивым, заставляя меня терпеть его противные «родительские» поцелуи в лоб, страстный шепот в уши и минет по утрам. Я неделю отходил от той жуткой ночной оргии. Тело быстро восстановилось, но вот психологически принять случившееся было для меня большой сложностью. Каждое прикосновение чужих рук к своему телу вызывало отвращение. После них я мог часами находиться под душем, стараясь смыть неприятные ощущения. Мне еще долго чудился на себе запах насильников, а стоило закрыть глаза, как ясно видел перед собой их ухмыляющиеся физиономии и возбужденные члены. Иногда накатывали приступы рвоты.

Но все же я оказался сильным, и несмотря на свой худосочный вид и физическую слабость о самоубийстве ни разу даже не помыслил. К тому же, не было мыслей о смерти жены и желания напиться. Тогда я дал себе зарок, как выберусь на свободу – не выпью ни разу! Что бы не случилось, никто не заставит меня пойти против такого решения. Никогда!

Оставалась последняя неделя сексуального рабства. Заметив, что я иду на поправку, Олег вспомнил о своих нереализованных фантазиях. Но теперь он предпочел просто смотреть. И вновь на сцене моей жизни появились ненавистные охранники. На этот раз Олег решил сам лично наблюдать за тем, что будет происходить и давал указания. Охранники не могли позволить себе лишнего. Но мне от этого было нелегче. Когда я их увидел, у меня едва не случилась истерика.

Прежде чем начать оргию, Олег заставлял меня наряжаться в женскую одежду, примерять парики, принимать разные позы. Я люто ненавидел его приторно–слащавый голосок, уговаривающий меня делать то, что он хочет. За всем этим бесстрастно наблюдали мои мучители. И вот тогда я к своему недоумению, вдруг заметил, что начинаю испытывать непонятную тягу ко всем этим извращениям. Мне стало нравиться все, что Олег со мной делал. Я считал себя даже благодарным, если во время насильственного акта мне удавалось достичь финала. Оргазм стал для меня как награда за телесную боль и унижения. Мое раздвоенное состояние походило на безумие. Я ненавидел все происходящее и себя в том числе. И все же я хотел этого и ждал.

– Помедленнее, - велел Олег охраннику, делающему мне обнаженному, сидящему на стуле с привязанными за спиной руками, минет. – А ты, - он обратился ко второму, - целуй его. Моему мальчику должно понравиться. И помедленнее оба, Ваша спешка даже меня не возбуждает.

А когда я кончил, он велел охранникам вытереть мое тело и перенести меня на кровать. Там привязали за руки и ноги. И издевательства продолжились.

– Рома, сделай ему массаж простаты. Он так быстро кончает от этого, аж завидно!

Дважды охранник доводил меня своим массажем до быстрого оргазма. Спермы выделялось мало, и удовольствие было так себе.

– Давай еще разок.

На этот раз сколько Роман не пытался добиться финала, ничего не получалось. Член как встал, так и продолжал стоять. Какой–то малости не хватало, чтобы кончить. Мне хотелось выть от досады.

– Ты хорошо потрудился. Оставь его. Теперь приберите тут и идите.

Охранники выполнили приказ хозяина и удалились.

А я так и остался лежать, член так и не опал. Тело помнило о прикосновении к нему влажных салфеток, когда чужие руки обтирали его. Как они прикасались ими к отвердевшему органу, который вздрагивал, рождая в организме волны возбуждения. А потом было разочарование от так и не достигнутого финала. Эти воспоминания, словно клещи засели в моей голове, усиливая ненависть к своему мучителю.

Довольный проделанной работой, Олег лег рядом и долго рассматривал мое вспотевшее, усталое лицо. Я ощущал его взгляд даже через закрытые глаза.

– Ты такой красивый и возбужденный, - произнес он, проводя пальцем по моему носу. – Мне нравится, когда ты выглядишь счастливым. Ты такой беззащитный, - он провел рукой по привязанной к спинке кровати руке. От его холодных пальцев по моей коже пробежали мурашки. – Ты мне очень нравишься. Других приходилось усмирять и наказывать. А ты послушный. Наверно поэтому мне хочется, чтобы ты остался у меня подольше. Давай продлим наш контракт?

От таких слов внутри меня словно что–то оборвалось. Я жил с мыслью, что скоро все закончится, а тут такое.

– Осталось два дня. Если ты согласишься, я сделаю тебя богатым, и ты сможешь иметь все, что захочешь. Соглашайся. Я представлю тебя нашему сообществу. Понимаешь, я никому такого не предлагал. Мне хочется, чтобы ты был не только партнером в сексе, но и в бизнесе. Тебя никто, кроме меня, не будет трахать, если не захочешь. Сам знаешь, мне же нравится больше снизу.

Пока он говорил его рука играла с моими сосками, потом опустилась к паху. Я застонал, откинув голову назад.

– Соглашайся…

Мой член дрожал в его широкой ладони, курсирующей вверх и вниз. Затем его пальца обхватили мошонку, сжимая до боли.

– Твои яички такие упругие. Оба целиком помещаются в моей руке. У тебя там так жарко… - Олег захихикал. – Хочешь кончить, а не можешь. Наверно это мучительно для тебя. Я как–то видел, что сотворил наш жрец с жертвой – до сих пор нахожусь под впечатлением. Он так долго не давал парню кончить, что у него кровь из члена пошла, а мой глядя на это, разболелся от долгого возбуждения. Ты бы видел, что с зрителями творились. Женщины мокрыми от возбуждения уходили, - Олег засмеялся. – Парень так и истек кровью. Эта жертва всем принесла много удовольствия и денег. Тому, чья выпадет жертва перепадает хороший куш после аукциона. Жаль, что мы только раз в год собираемся на такой ритуал. Но это дает нам стимул ждать следующего. Хорошо, что не мне выпало принести в жертву любимого человека. Я долго думал, чтобы сделал с тобой. Мне бы пришлось, ты понимаешь меня? Я говорил тебе, за все надо платить. Но сколько не пытался представить для тебя достойную пытку – не смог. Вид крови мне неприятен.