Бойцовский клуб (вариант перевода)
Шрифт:
Марла.
Ой, и Марла опять смотрит на меня, выделяясь из толпы всех этих мозговых паразитов.
Лгунья.
Фальшивка.
Марла - фальшивка. Ты - фальшивка. Все вокруг, когда они вздрагивают или дёргаются в судорогах и падают, кашляя, и их джинсы в районе гульфика становятся тёмно-синими, вообще всё это - большая игра.
Сегодня вечером после всех этих неожиданностей направленная медитация никуда меня не привела. За каждой из семи дверей дворца, зелёной дверью, оранжевой дверью - Марла. Голубая дверь - Марла стоит там. Лгунья. В направленной медитации, когда я спустился в пещеры, чтобы отыскать покровительствующее мне животное, этим животным оказалась Марла. Курящая свою сигарету, Марла, выкатывающая глаза. Лгунья. Чёрные волосы и пухлые французские губы. Фальшивка. Итальянские тёмные губы... как диван тёмной кожи. Тебе не спастись.
Хлой была настоящей.
Хлой была похожа на скелет Джонни Митчелл, если бы вы заставили его улыбаться и расхаживать с особой учтивостью по вечеринке. Представьте, что Хлой - знаменитый скелетик размером с блоху, бегущий по склепам и галереям собственных внутренностей в два часа ночи. Её пульс - сирена, объявляющая: приготовиться к смерти... Десять, девять, восемь... Смерть наступит через семь секунд. Шесть.
Ночью Хлой пробежала лабиринт из своих спадающихся вен и лимфопротоков, изрыгающих горячую лимфу.
Всё чаще в ткани появляются нервы. Абсцессы набухли в ткани и выглядят белыми жемчужинами.
Общее объявление, приготовиться к эвакуации кишок: десять, девять, восемь, семь.
Приготовиться к эвакуации души: десять, девять, восемь, семь.
У Хлой отказали почки, и она шлёпает по лужам избыточной жидкости.
Смерть наступит на счёт "пять".
Пять, четыре.
Четыре.
Где-то внутри побег паразита разрисовывает её сердце.
Четыре, три.
Три, два.
Хлой подтягивается на руках по ледяному обрыву своей глотки.
Смерть начнётся через три секунды, две...
Луна светит в открытый рот.
Приготовиться к последнему вздоху, поехали.
Эвакуация.
Поехали.
Душа от тела свободна.
Поехали.
Начинается смерть.
Поехали.
О, это должно быть так сладко, я помню тёплое смятение Хлой в моих руках, и Хлой сейчас лежит где-то мёртвая.
Но нет, за мной наблюдает Марла.
В направленной медитации я раскрыл свои руки, чтобы получить внутреннее дитя, и дитя оказалось Марлой, смолящей свою сигарету. Никакого белого исцеляющего светлого шара. Лгунья. Никаких чакр. Вообразите ваши чакры раскрывающимися, словно цветы, и в центре каждого из них замедленный взрыв милого света.
Лгунья.
Мои чакры остались закрытыми.
Когда медитация заканчивается, все потягиваются, крутят головой и поднимают друг друга на ноги, подготавливая к главному. Терапевтический физический контакт. Для объятий я прохожу три шага и встаю напротив Марлы, которая смотрит в моё лицо, пока я высматриваю кого-нибудь для знака "Обнимитесь!".
Ага, вот и знак, кто-то обнялся рядом с нами.
Мои руки сомкнуты вокруг Марлы.
Выберите сегодня вечером кого-нибудь, кто кажется вам особенным.
Руки Марлы вместе с сигаретой прижаты к её груди.
Расскажи об этом кому-нибудь; как ты себя чувствуешь?
У Марлы нет рака яичек. Марла не болеет туберкулёзом. Она не умирает. По заумной философии мы все умираем без перерыва на обед, но Марла не умирает так, как умерла Хлой.
Вот и знак, раскройся.
Итак, Марла, нравятся ли тебе плоды рук твоих?
Раскройся полностью.
Вот что, Марла, пшла вон. Выметайся. Выметайся.
Вперёд, поплачь, если тебе надо.
Марла пялится на меня. У неё карие глаза. Её мочки набухли вокруг дырочек для серёжек. Она не носит серьги. Её потрескавшиеся губы заморожены мёртвой кожей.
Вперёд, плачь!
– Ты тоже не умираешь, - говорит Марла.
Вокруг нас шмыгают носом парочки - они все стоят друг напротив друга.
– Ты обвиняешь меня, - говорит Марла.
– А я тебя.
Тогда мы можем поделить неделю, говорю я. Марла может взять костные заболевания, мозговых паразитов, кровяных паразитов и органическое слабоумие.
Марла говорит:
– Как насчёт развивающегося рака кишечника?
Девочка выполнила домашнюю работу.
Мы делим рак кишечника. Ей выпадают первое и третье воскресенья месяца.
– Нет, - говорит Марла. Нет, она хочет всё. Раки, паразитов. Она жмурится. Она даже и не думала, что может испытывать такие дивные чувства. Она наконец почувствовала себя живой. Её кожа очистилась. Вся её жизнь очистилась, она никогда не видела мёртвого человека. У неё не было настоящего чувства жизни, так как ей было не с чем сравнивать. Ах-тоска, здесь и сейчас были умирающие люди, была и смерть, и потеря, и печаль. Плач, дрожь, ужас и раскаяние. Сейчас, когда она знает, куда мы все уходим, Марла чувствует каждый миг своей жизни.
Нет, она не собиралась покидать ни одну из групп.
– Нет, возвращайся к прежней жизни, - говорит Марла.
– Я работала в похоронном бюро, чтобы развлечься, чтобы насладиться тем фактом, что я-то ещё дышу. А так, если я не получу работы на своём любимом участке...
Тогда отправляйся в своё похоронное бюро, - говорю я.
– Бюро - ничто по сравнению с этим, - говорит Марла.
– Похоронное бюро абстрактная церемония. Здесь и только здесь ты можешь получить настоящий опыт в области смерти.
Парочки вокруг нас утирают слёзы, хлюпают носами и гладят друг друга по спинам... и дальше.
Мы не можем приходить вдвоём, сказал я ей.
– Тогда не приходи.
Мне это нужно.
– Тогда возвращайся в похоронное бюро.
Все уже разлепились и соединяют руки для завершающей молитвы. Я позволяю Марле уйти.
– Сколько времени ты уже сюда ходишь?
Завершающая молитва. Два года. Мужчина в молитвенном круге берёт мою руку. Мужчина берёт руку Марлы. Начинаются моления и, как обычно, моё дыхание срывается. О благослови нас. О благослови нас в нашей злости и в нашем страхе.
– Два года?
Марла наклоняет голову, чтобы прошептать это. О благослови и укрепи нас. Все, кто, возможно, заметил меня за эти два года, мертвы или восстановились и никогда не вернутся. Помоги нам и помоги нам.
– Окей, - говорит Марла, - окей, окей, у тебя остаётся рак яичек.
Большой Боб, здоровенный чизбургер, нависающий надо мной. Спасибо. Приведи нас к нашей судьбе. Дай нам мир.
– Не за что.
Вот как я встретил Марлу.
Глава 4
ПАРЕНЬ ИЗ СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ мне всё объяснил.