Чтение онлайн

– Нам пора. Ребята уже ждут, закончим с этим побыстрее.

***

Судя по тому, что никто не звонил нам с воплями и угрозами – Гарольд предпочел не распространяться о том, что с ним произошло. Это радовало, но вот остальное… Мысли были невеселые, Хадор опять пропал на тренировке, а я пытался понять, что же происходит. Он отдалялся от меня, ощущение потери было почти физическое, а я уже был не в состоянии обходиться без него. Это было больно… Дверь скрипнула, прерывая мои размышления и пропуская в спальню черную тень.

– Ты спишь?
– Поинтересовалась она и, не дождавшись ответа, плюхнулась на кровать рядом со мной. – Тейн, что происходит с тобой последнее время? Я не слепой и вижу, как ты о чем-то все время думаешь. Может, пришло время поделиться?

В темноте я не вижу его лица, ощущая только руки, нащупавшие мои запястья и немалый вес тела, опирающегося о мои ноги. Это немного облегчало задачу.

– Я думал о тебе. Хотя нет, в основном о себе. О том, как я изменился, что перестал быть тем, кем был раньше. Я завязываю тебе бантики по утрам, влипаю в дурацкие ситуации, веду себя как мальчишка. Само по себе это ерунда, только.. я боюсь что… Я же был другим, когда ты… когда мы… Я сегодня, слушая этого придурка, понял. Меня же никогда, никогда не привлекали мужчины. Черт, да меня и женщины особо-то не привлекают. Почему тогда ты… что в тебе такого, что я… я так…Черт, об этом так трудно говорить!

– Тогда молчи. Говорить буду я. Ты боишься, что я влюбился в хищника, убийцу. Красивого, завораживающего, опасного. Да, так и было, ты прав. – Я сжимаюсь, как от удара, и тут же чувствую, как его руки перехватывают мои, притягивая ближе, поглаживая и заставляя расслабиться. – Однажды, я увидел поистине прекрасное создание. И влюбился. Так в картинку, как в идола. И только когда увидел тебя, спящего, мучающегося кошмарами, совсем другого – я полюбил тебя, как человека. Я люблю в тебе все, хоть и никогда не говорил об этом вслух. Наверное зря, раз ты столько себе напридумывал. Я люблю тебя. И, видят боги, мне нравится, каким ты стал сейчас. Потому что ты живой. Наконец-то живой. И только мой. А мальчишкой ты был всегда, просто сейчас это стало заметнее.

Слушать это не было уже никаких сил. Его голос обволакивал, лаская, а слова утоляли боль, которой, оказывается, было так много. Вывернувшись из опутывающих меня рук, я толкнул его на спину, слушая тихий заливистый смех.

– Ты всегда предпочитаешь словам действие. Но уж нет, сегодня ты вляпался по полной, так что …

Через мгновение я уже оказался под ним, а его пальцы быстро расправились с пуговицами на рубашке, стянули ее вверх, по локти и… завязали в узел. Я вытянул вперед небрежно, но плотно связанные руки.

– И как это понимать?

– Помнишь, я говорил про тренировку работы в команде и на доверие? Похоже, у нас с этим наметились проблемы, поэтому необходима новая методика. Ты мне доверяешь?

В синих глазах притаилась насмешка, но в ней нет ничего обидного. Сопротивляться становится все сложнее, особенно когда он, откинув мои стянутые рубашкой запястья вверх за голову, целует мою шею, чуть прикусывая, а его руки скользят вниз, вырывая у меня тихое шипение. Тренировка на доверие – то, что нужно нам обоим, и я расслабляюсь, жалея лишь о том, что не могу зарыться пальцами в его волосы, опять убранные назад. Дыхание сбивается, запуская сердце вскачь, и я закрываю глаза, избавляясь от всех страхов и сомнений под этими ласковыми руками и губами.

Чуть позже, когда он кладет голову на мое плечо, я все-таки стягиваю с него так раздражающие меня резинки и раскладываю по его плечам этот сияющий водопад. Он смеется и чуть приподнимается на локте, щекоча мою кожу светлыми прядями. Под внимательным взглядом я теряюсь, а он смотрит изучающе, как будто ищет ответ на какой-то свой вопрос.

– Что?

– Я признался тебе, за что влюбился в тебе. Теперь твоя очередь.

– А кто тебе сказал, что я тебя люблю?

– Ты. Только что.

Будущее

Хадор

– В саду еще пятеро. – Тейн одним гибким движением скользнул от окна, аккуратно опустив чуть приподнятую занавеску. – Повторяю еще раз. Никого не убивать, это гражданские, путь они сейчас и не очень похожи на мирное население. Но среди них много молодежи, нам нужно лишь обездвиживать их в случае нападения. Не убивать.

– Кроме случаев крайней необходимости, - добавил я, и он кивнул, соглашаясь. – Случаем крайней необходимости считается прямая угроза жизни подопечных или ваша собственная. Я рассчитываю на ваше благоразумие и профессионализм. В этой суматохе число жертв должно быть сведено к минимуму.

От одного его присутствия и спокойного голоса птенцы заметно повеселели. Да и остальные, те, кто не принадлежал нашей группе, как например охрана мэра, в особняке которого мы находились, смотрели на него со скрытым восхищением. Чтобы быть полностью похожим на тигра, ему не хватало только полосок. Надо сказать, это был очень голодный тигр, соскучившийся по возможности размять затекшие мышцы. Глаза поблескивали тем самым, хорошо знакомым серебряным блеском, движения стали плавные и очень скупые, как будто он не хотел тратить энергию попусту. Краткий инструктаж был закончен, бойцы заняли условленные позиции, а мы с Тейном и группой Мика остались охранять мэра и его семью.

К мужчине, с красивыми каштановыми волосами, почти не тронутыми сединой, четким, уверенным профилем и ясными карими глазами, жались жена и двое детей. Мать и младший сын были очевидно напуганы и периодически плакали, утешаемые главой семьи и старшей дочерью, сумевшей сохранить удивительное для молодой женщины самообладание. Среднего роста, красивая, с длинными русыми волосами, убранными в сложную прическу. Когда только успела? Она что-то успокаивающее говорила на ухо матери, но ее внимание было отвлечено на другого человека. Ее взгляд, не отпускавший ни на миг нашего командира, вызывал у меня очень непонятные ощущения. До этого момента чувство ревности было мне не знакомо, если я чего и боялся – так это того, что он может разлюбить меня, но чтобы полюбить другого.. или другую… Слишком много времени и сил у меня ушло, чтобы добиться его взаимности, чтобы допускать, что кто-то другой так же преуспеет на этой почве. Однако…

Ее глаза были полны восхищения и, хотя Тейн не обращал на это никакого внимания, скорее всего даже не заметив, мне было не по себе. Но размышлять об этом было некогда. Беспорядки в городе, спровоцированные вполне оправданными на данный момент жесткими мерами администрации, вылились в многочисленные вооруженные столкновения оппонентов. С минуты на минуту в город должны были войти войска и утихомирить воинствующих, и в ожидании этого момента мэр обратился к Тейну, с просьбой об охране его семьи. Так мы и оказались в этом шикарном особняке.

Снаружи послышались выстрелы. Очевидно, нападавшим надоело просто выжидать под прикрытием деревьев, и они перешли к активным действиям. Плачущая женщина испустила вопль ужаса и, вырвавшись из рук удерживающей ее дочери, рванулась к окну. Зазвенело разбитое стекло, и под ноги обезумевшей женщины и бросившейся вслед за ней девушки упала бутылка с зажигательной смесью. Время как будто замерло, и, как в замедленной съемке, я увидел Тейна, в одно движение преодолевшего разделяющее их расстояние и откинувшего обеих подальше от огня. Через секунду пламя охватило то место, где они стояли. Я сдернул тяжелую скатерть, покрывавшую стол, и набросил ее на огонь. Женщины плакали навзрыд, обнимая друг друга, а мэр смотрел на Тейна во все глаза, стараясь унять дрожь в руках.