Чтение онлайн

Как только все вышли, Марта растерянно потянулась к кувшину.

– Что это?

– Настойка на рябине. Я налью.

Как только он передал ей рюмку, она одним глотком выпила ее содержимое и почувствовала, как обжигающаяся жидкость потекла по ее горлу.

– Еще.

Староста понимающе посмотрел на нее и подвинул кувшин к ней.

– Вы ведь не голодны, так?

– Не голодна, – сказала она, выпив вторую рюмку и набравшись немного смелости.

– Насколько я понимаю, вам не нужно принимать пищу, но вы все равно иногда едите.

Марта уже устала удивляться. Она с кислым лицом подвинула тарелку с супом ближе к себе, взяла ложку и начала есть. От горячей пищи ее начало отпускать ощущение безысходности.

Она повторила свой вопрос, который волновал ее больше остальных:

– Так что это за Божественное Орудие?

– Я даже не знаю, как это объяснить… Дело в том, что я и мой предшественник никогда его не видели. Думаю, это ваш помощник.

Марта опустила ложку и недоверчиво посмотрела на мужчину напротив.

– И когда мы подожжем перо, он вдруг поймет, что со мной что-то не так? – иронично спросила она.

– Старейшина Куйун, у вас есть другие предложения?

Она тут же потупила взгляд от его тона и налила себе еще рюмку крепкого напитка.

– Так… От меня вроде требовалась какая-то помощь.

Староста тяжело сглотнул и снова схватился за голову. Проведя минуту в размышлениях, он заявил:

– Боюсь, это нельзя откладывать. Путь до той деревни займет около восьми часов.

– Какой деревни? – недоуменно посмотрела на него Марта.

– В деревне Булут разыгралась нечисть или демоны. Старейшина, с этим сейчас справитесь только вы.

Нечисть? Демоны? Так вот чем она занимается? И откуда вообще эта нечисть взялась?

Марта не стала больше задавать вопросов старосте, поскольку сейчас не была готова услышать еще хоть что-то, что переворачивало её мирное существование.

Они закончили трапезу, староста деревни достал с полки внизу стола спички, и они отправились на выход.

На улице он бережно уложил на пень перо, и поджег его. После, он посмотрел на Марту, на лице которой все еще стояло недоумение, и сказал:

– Отправляйтесь в Булут по дороге направо. Нигде не сворачивайте. Думаю, вы справитесь.

Пока Марта выводила лошадь из стойла, староста успел войти в дом и выйти с ношей в руках.

– Возьмите, к ночи будет холодно.

Марта оглянулась на него и увидела, что он держит узорчатое пончо с большим капюшоном. Она взяла его у него из рук, и спросила:

– О, а как зовут мою лошадь? Я прозвала ее Пятнышком, но ей не понравилось.

– Ее зовут Миля, это самая быстрая лошадь в нашей деревне, – с добродушной улыбкой ответил ей староста, и вдруг хитро прищурился: – а мое имя спросить не желаете, Старейшина Куйун?

Марта почувствовала, как к щекам подкрался румянец и стыдливо спросила:

– Староста, как вас зовут?

– Меня зовут Дмитрий, – улыбнулся он.

– Спасибо вам за помощь! – сказала Марта и запрыгнув на лошадь направилась в сторону, которую ей указал староста деревни.

Марта выехала из деревни и, дважды пришпорив лошадь отправилась в сторону деревни Булут.

– Миля, значит? С именами у меня действительно туго, – посмеялась она. – Ну, понеслась!

Под недовольное фырканье кобылы Марта задумалась о том, что ей сказал староста. Неужели ей действительно триста лет? Словам этого мужчины хотелось верить, да и кому может понадобиться вот так шутить?

Значит, все, кого она знала, уже давно мертвы?

Щемящее чувство одиночества, усиленное настойкой на рябине, разлилось по ее телу и накрыло волной. Почему это случилось именно с ней? Да, она никогда не была ни к кому сильно привязана, но вот так узнать, что ты потерял всех, кого знаешь, да к тому же еще и сотни лет назад, казалось свирепой насмешкой судьбы.

Ветер от быстрого бега лошади развивал ее волосы и обдувал лицо, отчего она вдруг почувствовала себя необычайно свободной. Равной ветру. Прямо сейчас, в погоне за приключением, среди гор и великой реки, она свободна.

Но так одинока.

Марте захотелось закричать, и она позволила себе это. В многострадальном её крике схлестнулись чувство лёгкости и горькая тоска. Одновременно она ощущала себя так, будто только что похоронила весь мир, и так, словно высвободилась из оков этого же мира и взлетела ввысь.

Словно свободная птица, летящая сквозь облака. Ветер хлестал волосы по спине и зазывал ввысь. Хотелось поддаться этому чувству, подпрыгнуть, кричать еще и еще. Разреветься от переполненной чаши, в которую сложились все эмоции. Ветер бы это позволил.

Неправильно, казалось ей, такое неправильное и нечестное чувство, такое уродливое и эгоистичное. Но ей не перед кем было оправдывать свои ощущения. Горы, глядящие на мир свысока и похоронившие в разы больше, вторили ей. Древние как сам мир горы казались вечными наблюдателями, неспособными вмешаться в судьбу хотя бы одного человека. Может, и она была такой же. Приклеенной к этому месту вместе с ними, незыблемой. Могла быть лавиной, сносящей все на своем пути и укрытием для людей.

Марта неслась сквозь ветер, и из-под копыт её лошади во все стороны поднималась пыль и летели маленькие камни. Она проносилась мимо бурлящей горной речушки, что впадала в бирюзовую Катунь, она видела белок, снующих между ветвей сосен и кедра, её окружало бесконечное количество маленьких разноцветных цветов в полях среди высокой травы. Она никогда раньше не была такой свободной. И пусть сердце сдавало позиции перед липким страхом, сейчас она не хотела его слушать.

Марта уже ехала пару часов, и лошадь начала уставать.

– Хорошо, Пятнышко, давай передохнем.

Она остановила лошадь и села на булыжник, из которого вырывались каменные цветы.

Марта представила, что в ее руке появляется самокрутка, уставившись на руку, но в ней ничего не оказалось. Она попробовала ещё раз, но опять ничего не вышло.

– Сигарета, появись! – недовольно выкрикнула Марта, но её рука так и осталась пуста. – Значит, это была разовая акция, да? Чёрт.

Тогда Марта встала и отправилась к реке. Она села коленями на каменистый берег и, посмотрев на свое отражение в реке, заметила шрам на правой брови. В прошлый раз она не слишком разглядывала своё лицо, поэтому его не заметила. Наощупь шрам казался плотным. Не задумываясь о его появлении, она набрала в руки холодную воду и ополоснула лицо.