Божественные истории
Шрифт:
И вот сейчас, когда нам всем предстояло снова собраться вместе, я дрожала от нетерпения. Отчасти меня радовала идея воссоединения семьи. Ведь порознь мы не так сильны, как все вместе. Но в то же время чем больше я представляла себе грядущую встречу, тем чаще видела перед собой лишь одно лицо: Аида.
Наконец-то, время пришло. Я отодвинула занавеску, чтобы выйти. Но вместо пустого коридора я увидела павлина на атласной подушке прямо на выходе из моей комнаты. Подарок?
Птица встала, раскрыла свой потрясающий сине-зелено-золотой хвост и уверенно вошла в мои покои, будто только и ждала, когда я её впущу. Да, точно подарок. Но от кого?
Я подобрала упавшее перо, пощекотала нос и улыбнулась. Зевс никогда бы не додумался до такого. Он бы попытался завоевать меня золотыми побрякушками и прочими холодными, пустыми безделушками. А значит остаётся только один вариант, кто мог преподнести мне такой экстравагантный подарок.
Аид.
Может ли он быть так же взволнован нашей предстоящей встречей, как я? Может, после месяца одиночества в Подземном мире, он одумается и всё-таки предложит мне стать его женой? Мой восторг усилился в десятикратном размере, и я разве что не побежала по небесно-голубому, залитому свету коридору, крепко держа в руке перо. Как минимум, этой мой шанс сбежать. Шанс самой выбрать свою судьбу. И я ни на секунду не сомневалась, что Аид - правильный выбор. Я бы выбирала его снова и снова, до скончания веков. Особенно если на другой чаше весов Зевс.
Тронный зал находился в самом центре Олимпа, и от него расходилась дюжина коридоров, как лучи солнца. Это была наша резиденция во время войны, место силы, куда не могут проникнуть даже сам Кронос, и где мы всегда чувствовали себя в безопасности. Теперь, когда Олимп стал частью территории Зевса, он как будто потускнел. Но ничто и никто - даже сам Зевс - не сможет испортить мне этот день.
Нет. Кое-что всё-таки может. Как только я влетела в тронный зал, моё сердце ухнуло вниз. Зевс, Посейдон, Деметра и Гестия уже собрались и ждали меня, но трон Аида оставался пустым.
– Доброе утро, - поздоровалась я, стараясь не выдавать своё разочарование. Наверное, он просто опаздывает. Ему дольше всех добираться до Олимпа.
– Доброе утро, - ответил Зевс. Он состарил себя на несколько лет, но даже с бородой он не стал похож на короля.
– Теперь, когда мы все в сборе, я бы хотел начать наше собрание…
– А как же Аид?
– перебила я.
– Разве нам не нужно его подождать?
– Аид не придёт, - в голосе Зевсе слышалось раздражение.
Я опустила перо.
– Ох.
Улыбка Деметры, сидевшей напротив, была полна сочувствия. То есть все знали. Даже Зевс. Несложно догадаться, что это была, как минимум, одна из причин, почему я ему отказала. Видимо, кто-то из сестёр сказал ему.
Я нахмурилась. Мои чувства к Аиду казались моей личной тайной, о которой я не хотела, чтобы знали другие. И теперь, представляя, как сёстры обсуждают с Зевсом меня и Аида, я чувствовала мороз по коже.
Зевс прочистил горло и кивнул в мою сторону.
– Вижу, ты получила мой подарок. Считай это извинением за то, как я повёл себя с тобой. Я бы подарил тебе небеса, если бы мог, но Деметра настояла, чтобы это было что-то попроще.
Я чуть было не выронила перо. Его подарок? Который помогла выбрать Деметра?
– Спасибо, - пробормотала я, сверля взглядом сестру. Она знала, как я отношусь к Зевсу. Подбадривать его таким образом ухаживать за мной было жестоко не только по отношению к нему, но и ко мне.
Собрание началось. Обсуждали какие-то нейтральные вещи, которые не вызывали бурных обсуждений. Посейдон и Зевс рассказывали о своих успехах, как им удаётся защищать своих подданных от опасностей и учить их заботиться о себе теперь, когда титаны больше им не угроза. Мои сёстры в ответ поделились тем, что нам удалось найти на земле. Я сидела молча и смотрела на пустой трон Аида. Его царство самое большое из всех - конечно, после войны у него там много дел.
Но он обязательно придёт в следующий раз. Он не нарушит своё обещание. Только не то, которое дал мне.
* * *
Аид не пришёл не в следующий раз, ни в третий, ни в четвёртый. В конце концов спустя почти год после окончания войны его трон убрали вовсе.
– Аид реши стать почётным членом совета, - объявил в тот день Зевс.
– Он будет присоединяться к нам, только для решения самых важных дел, в остальных случаях он полагается на наше решение в отношении всего, что находится за пределами его владений.
Другими словами, он отделился от нас, нарушил единство богов. Боль пронзила меня, горячая и неуёмная. Я быстро заморгала, чтобы не выдать свою реакцию.
Ладно. Если он считает, что мы того не стоим… что я того не стою… да будет так. Он нам не нужен. Мне он не нужен.
Но это ведь неправда. Пустота в груди там, где была надежда на счастливую жизнь, теперь пожирает меня изнутри. Он олицетворял собой всё, чего я хотела: уважения, сострадания, честности и зрелости - того, чего о Зевсу можно только мечтать. Возможность жить с тем, кто считает меня равной. И одним-единственным решением он разрушил все эти надежды.
Как только собрание окончилось, я сбежала на землю. Стояло лето, и лес изобиловал яркими красками: зелёные листья, красные и сиреневые цветы, голубое небо и коричневая земля - всё это могло бы показаться мне прекрасным, но я была ослеплена предательством Аида.
Я села на берегу озера и заплакала. Мой плач эхом разносился по лесу, но я была совершенно одна. Всегда одна. Сёстры были довольны тем, что им досталось. Каждый брат получил своё царство. Когда же я получу свой шанс на счастье? Когда же я начну жить так, как хочу?
Мы начали войну с титанами не только для того, чтобы спасти человечество. Мы также боролись, чтобы спасти самих себя. Я сражалась за свою свободу, но зачем она мне, если в одинокой жизни нет никакой радости? Я хотела разделить эту вечность с кем-то, создать узы на основе уважения и верности, чтобы знать, что для кого-то в этом мире я и есть целый мир. Но теперь у меня этого не будет. Я не могу быть с тем, кто был бы равен мне. Я никогда не выберу того, для кого я буду значить меньше. Аид был моей единственной надеждой.
Жалобный писк привлёк моё внимание, и я перестала плакать. В нескольких шагах от меня распласталась на земле крошечный птенчик размером не больше жёлудя. Его крылышко было неестественно изогнуто, и он звал на помощь.
– Бедняга, - я осторожно взяла его в ладонь и погладила по спине. Если не считать павлина - моего вечного спутника на Олимпе, -то это самое нежное создание, которое я когда-либо видела.
Я коснулась сломанного крыла, собираясь исцелить его. Кости легко встали на место, и птенец выпрямился. Казалось, он не мог поверить, что крыло снова в порядке, - он продолжал прижимать его к себе, пока расправлял второе, будто бы готовясь взлететь. Но вместо полёта остался сидеть на моей ладони и наклонил голову вбок, чирикнув мне ещё раз.