Чтение онлайн

– Достаточно!
– Я не хотела кричать, но так вышло.

Они все посмотрели на меня.

– Я видела наши дворы, которыми управляет страх, всю свою жизнь. Я говорю, что мы будем править здесь по справедливости и любви, но если среди моих сидхе есть те, кто не согласен с этим, то есть другие варианты.
– Я шла к Баринтус. Было трудно быть жесткой, когда мне нужно было вытянуть шею, чтобы встретиться с его глазами, но всю свою жизнь была крошечной среди них, так что я справилась.

– Ты говоришь, что ты хочешь, чтобы я была королевой. Ты говоришь, что ты хочешь, чтобы я была резкой, и ты хочешь, чтобы Дойл был резким. Ты хочешь, чтобы мы управляли способом, которым и нужно управлять сидхе, правильно?

Он колебался, и затем кивнул.

– Благодари Богиню и Консорта, что я не такая правительница, потому что, если я была такой, то убила бы тебя, поскольку ты стоишь тут настолько высокомерный, настолько полный своей силой, и это всего лишь за месяц жизни около моря. Я должна убить тебя сейчас, прежде, чем ты получишь больше силы, и именно это и сделали бы мои тетя и кузен.

– Андаис послала бы своего Мрака, чтобы убить меня.

– Я уже сказала тебе, что я - слишком дочь своего отца для этого.

– Ты бы попыталась убить меня сама, - сказал он.

– Да, - ответила я.

– И ты мог бы только защищаться, - сказал Рис, - убивая и дочь Эссуса и его внуков. Я думаю, что ты позволил бы ей убить тебя прежде, чем ты сделал бы это.

Баринтус повернулся к Рису.

– Оставайся там, Кром Круарх, или ты забыл, что я знаю твое первое имя, самое первое имя?

Рис рассмеялся, и это поразило Баринтус.

– О, нет, Мэннэн Мак Лир, ты не сможешь сыграть, упоминая мое истинное имя. Я больше не тот, кого так называли, и так давно им не был, что это вообще больше не истинное имя.

– Хватит, - сказала я, и мой голос на сей раз был гораздо спокойнее. - Мы уезжаем, и я хочу видеть тебя, Баринтус, сегодня вечером в главном доме.

– Я буду рад обеду с моей принцессой.

– Собери свои вещи. Ты останешься в главном доме на некоторое время.

– Я предпочел бы оставаться около моря, - сказал он.

– Меня не заботит, что бы ты предпочел. Я говорю, что ты переедешь в главный дом к остальным.

Он выглядел почти страдающим.

– Я так давно не жил около моря, Мередит.

– Знаю. Я видела, что ты плаваешь в воде и выглядишь счастливее, чем я когда-либо видела тебя, и я позволяла тебе оставаться здесь рядом с твоей стихией, но сегодня ты доказал, что это действует на твою голову как хороший ликер. Ты опьянен близостью волны и песка, и я говорю, что ты переезжаешь в главный дом протрезветь.

Гнев заполнил его глаза, и его волосы опять двинулись, словно двигались под водой.

– А если я откажусь переехать в главный дом?

– Ты хочешь сказать, что ты не повинуешься прямому приказу своего правителя?

– Я спрашиваю, что ты сделаешь, если я не подчинюсь, - сказал он.

– Я сошлю тебя отсюда. Я отошлю тебя назад в Неблагой Двор и ты можешь сам узнать, как Андаис жертвует кровью бессмертных, чтобы попытаться управлять магией, которая переделывает ее двор. Она думала, что, если я уехала, магия остановится, и она будет в состоянии снова управлять ею, но Богиня вернулась. Волшебная страна снова оживает, и я думаю все вы, древние, забыли, что это значит.

– Я ничего не забыл, - сказал он.

– Ложь, - сказала я.

– Я никогда не лгал тебе, - сказал он.

– Тогда ты лжешь себе, - сказала я. Я повернулась к другим.
– Ну, все. Нас ждет место преступления.

Я пошла к двери, и большинство людей в комнате пошли за мной. Я бросила через плечо:

– Будь в главном доме сегодня вечером к обеду, Баринтус, или будь на самолете по дороге к Сент-Луису.

– Она замучает меня окончательно, если я вернусь, - сказал он.

Я остановилась в дверном проеме, и толпа охранников должна была разойтись, чтобы я могла видеть его.

– Разве это не то же самое, что ты грозился сделать с Галеном всего несколько минут назад?

Он смотрел на меня, просто смотрел на меня.

– Тобой все еще движет сердце, а не голова, Мередит.

– Ты знаешь, что говорят. Никогда не вставай между женщиной и тем, кого она любит. Лучше не угрожай тому, кого я люблю, потому что тогда я отправлю тебя в Летнюю страну, чтобы защитить то, что принадлежит мне.
– Летняя страна была одним из названий места, которое у людей называется Небесами.

– Я буду в доме к обеду, - сказал он и поклонился.
– Моя Королева.

– С нетерпением жду этого, - сказала я, и этого я не чувствовала. Последнее, чего мне хотелось иметь в главном доме, так это эгоцентричное, сердитое экс-божество, но ты принимаешь решение не из-за того, что тебе хочется, а из-за того, что это нужно. Прямо сейчас мы должны были поехать на место убийства и отработать зарплату, которая помогала содержать увеличившееся число людей рядом со мной. Если бы мой титул шел в комплекте с большим количеством денег и зданий, и с меньшим количеством проблем... но я еще никогда не встречала принцессы волшебной страны, которая не была бы хоть в какой-нибудь беде. Сказки верны в одном. Прежде чем добраться до конца сказки, плохие вещи и трудные выборы уже пережиты. В некотором роде я тоже подобное пережила, но в отличие от сказок, в реальной жизни нет окончания, счастливого или еще какого-нибудь. Твоя история, как и твоя жизнь, продолжается. Минуту назад ты думала, что твоя жизнь под относительным контролем, а в следующую ты понимаешь, что весь этот контроль был только иллюзией.

Я молила Богиню, чтобы Баринтус не вынуждал меня убивать его. Моему сердцу было бы больно это делать. Мы вышли под свет калифорнийского солнца, я опустила темные очки на глаза, но внутри у меня было тяжело и холодно. Но это было гарантией того, что если бы Баринтус вынудил меня сделать то, чем я угрожала, я бы точно сделала это. Возможно, я была племянницей своей тети в большей степени, чем мне хотелось думать.

Дойл, Холод и Усна (в качестве водителя), взяли внедорожник, и Усна использовал галмор, чтобы выглядеть как я. Меня удивило, что у него были водительские права, но очевидно за несколько лет до моего рождения он уходил из волшебной страны, чтобы изучить Америку. Когда я спросила "почему", он ответил: "Кошки любопытны". И глядя на его лицо, я знала, что это будет единственным ответом, который я получу.

Усна не настолько был хорош в гламоре, чтобы появляться в таком виде на людях. Один толчок и иллюзия была бы разрушена, именно поэтому он шел не со мной. Там, куда я шла, была толпа. Но мы надеялись, что этот простой обман уберет прессу от внешних ворот, чтобы мы смогли спокойно уехать.