Чтение онлайн

На его треугольном лице выделялся большой крючковатый нос. Он был трау - раса фейри - и был изгнан несколько столетий назад из-за кражи всего лишь одной ложки. Воровство было очень тяжким преступлением среди любых фейри, но трау были известны своими пуританскими представлениями по большому количеству вещей. Еще о них говорили, что они крадут человеческих женщин, так что не во всем их можно считать пуританами.

Он двигался, как всегда, грациозно; даже бахилы, одетые поверх его дизайнерских ботинок не могли испортить его грациозность. Трау никогда не славились элегантностью, но Джереми был элегантен, и это всегда вызывало у меня вопрос - был ли он исключением или все трау были такими. Я никогда его не спрашивала, потому что это могло напомнить ему о том, что он давным давно потерял Вежливее спросить о трагически погибших родственниках, чем спрашивать об изгнании из волшебной страны.

– Мужчина в спальне человек, - сказал он.

– Мне нужно вернуться и осмотреть его еще раз, потому что, если честно, я лишь увидела его порезанное лицо, - сказала я.

Он погладил мою руку. Мы были в защитных костюмах, но если бы мы хоть что-нибудь тронули на месте преступления, на нас бы наорали. Правило - можно смотреть, но не дотрагиваться. Но если честно, я не испытывала желания касаться трупов или еще чего-нибудь здесь.

– Я с тобой, - сказал он. Это значит, что ему нужно поговорить со мной наедине. Гален было последовал за нами, но Рис удержал его. Джереми и я прошли через странно темную квартиру. Вся квартира была в оттенках коричневого и золотистого. Это были типичные оттенки для квартиры, даже мебель была коричневого цвета. Было мрачно и неопределенно угнетающе. Но возможно, это я так воспринимала обстановку.

– Что, Джереми?
– Я спросила.

– Лорд Шолто должен был остаться в прихожей с другими твоими людьми без лицензии.

– Я знала, что он приедет, - сказала я.

– Предупреди трау в следующий раз, когда собирается приехать Король Слуа.

– Прости, не подумала.

– Лорд Шолто только подтвердил предупреждение, которое мне передал Уотер. Он через улицу, наблюдает за этим местом.

– Он видел что-нибудь?

– Не убийство, - сказал Джереми и зашел со мной в спальню, где лежало второе тело. У мужчины было обычное человеческое лицо, похожее на лицо убитой женщины, но теперь, когда я могла отвести взгляд от лица, я поняла, что Джереми и Рис были правы, он был человеком. Ноги, руки и строение тело были пропорциональными. Он был одет в одежду, которую одели на него убийцы, и напоминала ту рогожку, в которой были одеты брауни в истории, но не так хорошо была подобрана, как у жертвы в другой комнате.

Убийцы оставили иллюстрацию, и то, что было на месте убийства действительно соответствовало рисунку, но убийцам пришлось импровизировать с деталями. Они положили его на спину, чтобы это было похоже на картинку домового, напившегося вина. Снова это была ошибка. Брауни не напивались, это могли быть богарты, но если брауни превращался в богарта, это становилось слишком опасно, как у Джекила-и-Хайда. Напившийся брауни не падал мирно и тихо, как люди, но я знала, что многие волшебные истории были похожи на воспроизведенную здесь - частично это было правдой, но частично - юмором.

– Они принесли книгу с собой и выбрали эту иллюстрацию уже здесь, когда было слишком поздно найти весь необходимый реквизит, который помог бы обстановке соответствовать картинке.

– Согласен, - сказал Джереми.

Что-то в его интонации заставило меня посмотреть на него.

– Если не убийство, что такого важного увидел Уотер?

– Кто-то из прессы сложил два к одному и выяснил, что невысокая женщина, повисшая на Джулиане, должно быть принцесса.

Я вздохнула.

– Значит они опять будут ждать моего выхода?

– Боюсь так, Мерри.
– Кивнул Джереми.

– Дерьмо.

Он снова кивнул.

– Сейчас я не могу думать о них. Я должна быть полезной здесь.
– Сказала я, вздохнув и покачав головой.

Он улыбнулся и снова погладил мою руку.

– Так и думал.

Я нахмурившись глядела на него.

– Что ты имеешь в виду?

– Если бы ты сказала что-то другое, то мне пришлось бы держать тебя подальше от каких-либо расследований.

Я уставилась на него.

– Ты хочешь сказать, что отправил бы меня работать со знаменитостями или потенциальным знаменитостям, которые всего лишь хотят видеть принцессу в своем доме?

– Это хорошо оплачивается, Мерри. Они нанимают нас, я посылаю тебя или твоих красивых мужчин, и они получают внимание прессы. Это всегда работает, а мы делаем деньги на вещах, которые не могут предоставить другие агентства.

Хотя бы мгновение, но мне нужно было обдумать это, потом я сказала:

– Значит ты говоришь, что дополнительная реклама приносит больше денег, чем если бы у нас ее не было?

Он кивнул и улыбнулся, показывая белые, ровные зубы, единственное, что было сделано искусственно со времени прибытия в Лос-Анджелес.

– Ты как любая знаменитость здесь, Мерри. Если вовремя не привлечь прессу, мешающую твоей жизни, о тебе забудут.

– Многие репортеры на прошлой неделе влетели в окно, чтобы проследить за мной, - сказала я.

Он пожал плечами.

– И это показали в международных новостях, или ты избегала телевидения весь уикенд и не видела этого?

Я улыбнулась.

– Ты знаешь, что я не смотрю телевизор, тем более если показывают меня, и у нас были более интересные занятия и кроме телевизора.

– Думаю, что если бы у меня было так много подружек, как у тебя друзей, я тоже был бы слишком занят, чтобы смотреть телевизор.

– А еще ты был бы истощен.

– Ты сомневаешься в моей выдержке?
– Спросил он, улыбаясь.

– Нет, я - женщина, ты - мужчина. Женщины легче переносят многократные оргазмы, нежели мужчины.

Это рассмешило его. Один из полицейских произнес:

– Иисус, если вы смеетесь, глядя на труп, то вы - хладнокровные ублюдки.

Люси появилась в дверном проеме:

– Я думаю, что твоя патрульная машина соскучилась по тебе.

– Они смеются над телом.

– Они не смеются над телом. Они смеются, потому что они видели вещи, которые заставили бы тебя бежать домой к маме.

– Хуже чем это?
– Спросил он, придвигаясь к телу.

Джереми и я кивнули и одновременно сказали:

– Да.

– Как вы можете смеяться?

– Иди, подыши свежим воздухом, - сказала Люси, - сейчас же.
– Последнее она произнесла с нажимом.

Полицейский хотел было что-то спросить, но передумал и вышел. Люси повернулась к нам.

– Прошу прощения.

– Все нормально, - сказала я.

– Нет, не нормально, - сказала она, - и журналисты тебя обнаружили, или думают, что обнаружили.