Чтение онлайн

Наскоро просмотрев каждую страницу, Тинси заметила:

— Да, ничего не скажешь, сюда много всего попало.

— А не попало еще больше, — возразила Каро.

Сидда закрыла альбом и положила на журнальный столик.

— Сидда, — вступила Ниси, — Каро сказала, что у тебя накопились вопросы.

— Да, мэм, — вежливо кивнула Сидда, словно во мгновение ока вновь стала маленькой девочкой и вспомнила усвоенные едва ли не в пеленках манеры.

— Сидда, пожалуйста, — упрекнула Каро, — откуда ты взяла эти «да, мэм»?! Давно бы пора забыть! Другие времена, другие обычаи.

— Сама не знаю, как вырвалось, — нервно хихикнула Сидда.

Тинси, посмотрев на подруг, взялась за сумку из желтой соломки.

— Господи, Тинси! Неужели у вас еще остались очередные луизианские сюрпризы?

— Ну… — протянула Тинси, извлекая большой конверт из оберточной бумаги, — что-то в этом роде. Каро сказала, что ты спрашивала о том времени, когда твоя мама заболела и уехала.

Сидда задохнулась.

— Тут письма, которые ты приносила мне много лет назад, когда была совсем девочкой. Просила передать их маме, — пояснила Тинси и, глубоко вздохнув, призналась: — Только я так ничего и не передала. Там же письма твоей мамы, которые мы берегли все эти годы.

— Мы хотели послать их по почте, — вторила Ниси. — Но это было как-то… неправильно, что ли. Не знаю, молишься ли ты святым, а вот я молюсь святому Франциску Патризийскому…

— Святому Фрэнку Патризийскому, — перебила Каро. — Не Фрэнки Ассизскому.

— Он святой покровитель прощения и примирения, — продолжала Ниси как ни в чем не бывало. — И нам показалось, что будет лучше, если мы будем с тобой во время прочтения этих писем…

— Спасибо. Жду не дождусь, когда будет можно их прочесть.

— Почему бы не сейчас, подруга? — удивилась Каро вставая. — Ложись и читай, пока мы моем посуду.

— О нет, — запротестовала Сидда. — Я не могу вам этого позволить. Сама все приберу после вашего ухода. Мало того что вы все привезли с собой, так еще и мытье посуды на вас взваливать? Нехорошо.

— Мы настаиваем, — сказала Ниси. — Хороший гость всегда помогает убирать за собой.

— Но разве все вы не устали?

— Ни чуточки, — заверила Тинси. — Мало того, у меня сна ни в одном глазу.

— И у меня тоже, — поддакнула Ниси. — Да и разница с домом на два часа. Это там уже спать пора.

— В это время я только встаю, — усмехнулась Каро. — Не торопись. Читай сколько потребуется. Мы никуда не уходим.

Пока я-я убирали со стола, Сидда лежала на диване, подложив под голову подушку, и изучала содержимое конверта. Всего там было две связки писем. В первой содержались только неотправленные, написанные детской рукой. Сидда не сразу поняла, что это ее собственный почерк. Все адресованы «миссис Шеп Уокер». Ни дома, ни улицы. Смещенное вбок имя, казалось, беспомощно висит в пространстве, без опоры в виде координат. При виде пустого места, где должен был находиться адрес, у Сидды стиснуло внутренности. Сама того не сознавая, она подтянула колени к подбородку, сразу став меньше, и развернула первое письмо.

«2 апреля 1963 г.

Дорогая мама. Никто не дает мне твой адрес. Тинси сказала, что сама отправит мои письма, и, надеюсь, так оно и будет. Мама, прости за то, что мы плохо себя вели и расстроили тебя. Багги говорит, ты не смогла вынести всех нас сразу. И велела писать только радостные письма. Пожалуйста, выздоравливай поскорее.

Я присматриваю за остальными.

В воскресенье мы ночевали у Багги. Потом приехала Ниси и забрала меня и Лулу. Малыш Шеп и Бейлор отправились к Каро. Я бы хотела пожить у Тинси и Чака и поплавать в их бассейне.

Я спросила у Ниси, где ты, и она сказала, что тебя нет в городе и что ты болеешь, но скоро поправишься. Ты в больнице, мама? Или гостишь у друзей? Я смотрела по телевизору «Маленьких проказников» и «Супермена», а потом мы с Лулу играли нашими Барби с Мелиссой и Энни. И ночевали в гостевой комнате Ниси, той, что на чердаке. Мне ужасно жаль. Я скоро еще напишу. Пожалуйста, ответь мне и приезжай домой побыстрее.

С любовью,

Сидда».

Сидда закрыла глаза. Воскресный вечер. Зима. Третий или четвертый класс. Ковбойский ремень отца в руке матери. Серебряный кончик, впивающийся в кожу раз за разом. Ее отчаянные попытки защитить других детей. Удары, оставляющие рубцы на бедрах и спине. Жаркое безумие; бред Виви об аде, о вечном огне. Стыд и унижение описавшейся Сидды; ее охрипший от криков голос. И, превыше всего, уверенность в том, что только она могла воспрепятствовать всему случившемуся.

Эти картины не были для Сидды внове. Ее тело слишком хорошо их помнило. Ничто: ни расстояние, ни карьера, ни Коннор, ни предположение психоаналитика, что с Виви случился нервный срыв, — не могло лишить ее уверенности в собственной вине. В том, что только она стала причиной воскресного наказания.

Затерянная в воспоминаниях, Сидда резко дернулась, когда Ниси набросила на нее легкое хлопчатобумажное покрывало. Открыв глаза, она встретилась с сочувственным взглядом Ниси, но, ничего не сказав, продолжала читать.

«12 апреля 1943 г.

Страстная пятница

Дорогая мама!

Сегодня к нам пришла Вилетта, и угадай, что было? Она принесла нам Лаки, нашего хомяка, который все это время жил в доме один, без нас. Сказала, что ему очень одиноко. Вилетта кормила его каждый день, но он скучал по нас!!! И теперь мы все вместе живем у Тинси. Он целый день бегает в своем колесе как заведенный. Видела бы ты его. Он тоскует по тебе.

Я жду от тебя письма. Тинси сказала, что оно, наверное, скоро придет. Она водила меня в кино. Только меня одну, больше никого.

Я молилась за тебя в «Остановках Христа». Этот пост ужасно долгий. Просто не верится, что это всего сорок дней. До Пасхи всего один день, и потом я снова смогу есть конфеты. Я соблюдаю свой обет весь пост не есть «М&М». Пожалуйста, приезжай к воскресенью, хорошо?

Тинси купила пасхальные платьица мне и Лулу. Дядя Чак ужасно смешной: пообещал устроить охоту на пасхальные яйца и пригласить тебя. Мы с Ширли выкрасили сто тысяч яиц. Вчера я позвонила Вилетте, и она сказала, что в Пекан-Гроув все в порядке. Не понимаю, почему мы не можем жить дома с папой. Все плохо, потому что там нет тебя.

Увидимся в воскресенье, хорошо?

Любящая тебя

Сидда».

«Пасхальное воскресенье

14 апреля 1963 г.

Дорогая мама!

Мы все разоделись и к 10.30 пошли на мессу, а потом вернулись к Тинси. Пришли Ниси, Каро и все остальные и устроили обед. Вилетта с Чейни, Руби и Перл специально приехали, чтобы привезти пасхальный пирог. На Вилетте была большая желтая шляпа с цветами. Папа тоже приехал и подбросил меня в воздух. Я все время спрашивала про тебя, но он велел мне замолчать и идти играть с другими детьми. Мы искали яйца в высокой траве, на газоне, клумбах и в горшках с цветами вокруг бассейна. Бейлор нашел золотое яйцо и получил большого плюшевого зайца. Всем нам тоже дали призы.