Чтение онлайн

Но думаю, что если сесть повторно —

Привыкнуть в жизни можно ко всему!

Мономах

На этом, как ты говоришь, удобном,

Просторном «стуле» думают о том,

Что лучше бы сидеть на месте лобном,

Уже под занесенным топором!

И я сейчас, в смятении великом,

Решенье должен принимать один!

Один! Один!..

(показывая на икону Спаса Нерукотворного)

Вот перед этим ликом...

Я — князь и раб!.. Слуга и господин...

(подходя к летописцу)

А может, правда вызвать воеводу

И сделать красным этот первый снег,

Чтобы потом его всему народу

Не окропить в предательский набег?

Л е т о п и с е ц

То как еще сказать...

Мономах

Как? Только прямо!

Л е т о п и с е ц

А криво, князь мой, я и не смогу!

Мое перо, ты знаешь сам, упрямо

И пишет только ровную строку!

Мономах

Не в правилах моих, ты это знаешь,

Просить кого-то дважды, но спрошу:

Ты... вызов воеводы — понимаешь?

Скажи, я жду...

Летописец возвращается на свое место и отыскивает в рукописи нужную строку.

Л е т о п и с е ц

Сначала устрашу!

Твой внук...

Мономах

Мстислава первенец?

Л е т о п и с е ц

Неважно!

То будет много-много лет потом...

Воюя много, честно и отважно,

Однажды примирится со врагом.

Мономах

С Олегом?

Л е т о п и с е ц

Нет! Его уже не будет...

А князь тот поцелует крест тогда,

Да скоро свою клятву позабудет,

И завоюет внука города!

(показывая издалека развернутый свиток)

Твой внук посла отправил, чтоб напомнил!

И, хоть без должной чести был прием,

Посол все, как положено, исполнил,

Но князь был тверд в решении своем.

Сказал, что он не видит в том кручины —

Ведь крест, он засмеялся, был так мал...

И в тот же день, без видимой причины,

Здоровый, сильный — бездыханным пал...

(сворачивая свиток)

Вот как порой наказывает клятва

Тех, кто нарушил свой завет...

Каков посев — такая жатва!

Ну, как тебе такой ответ?

Мономах

Да, устрашил!

Л е т о п и с е ц

Теперь о добром будем.

Как говорят — кто ранил, исцелит!

Такого нет греха, который людям

Господь за покаянье не простит!

Мономах

Да, ранил и спасительным бальзамом

Помазал рану. Только зря учил:

Для самого себя ведь в главном самом

Ответа я, увы, не получил!

И есть ли он — единственный на свете,

Надежный, как удар мечом, ответ,

Который разрешит сомненья эти?

Быть может, есть. Да времени уж нет!

(отходя от летописца)

Как нитка мысль: свяжу — и тут же рвется!

И снова я вяжу ее, спеша!

О, как моя душа сейчас мятется!

Постой, я говорю — душа... Душа?!

(радостно)

Архиепископ — вот кто мне поможет!

Дана им власть вязать и разрешать

Здесь, на земле, все то, что после может

Небесному в итоге помешать!

Мономах хлопает в ладоши, и появляется гридень.

Мономах

А... ты — опять? Все не дождешься смены?

Терпи! Все нынче терпят на Руси!

Сходи к владыке...

(в ответ на встревоженный взгляд охранника)

Да не стащат стены!

И если он не спит, то пригласи!

Гридень мнется, но убегает.

Мономах

Ну вот и все... На сердце полегчало.

Я должен получить теперь ответ

И положить какое-то начало,

Пока не положил его рассвет!

Владыка — старец, знаю верно.

Ему чужда и ложь, и лесть,

И он сейчас нелицемерно

Ответит мне все так, как есть...

Дверь отворяется. Входит архиепископ. Мономах подходит к нему и, слегка склоняя голову, подставляет ладони под благословение.

Мономах

Благослови, владыко!

Архиепископ привычно начинает осенять князя крестным знамением, но вдруг рука его приостанавливается.

А р х и е п и с к о п

И на что же

Мне, князь, сейчас тебя благословлять:

Идешь ли ты еще на свое ложе

Или встаешь, чтоб дело исправлять?

Мономах

Что сон? Одно лишь времени лишенье!

Его я после смерти утолю!..

Благослови... на верное решенье!

А р х и е п и с к о п

(благословляя)

Ну что ж, на это я благословлю!

Мономах

Святый владыко, как мне быть?

Не медли, я молю, с ответом!

Душу спасти иль погубить,

Других людей сгубив при этом?

А р х и е п и с к о п

Молился я в ночной тиши,

Была тиха моя молитва...

Хотя... для мира и души

Молитва — это тоже битва!

Мономах

Да-да, конечно, но сейчас

Не время для бесед духовных.

Сейчас возможность есть у нас

Русь от врагов избавить кровных!

А р х и е п и с к о п

(показывая большую серебряную монету)

Вот, посмотри-ка на монету,

Что к нам завез купец-араб.

Когда-то тетрадрахму эту

Послушно изготовил раб.

Потом она пошла по миру:

Эллада, Персия, Тунис,

Где, поклоняясь, как кумиру,

Ей торговали и клялись...

Смотри: над профилем Афины

Коринфский шлем в те годы смял

Удар до самой середины —

Знак недоверчивых менял.

Сначала серебро блистало,

Потом стемнело, словно сад,

И, наконец, она устало

Легла в заветный чей-то клад.

Как быстротечно мир устроен!

Давно повержены во прах

Купец и царь, поэт и воин,