Чтение онлайн

– Ладно, время есть, – тот махнул рукой и сел. – Говори! – велел сержанту.

– Видел я во сне, как на Даманский ночью перебираются китайцы, – начал тот. – Все одеты в маскировочные халаты. Много их, не меньше роты. Может, больше, посчитать не смог. Занимают позиции вдоль берега, обращенного к нам. Разрывают снег, стелют вниз циновки и ложатся сверху. Что-то пьют из фляг, наверное, греются.

– Наблюдательный пост об этом не докладывал, – покачал головой Стрельников.

– Ночь, снег, метель, – покачал головой сержант. – Тяжело заметить. Я продолжу. Наступает утро. От китайского берега к острову демонстративно идут три десятка нарушителей. Пост докладывает на заставу, прибывает наша маневренная группа. Вы, товарищ командир, вместе со старшим лейтенантом и пятью пограничниками направляетесь к китайцам. Отделение Рабовича прикрывает группу с фланга. Вы подходите к китайцам и что-то говорите. Рядовой Петров снимает это все на фотоаппарат. А потом сует его за пазуху и поднимает кинокамеру. Вдруг один китаец, старший, наверное, вскидывает руку. Их первая шеренга расступается, вторая вскидывает автоматы и начинает в вас стрелять. От огня в упор все падают на лед… – Коровка сделал паузу. – Рабович с пограничниками вступают в бой. Но силы неравны, ребята на открытом месте. В короткое время их всех убивают или ранят. Китайцы подбегают к ним и к вам, и начинают добивать ножами и штыками. Я видел это словно наяву… – он тяжело вздохнул. – И даже слышал скрип, когда клинки входили в тело.

Сержант затих. Офицеры подавленно молчали. Картина, возникшая перед их глазами, получилась до жути реальной и впечатлила обоих. И, главное, не вызвала сомнений. Такое быть могло, вполне.

– Вам приходилось раньше видеть вещие сны? – нарушил молчание Буйневич.

– Так точно, товарищ старший лейтенант, – кивнул сержант. – Они сбывались. Но тогда мне снились мелкие дела. Перед экзаменом по физике за десять классов, я увидал билет, который вытащу. Утром вспомнил, взял учебник и повторил материал. И, что ж вы думаете, попался мне тринадцатый билет! Экзамен сдал на хорошо.

– Поповщина, какая-то, – пробурчал пришедший в себя Стрельников. – Коммунист не должен в это верить.

– Увы, Иван Иванович, – не согласился с ним Буйневич. – В школе КГБ нам рассказывали о таких вещах. Есть люди, которые обладают сверхчувствительностью и могут предвидеть неприятности. Нам рекомендовали таким не пренебрегать. Советую прислушаться к сержанту.

– Что ж, нам теперь не выдворять китайцев? – спросил начальник заставы. – Не выполнить приказ?

– Разрешите, товарищ старший лейтенант? – вклинился Коровка.

– Говори! – кивнул Стрельников.

– Нам в усиление придан БТР. Мы пока его для вытеснения китайцев не использовали, возили пограничников. Предлагаю следующее. Когда прибудем к месту нарушения границы, укроем БТР за косой у нашего берега, – он подошел к висевшей на стене карте и указал, где именно. – Китайцы, как я видел, появятся вот здесь, у мыса с южной стороны. Если так случится, я сяду с пограничниками в БТР, проеду по льду Уссури, обогну остров и заберусь на него с севера. Китайцы, как думаю, не заметят.

– Почему там? – спросил Буйневич.

– С нашей стороны у острова берег высокий и обрывистый, – сказал Коровка. – Машине не взобраться. На севере у острова затока, по льду заехать можно без проблем. Там берега везде пологие. Я хорошо знаю Даманский, много раз на нем бывал. Мы выдвинемся к мысу на юге. Там ехать пару километров. Если сон мой вещий, китайцы будут здесь в засаде и начнут стрелять по нам. Мы соответственно ответим. Если же я зря поднял тревогу, и их там нет, тоже не беда. БТР будет весомым аргументом, чтобы нарушители убрались.

– Хм! – произнес Буйневич. – Что скажешь, Иван Иванович? – спросил начальника заставы.

– Хороший план, – ответил тот, чуть подумав. – Но отдавать БТР под командование сержанту? Сам поеду.

– Нельзя оставить пограничников без командира, – покачал головой Буйневич. – Нет смысла сажать всех в БТР. Вдруг китайцы направятся к нашему берегу? Кто их остановит? С Коровкой буду я.

– Вам запретили принимать участие в мероприятиях на линии границы! – возразил Стрельников. – Из отряда мне звонили.

– Мы им не скажем, – улыбнулся оперуполномоченный. – Подробности продумал? – спросил сержанта.

– Так точно, товарищ старший лейтенант. Десантное отделение БТР загрузим полностью. Там поперечные скамьи. Если вступим в бой, пограничники по бортам стреляют из бойниц, сидящие между ними будут набивать магазины. Если китайцев на Даманском много, это нам понадобится. Вы, товарищ старший лейтенант, займете место командира машины. Я сяду в башню к пулеметам.

– Там есть наводчик, – возразил начальник заставы.

– Он неопытный, – возразил Коровка. – Говорил я с ним, стреляет плохо. БТР придан в усиление нам недавно, научить их толком не успели. Я стреляю хорошо.

– Из пулемета тоже? – спросил Буйневич.

– Из всего, – ответил за сержанта Стрельников. – Коровка – лучший на заставе по стрелковой подготовке, и не только. Правда, там стоит КПВТ, спаренный с ПК. [88] Но разобраться не проблема. Я думаю, сержант уже успел.

– Так точно! – доложил Коровка.

– Можешь быть свободен, – приказал Стрельников. Сержант козырнул, повернулся и вышел.

– М-да, история, – произнес Буйневич. – Если прав Коровка, ввяжемся в вооруженный конфликт.

– Скоро все узнаем, – Стрельников бросил взгляд на наручные часы. – Ровно десять. Минут через двадцать-тридцать позвонит дежурный – сообщит, что китайцы на Даманском.

– Ты уверен? – поднял бровь оперуполномоченный.

– Да они как по расписанию ходят! – хмыкнул старший лейтенант. – Появляются в промежуток между десятью и одиннадцатью часами.

– Мне тогда пора, – встал Буйневич. – Схожу, проверю БТР, побеседую с экипажем. Мне с ним в бой идти.

Он вышел. Стрельников проводил его хмурым взглядом. «Будет проверять, правду ли сказал Коровка, – подумал. – Особист…» К визитеру из отряда он испытывал смешанное чувство. В отряде Буйневич появился несколько месяцев назад, но успел завоевать репутацию боевого офицера. Ездил по заставам, выходил на линию границы, принимал участие в вытеснениях китайцев, хотя ему это запрещали. Захватить в плен особиста – подарок для китайцев. На заставах Буйневича за такое уважали. Но, с другой стороны, он – недреманное око КГБ. Если что не так, доложит по инстанции, и тогда неизвестно, как все повернется. И привычки у него от комитета – сходу в душу лезет. Стрельникову предложил перейти на «ты». Дескать, в звании мы равные, а годами так почти ровесники. Вроде, правда, но прямой и искренний Иван не мог так сразу, потому обращался к особисту, избегая «ты» и «вы».

А еще Коровка… Будь Стрельников один, он бы выслушал сержанта и, скорей всего, понял бы его тревогу. Ситуация на границе прямым ходом шла к вооруженному конфликту. И Коровка зря языком молоть не будет – умный и серьезный парень. На заставе года не пробыл, а авторитет у пограничников завоевал. К нему даже те «деды», которым выпало служить три года вместо двух у пополнения, с уважением относятся. Знающий, умелый, молодой сержант нисколько не кичился тем, что он отличник боевой и политической подготовки. К подчиненным вежлив и внимателен, помогает им во всем. Замечательный выйдет офицер. Стрельников собирался через год предложить Коровке поступать в военное училище – пограничное, конечно. Но сначала принять его кандидатом в члены партии, а потом – и в КПСС. При поступлении в училище это очень пригодится. В марте исполняется год, как сержант прибыл на заставу и тогда можно дать ему рекомендацию. [89] В январе Стрельников представил своего комсорга к внеочередному званию, и в отряде это утвердили. Остальные командиры отделений на заставе младшие сержанты, а широкую лычку вместо двух-трех узких получат только к дембелю. В пограничных войсках званиями не разбрасываются. Стрельников стал старшим лейтенантом лишь год назад. Был бы в армии – ходил бы капитаном…