Чтение онлайн

Елизавета Петровна, заняв родительский трон, сразу же решила вопрос о престолонаследии. Она вызвала в Петербург из Голштинин родного племянника, чтобы подготовить его к обязанностям будущего императора России.

Сын цесаревны Анны Петровны и Голыптейн-Готторпского герцога Карла-Фридриха Карл-Петр-Ульрих родился 10 февраля 1728 года в портовом городе Киле – столице этого герцогства. Месяца через два после рождения ребенка Анна Петровна простудилась и на двадцать первом году жизни скончалась. Академик Я. Штелин, воспитатель сына герцогини, так описывает обстоятельства смерти старшей дочери Петра I: «Между прочими удовольствиями по случаю рождения герцога Карла-Петра-Ульриха, спустя несколько дней после того, как новорожденный принц был окрещен придворным пастором, доктором Хоземаном, зажжен был перед дворцом фейерверк. При этом загорелся пороховой ящик, отчего несколько человек было убито, многие ранены, и нашлись люди, которые объясняли этот случай в такой радостный день как зловещее предзнаменование для новорожденного принца. Вскоре случилось еще большее несчастье. Герцогиня пожелала видеть фейерверки и иллюминацию, встала с постели и встала у открытого окна при сыром и холодном ночном воздухе. Некоторые из придворных дам хотели удержать ее и убедительно просили ее закрыть окно и более беречь себя в настоящем положении. Но она засмеялась и сказала: „Мы, русские, не так изнежены, как вы, и не знаем ничего подобного“. Между тем эта прелестная принцесса простудилась, занемогла горячкою и скончалась на десятый день».

Набальзамированное тело Анны Петровны на фрегате доставили в Петербург для торжественных похорон. Сын Анны Петровны Карл-Петр-Ульрих Голштинский до четырнадцати лет воспитывался при дворе Фридриха II, находясь на попечении лиц из окружения герцога Голштинского, в основном женщин. С семилетнего возраста к нему были приставлены военные чины, призванные посвятить мальчика во все тайны военного искусства. Он учился военным приемам и маршировке, ходил в караул и дежурства наравне с другими молодыми людьми при дворе герцога. Наследник престола так пристрастился к службе, что парады и разводы стали для него большим праздником. После смерти отца десятилетний мальчик был взят под опеку дядей – принцем Адольфом, епископом Эйтенским, возведенным впоследствии на шведский трон.

Историки отмечают, что встреча 5 февраля 1742 года царственной тетки с племянником была очень трогательной. Елизавета могла теперь ежедневно видеть рядом с собой сына сестры и единственного представителя петровской линии. Императрица возвела его по традиции в звание подполковника Преображенского полка, одновременно пожаловала наследнику орден Святого апостола Андрея Первозванного, а также подарила ему дворец в Ораниенбауме и несколько богатых поместий в России. Елизавету Петровну огорчал болезненный, хилый вид прибывшего принца, особенно ее поразило то обстоятельство, что мальчик до сих пор серьезно ничему не учился. Поэтому она сразу же поручила своим посланникам при европейских дворах доставить ей несколько новейших планов воспитания царственных наследников.

Принявший православие четырнадцатилетний принц Карл-Петр-Ульрих стал великим князем Петром Федоровичем и 15 ноября 1742 года был торжественно объявлен наследником российского престола. До этого дня племянник Елизаветы Петровны являлся также претендентом на шведский престол – по родственным связям и договорам своего отца. Так случилось, что к моменту принятия православия племянником русской императрицы и официального объявления его преемником Елизаветы Петровны умер шведский король. В Петербург прибыли посланцы с предложением Петру принять шведскую корону, но они опоздали.

Учеба юного племянника российской императрицы проводилась по программе, составленной академиком Я. Штелиным. Он сам занимался по ней с наследником. Особое внимание в этой программе уделялось изучению русского и французского языков, хотя именно по ним занятия проходили с большими затруднениями. Прежде всего, великим князем плохо усваивался русский язык, несмотря на все усилия преподавателя Исаака Веселовского.

Кроме языков и закона Божия наследник изучал географию, ему читали историю соседних государств, два раза в неделю он повторял хронологию и знакомился с положением государственных дел. Документы свидетельствуют, что фортификация и основы артиллерии с обозрением существующих европейских укреплений являлись любимейшими предметами великого князя. Не случайно Елизавета Петровна преподнесла ему весьма необычный подарок. Для Петра по ее указу был сделан фортификационный кабинет, в котором в двадцати четырех ящиках находились все виды укреплений, начиная с древнеримских и завершая новейшими. Для ознакомления с укреплениями Российского государства наследнику выдавали большую секретную книгу, в которой были изображены все крепости империи: от Риги до китайской границы, с подробным описанием каждой. При ознакомлении с содержанием этой книги академик давал ему пояснения по истории и географии.

В деле воспитания и обучения наследника российского престола для Штелина главным препятствием являлась сама придворная жизнь: по желанию тетки-самодержицы Петр должен был присутствовать на всех торжествах, балах, маскарадах, приемах. Танцмейстеру Лауде пришлось приложить немало усилий для того, чтобы обучить юного князя каким-нибудь танцам, в которых мастерицей была Елизавета. Ее племянник не походил на светского кавалера, ибо дворцовым балам предпочитал церемониальные марши.

Чтение книг, занятия наукой также не привлекали малоразвитого Петра, ибо всему он предпочитал военные игры. Разумеется, это не означало, что в нем таились способности будущего полководца. Когда преподавались история, нравственность, статистика и государственные дела, наследник был невнимательным, рассеянным и капризным.

Елизавета Петровна между тем занялась поисками невесты для племянника и свой выбор остановила на дочери принца Ангальт-Цербстского Софии-Августе-Фредерике.

21 апреля 1729 года в немецком городе Штетине у командира прусского пехотного полка, принца Ангальт-Цербстского Христиана-Августа и его супруги принцессы Гольштейн-Готторпской Иоганны-Елизаветы родилась дочь, нареченная по лютеранскому обычаю тройным именем София-Августа-Фредерика. В свое время это событие не привлекло внимания, и никому в голову не могла прийти мысль, что новорожденной дочке бедного немецкого принца суждено через несколько лет вступить в родство с династией Романовых, стать у кормила управления Россией и приобрести в истории громкое имя.

Детство Софии-Августы-Фредерики было ничем не примечательно, и будущность, по-видимому, не сулила ей ничего значительного. Мать не обращала особого внимания на воспитание дочери, с ней занималась, главным образом, гувернантка-француженка Кардель. К занятиям София относилась прилежно, вникала в смысл бесед воспитателей, но при этом всегда стремилась делать из приобретенных знаний самостоятельные выводы.

Однажды в 1739 году в замке епископа Эйтенского встретились его молодые родственники: двенадцатилетний принц Петр-Фридрих Голштинский и десятилетняя принцесса София-Августа Ангальт-Цербстская. Принц приходился хозяину замка двоюродным племянником, а принцесса племянницей. Никто не мог тогда и предположить, что через несколько лет епископ Эйтенский займет шведский престол, который ему уступит племянник, чтобы вступить на русский престол, а троюродная сестра молодого принца станет его супругой, а позже самодержавной императрицей.

И еще один факт, связанный с будущей супругой великого князя Петра Федоровича. В начале 40-х годов XVIII века к герцогине Брауншвейгской приехала в гости принцесса Иоанна-Луиза Ангальт-Цербстская с дочерью. У герцогини, хозяйки дома, собралось также несколько духовных лиц. Между ними находился каноник из рода Менгденов. Он был известен умением предсказывать будущее. Мать находившейся здесь принцессы Марианны Беверской попросила сказать о судьбе своей дочери, не ждет ли ее в будущем корона?

Духовник ничего не сказал о Марианне, но зато, обратившись к матери ее подруги, принцессе Ангальт-Цербстской, сказал: «На лбу вашей дочери вижу короны, по крайней мере три». Принцесса приняла тогда эти слова за шутку.

Неожиданно принцесса Ангальт-Цербстская получила приглашение от российской императрицы приехать с дочерью в гости в Петербург. Наружность Софии-Августы-Фредерики пришлась Елизавете Петровне по душе, и она, несмотря на сопротивление приближенных, решила повенчать племянника, великого князя Петра, с его троюродной сестрой.

Бракосочетание наследника русского престола Петра Федоровича с немецкой принцессой, нареченной при переходе в православие Екатериной Алексеевной, состоялось 21 августа 1745 года в Казанском соборе. Жениху шел восемнадцатый год, невесте – семнадцатый. В связи с этим событием в «Записках императрицы Екатерины II» говорится: «Императрица (Елизавета. – A. M.) назначила быть свадьбе 21 августа. По мере того как этот день приближался, моя грусть становилась все более и более глубокой. Сердце не предвещало мне большого счастья, одно честолюбие меня поддерживало. Свадьба была проведена с большим торжеством и великолепием… На другой день после свадьбы, приняв от всех поздравления в Зимнем дворце, мы поехали обедать к императрице в Летний дворец. Поутру она мне привезла целую подушку, сплошь покрытую чудным изумрудным убором, и послала сапфировый убор великому князю для подарка мне; вечером был бал в Зимнем дворце; два дня спустя императрица отобедала у нас в Зимнем дворце. Свадебные празднества длились десять дней».