Чтение онлайн

– Мясо. С кровью.

– Надо же, у нас одинаковые вкусы! – наигранно обрадовался Мейсон. – Может быть и в сладком тоже?

– Не знаю, что тебе нравится из сладкого, – вздохнула я, чувствуя себя разгромленной.

Вот только я никак не ожидала, что жених в этот момент осмотрит стол с закусками. Взяв мою ложечку, он не спеша собрал крем с одного пирожного и поднёс угощение к моему рту.

– Попробуй. Это мой любимый, – предложил Мейсон.

Выбор был сложный. От одного едва уловимого аромата у меня чуть ли не слюнки текли, но я собиралась отказаться. Потому что я бы ещё с ложечки у жениха не ела. Об этом я и собиралась гордо сообщить, но стоило мне открыть рот, как в него тут же запихнули крем. Без вариантов.

– Вкусно, – пришлось признать мне с крайне недовольным лицом.

Впрочем, я уже и не надеялась, что Мейсона проймут намёки. Полагаю, его бы даже прямой текст не взял. Я совершенно не понимала, что у этого мужчины на уме.

– Замри на минуточку, – внезапно попросил он, убирая ложку в сторону, и я действительно замерла, не зная, чего ещё ждать. – У тебя крем на лице.

Взяв салфетку, уголок моего рта Мейсон вытирал медленно, старательно. Явно специально дразня – иллюзий, что это случайные невинные прикосновения я не питала. Мне только было интересно, действительно ли у меня там что-то есть, или жених всё выдумал.

– Чисто, – улыбнулся он, закончив, а я, наконец, смогла выдохнуть.

Вообще с него бы сталось и губами лишнее убрать – хорошо поскромничал. У меня и без того голова шла кругом от горячих мужских прикосновений.

Однако на этом экзекуция не закончилась – он решил меня закормить. Предлагал то печенье, то тарталетку, нахваливал каждое блюдо, причём так мастерски, что я увлеклась и совершенно забыла о своём плане. Я почти стала вести себя с ним как ни в чём не бывало, но вдруг опомнилась.

– Почему ты так старательно пытаешься меня накормить? – спросила я с подозрением.

– Я считаю, что у сытой девушки характер приятней, – глубокомысленно изрёк Мейсон, и тут я, пожалуй, могла с ним согласиться.

Он мне даже показался вполне славным человеком, однако так просто я сдаваться не собиралась. Наоборот, закралось только больше подозрений. С чего бы это нормальному уважающему себя мужчине кокетничать с такой странной девицей не в его вкусе? Может, нужно ему от меня чего?

– Кстати, – внезапно вспомнил ещё о чём-то Мейсон, когда я отказалась дальше есть, – насколько я помню, в дар от Природы на своей родине ты получила фамильяра. Почему я его не вижу?

– Это она, её зовут Сахаринка, – поправила я, насторожившись ещё сильнее.

– Покажешь? – словно невзначай попросил жених, но я уже что-то подозревала. Никак не могла понять, правда, что.

– Могу, – пожала я плечами и позвала.

Сахарная Летяга, расправив свою летательную перепонку, попыталась привычно шлёпнуться на мою макушку. Однако, разглядев меня в новом амплуа испугалась, неловко повернулась и спикировала мне прямо на лицо.

– К чему маскиховка? – напрямик спросила она, пока я осторожно освобождалась из захвата. – Мне тоже пхитвохиться фамильяхом некхоманта? Я могу издавать злодейский смех!

– Мейсон захотел на тебя посмотреть, – предупредила я, устроив её у себя в ладонях, и фамильяр повернулась к нему.

Не знаю, кто тут на кого больше смотрел. Сахаринка, казалось, оценила его от и до. Сперва скептично, что немного меня успокоило. Всё же не одна я сомневалась в этом мужчине.

Однако внезапно Мейсон протянул ладонь так, словно предлагал летяге перебраться к нему. Принюхавшись, мелкая предательница неспешно сменила мою руку на мужскую. В первую очередь мой жених накормил Сахаринку кусочками фруктов со стола. До отвала. Я воочию наблюдала, как у сытой «девушки» становится приятней характер.

Естественно, после этого Мейсон попытался её погладить. Сперва осторожно, одним пальцем почесал по шёрстке на голове и шеи. Потом, поняв, что укусить его здесь могу только я, мужчина принялся наглаживать летягу со всем усердием. Чесал и пузико, и спинку, шею спереди, как будто даже осторожно разминал ей лапки.

– А он хохош, – счастливо заявила Сахаринка, и я поняла, что она впредь начнёт меня отговаривать от всех моих идей в два раза задорнее.

– Что она говорит? – тут же поинтересовался Мейсон, который не мог её понять.

– Высоко оценила твои навыки массажиста, – сдержано перевела я.

– Польщён, – улыбнулся жених и тут же предложил: – Кстати, если ты захочешь тоже их опробовать, я всегда к твоим услугам.

– Спасибо, воздержусь, – поспешно отказалась я.

– Неужели у тебя ничего не болит? – притворно изумился Мейсон.

Вопрос тут же натолкнул меня на интересную мысль. Я ведь могла прикинуться больной. Немощной даже, можно сказать. Кому, скажите на милость, нужна больная жена? От такой ни детей не дождёшься, ни горячих ночей. А до них, судя по всему, мой жених уж больно охоч.

– Ох, у меня постоянно болит голова, – пожаловалась я, приложив пальцы к вискам. – Мигрень у меня шесть дней в неделю из семи. Нет, даже тринадцать из четырнадцати!

– И сейчас болит? – поинтересовался Мейсон, словно невзначай.

– Неимоверно, – трагично заверила я.

Я-то ничего не ожидала после этих слов. Разве что предложения показаться целителю или чего-то такого же рядового. Однако жених внезапно бережно усадил разнеженную Сахаринку на дальний от меня подлокотник и встал с кресла.

– Куда это ты? – заволновалась я, когда поняла, что идёт он не к выходу, а ко мне за спину.

– Знаешь, не могу остаться к твоей беде равнодушным, – ехидно сообщил Мейсон, внезапно положив руки мне на плечи.

По спине пробежали мурашки. Я чувствовала себя необычайно волнительно от того, что позади меня стоит мужчина и собирается что-то делать.

– Если тебе не понравится, скажи мне – я остановлюсь, – предупредил жених, но я почему-то не поверила. Сразу во всё. И в себя, и в него.

Умелые пальцы прошлись по шее вдоль позвоночника, и я позабыла, что отказывалась от массажа. Размяв шею, Мейсон чуть поднялся к ушам, провёл за ними большими пальцами. Затем спустился на плечи, чтобы расслабить и их. Я млела от его уверенных движений, и в какой-то момент вообще поймала себя на том, что тихо постанываю.

Вроде как надо было попросить его остановиться, но я, разморённая, всё никак не могла собраться с мыслями и подобрать слова. В итоге забыла, что хотела, и отдалась на волю ощущений.