Чтение онлайн

Лина прикрывает рот ладошкой, чтобы заглушить хохот. Папа обнимает её за плечи и целует в макушку.

— Рад тебя видеть, дорогая.

— И я вас.

Она улыбается ему, и мой старик расплывается в ответной улыбке.

— Твоя сестра приедет на день рождения? — спрашивает он.

Улыбка Лины чуть меркнет, и она качает головой.

— Нет, не в этом году. Она сейчас живёт у подруги, у них билеты на концерт. Но на Новый год точно будет. Она бы очень хотела приехать.

Отец снова обнимает её.

— Что ж, мы всегда ей рады. В любое время.

Как только он уходит, притягиваю жену к себе и заглядываю ей в глаза.

— Поверить не могу, что ты не выбрала моё пюре, Огонёк. Это предательство. Я ранен в самое сердце.

На её губах появляется хитрая ухмылка.

— Мне так жаль, — она хлопает ресницами. — Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину?

— О, я что-нибудь придумаю, — обещаю, сжимая её ягодицы и выразительно изгибая бровь.

— Ой, всё, — стонет Дима. — Да отпусти ты уже женщину, дай ей выпить!

Прижимаюсь щекой к её шее, улыбаюсь и вдыхаю её запах.

— Кажется, мой брат требует твоего внимания. Но помни… сегодня ночью ты моя. Без остатка.

Легонько шлёпаю её по попке, и она, быстро чмокнув меня в губы, идёт к брату у барной стойки.

Пока накрываю на стол, Дима учит Лину смешивать «Май Тай». Папа стоит рядом и болтает с ними, а Руслан заканчивает с ужином. Его жена редко бывает в этом доме. За двадцать лет Эмма так и не стала для нашей семьи своей, а Лине для этого хватило четырёх месяцев.

Она идеально вписалась в нашу жизнь, в нашу семью. Словно она всегда была здесь. Словно так и должно было быть.

С благодарностью улыбаюсь отцу. Без него у нас бы её не было, и мысль, что сегодня мы могли бы быть здесь без неё… что она была бы где-то там, с кем-то другим… кажется не просто дикой.

Невозможной.

Кирилл

— Надолго в Новосибирск?

Лина лежит на боку, подперев голову рукой, и лениво водит кончиками пальцев по моей груди. Мой взгляд скользит по её обнажённому телу, и меня бесит это одеяло, которое прячет от меня её бёдра.

— Эй, Айс, я здесь, — смеётся она, показывая двумя пальцами на свои глаза. — Смотри сюда.

Перевожу взгляд на её пронзительно-зелёные глаза и ухмыляюсь.

— Сложно, когда ты так отвлекаешь, Огонёк.

Она картинно закатывает глаза.

— Так сколько?

Вздыхаю и закидываю руки за голову, просто чтобы не впечатать её в матрас и не взять прямо сейчас, снова.

— Три дня.

Лина морщит носик.

— И ты улетаешь уже сегодня?

Киваю.

— Рейс в семь вечера.

— Ты точно успеешь вернуться к пятнице? На вечеринку в приюте?

Это их главное благотворительное мероприятие в году, и они были в полном восторге, когда я сказал, что приеду.

— Ты там что-то вроде звезды.

Обожаю, как загораются её глаза, когда она говорит о приюте. Теперь, когда мы женаты, я отнимаю у неё почти всё свободное время, и она уже не может волонтёрить там так часто, как раньше. Но всё равно срывается на помощь по первому зову.

— Да, я буду там, малыш.

Её улыбка заливает светом всё лицо.

— Спасибо! Жду не дождусь, когда ты со всеми познакомишься.

— Ты очень красива, когда так улыбаешься, — касаюсь губами её щеки.

— Эта улыбка, — она скользит ладонью по моей груди, по прессу, — только для тебя.

— Ещё бы.

Её рука соскальзывает под одеяло.

Рычу.

Мне нужно в душ и через полчаса выметаться из квартиры, чтобы успеть на встречу в восемь утра. И как только она закончится, я уволю того кретина, что её назначил.

— Если твоя рука опустится хоть на сантиметр ниже, малышка, у кого-то из нас будут большие проблемы.

Лина поджимает губы, будто решая, стоит ли игра свеч, но рука замирает на моём прессе.

— Жаль, что тебе нужно лететь.

Блин, мне тоже жаль. Меня никогда не парило, что ежегодное собрание компании проходит в Новосибирске.

До этого момента.

Надо сказать Егору, чтобы в будущем переносили всё в Москву.

— Будешь хорошо себя вести, пока меня не будет?

В её глазах пляшут черти.

— Как всегда.

Не в силах оторваться от неё, переворачиваю её на спину и нависаю сверху.

— Когда будешь кончать, думай, что это мои пальцы внутри тебя.

— Всегда, — шепчет она, подаваясь бёдрами мне навстречу.

Один взгляд на часы возвращает меня в реальность.

Времени больше нет.

Издаю разочарованный стон, который совсем не вяжется с нежным поцелуем в её губы.

— Мне пора.

Мы оба знаем, что речь не только об утренней встрече, но и о Новосибирске.

Она кивает.

— Знаю.

В последний раз целую её в макушку и иду в душ.

Лина скидывает пальто прямо на пол, оставаясь передо мной в своей рабочей форме. Каким-то невероятным образом эта женщина умудряется делать тёмно-синюю униформу самой сексуальной одеждой в мире.

Она закусывает губу и хлопает ресницами, изображая смущение. Но я-то знаю, зачем она пришла ко мне в офис. И я этому рад.

От мыслей о причине её визита в штанах становится невыносимо тесно.

— Иди сюда, — приказываю я.

Лина делает два шага, соблазнительно покачивая бёдрами.

Качаю головой.

— Не так. Ползи.

Она замирает и щурится, пытаясь понять, серьёзно ли я.

Сверлю её взглядом.

— Ползи ко мне, моя хорошая. Покажи, как сильно будешь скучать.

Лина колеблется лишь мгновение, а затем опускается на колени, и мой член каменеет в штанах. Её глаза не отрываются от моих, пока она ползёт ко мне, а её бёдра и задница раскачиваются, как маятник, гипнотизируя и соблазняя. В жизни не видел ничего сексуальнее.