Чтение онлайн

– Ой, не нравится мне, куда вы клоните! – вздохнул Джеральд. – Но, пожалуйста, продолжайте!

– Мы поначалу даже пытались как-то предупредить их, обсудить с ними возможности развернуть вспять их досадное положение дел, но нас никто не хотел слушать, – продолжила царица. – Родан выступал на заседаниях их правительства, объяснял, что если они не прекратят спорить о несущественном и разбазаривать прибавочный продукт их экономики на высосанные из пальца проекты, которые не могли принести никаких положительных результатов, то всё придёт в упадок, и будет уже невозможно ничего поделать. Нас выслушивали, вносили всё сказанное в протокол, но ничего не менялось. Потом мы убедились, что зря сотрясаем воздух, и перестали там появляться. Мы лишь облетали планету, следили за состоянием их промышленности, и сами вносили изменения, если это было необходимо. Но, разумеется, мы не собирались делать им миллиарды операций по улучшению интеллекта. Существует же предел!

– И вы не встретили среди полутора миллиардов людей ни одного достойного уважения? – спросила Рита. – Джеральду среди ящеров, кажется, повезло гораздо больше, хотя поначалу он тоже был в отчаянии. Правда, Джеральд?

– Чистая правда! – ответил тот. – Я до сих пор чту память моих друзей-ящеров.

– Увы, я убедился, что все они были заражены одной и той же гнилью, замешанной на четырёх вечных пороках: трусость, жадность, зависть и лень, – с грустью покачал головой царь Кевродан. – Бывало, мне казалось, что вот, я нашёл достойного уважения собеседника, но потом гниль всё равно выступала на поверхность, пусть хоть в чём-то.

– Что, дальше стало ещё хуже? – спросила Рита. – У меня какое-то плохое предчувствие.

Царь и царица замолчали, переглядываясь и виновато посматривая на Джеральда. Он заметил это и разрядил обстановку: «Ваши величества могут говорить, не опасаясь ни обидеть, ни задеть меня. Я давно уже не принадлежу к этой цивилизации».

– Ну ладно, – ответил царь Кевродан. – А ещё к нам подсылали убийц.

Рита ахнула, закрыв рот рукой. Джеральд положил руку ей вокруг шеи, массируя её плечо, чтобы успокоить.

– Да, одним прекрасным утром, когда мы сидели на веранде и наслаждались видом на восход, Браслеты поймали две крупнокалиберные пули, направленные в нас, – продолжил царь. – У начала их траектории они нашли двух лейтенантов, вооружённых дальнобойными снайперскими винтовками, и командовавшего ими капитана. Мы взяли их в плен и явились с ними на заседание правительства, чтобы выяснить, чего те пытались этим добиться.

– Вразумительного ответа сначала получить не удалось, – добавила царица Лирарис. – У них вообще как-то слабо работал мозг в части объяснения своих действий.

– В общем, мне пришлось устроить им демонстрацию, после того, как я задал им прямой вопрос, – объяснил царь. – Я спросил их, было ли их целью заполучить Браслеты. Не получив ни положительного, ни отрицательного ответа, я снял с руки Браслет и отдал его капитану.

– Могу себе представить, – предположил Джеральд. – Не сработало?

– Он даже с места его сдвинуть не смог, – ответила царица. – Браслет так и остался висеть в воздухе перед ним, пока Родан не забрал его.

– Даже после того, как я снабдил их полной, детальной, и простой для понимания информацией о том, что Браслеты не станут помогать никому на этой планете без нашего согласия, они не оставили нас в покое, – продолжил царь. – Попытки нас устранить на этом не закончились.

– Некоторых жизнь ничему не учит, – сокрушённо покачал головой Джеральд. – Даже, когда они наступят на одни и те же грабли дважды.

– Когда сменилось несколько правительств и поколений, преподнесённый их предшественникам урок был забыт, и нас попытались отравить каким-то газом, – продолжал рассказ царь Кевродан. – Наши милые Браслеты тщательно собрали его весь до молекулы, и мы с баллоном снова явились для встречи с их правительством.

– А оппозиция что, молчала? – спросил Джеральд. – Хотя, какая там оппозиция, когда на всей планете царит хаос?

– Нет, они не молчали, но использовали эти события лишь для достижения своих собственных политических целей, – возразил царь. – На словах многие были возмущены и даже требовали расследования и суда, но лишь затем, чтобы сместить нынешнее правительство и устроить перевыборы.

– Так куда же все эти недотёпы подевались? – наконец спросил Джеральд. – Не могли же они просто взять и исчезнуть.

– Ну, сначала они так всё загрязнили, что нарушили циклы размножения рыбы и морских животных, – пояснил царь. – Видите ли, они никогда не подходили к вопросу чистоты воздуха, почвы и воды с системной точки зрения. Они казались способными выбирать лишь один единственный источник загрязнения за раз, объявлять его врагом общества номер один, и размахивать этим лозунгом, ничего, по сути, не делая, кроме перераспределения финансовых потоков всё больше в собственный карман. Выбирали они, кстати, только такие, которые и контролировать-то не были в состоянии. Так, наверное, им было спокойнее. Загрязнение водоёмов сократило их население процентов на тридцать, но ничему их не научило. Сокращение уловов рыбы ударило по сельскому хозяйству, и пищи перестало хватать. Следом за этим они понизили водяной горизонт в сельскохозяйственных районах на сотню метров или более за счёт чрезмерного отбора воды из водоёмов и колодцев, а это уполовинило оставшихся. Сокращение уровня испарения воды с суши, за счёт отсутствия воды, как таковой, а с поверхности океана из-за его загрязнения, вызвало засуху. Падающая численность всё менее интеллектуально развитого населения подорвала их способность осуществлять масштабные проекты, и они не смогли ни опреснять достаточно воды, ни доставлять её туда, где она требовалась. Потом у них закончились удобрения, а как я ни предлагал развивать извлечение солей калия и фосфатов из морской воды, меня поднимали на смех, и, в итоге, их население продолжило сокращаться, тогда как здравоохранение пришло в упадок, и график их численности стал похож на летающую гору, из которой извлекли гравитационную сферу. Спустя всего какую-то тысячу лет после нашего прибытия сюда, на планете осталось около сотни миллионов из когда-то полутора миллиардов. Мы с Арис смотрели на это, и нам не оставалось ничего, кроме как покачать головой и продолжить наши упражнения в огранке драгоценных камней, резьбе по металлу и прочих искусствах. Чего мы только не перепробовали за эти сто двадцать тысяч лет, правда, Арис?

– Да, мы все ремёсла на свете пробовали освоить! – подтвердила царица. – Это потрясающе интересно и невероятно сложно! Зато теперь я знаю, как сделать ювелирное украшение из любого металла и драгоценного камня, деревянную коробочку для него, кожаную сумочку для коробочки, и литой, гравированный сундучок для сумочки. А Родан знает, как вырезать для сундучка саркофаг и построить для него мавзолей.

– Конечно, после того, как наши милые, неутомимые Браслеты вернули окружающую среду в прежнее состояние, удалив из океана миллиарды тонн солей тяжёлых металлов, полимеров и прочей гадости, – пояснил царь. – На всякий случай, вроде такого, как зарождение разумной жизни на этой планете, мы сложили все извлечённые из океана золото, вольфрам, хром, осмий, медь, цинк и так далее, в виде слитков в подземные хранилища. Авось, кому-нибудь, да понадобится. А заняло это у нас тоже не меньше тысячелетия. Зато последние сто восемнадцать тысяч лет здесь царит полнейшая гармония. Всё опасное из их руин мы постарались удалить и вернуть в естественные формы, и с тех пор в океане снова можно ловить рыбу и купаться.

– Говоря о ювелирных украшениях: вот, может быть вы куда-нибудь их приладите? – спросила Рита, которая вдруг вспомнила об изумрудах в своём кармане и достала несколько: «Нам их подарил дракон, ожививший Красную, которая владела Браслетами».

Она протянула их царице и положила ей на ладонь.

– Невероятного качества изумруды, – ахнула та, передавая камни мужу – Ты только посмотри на размер и игру!

– Прошу прощения, но я их уже огранил, – развёл руками Джеральд – Если вы когда-нибудь вернётесь в Плоские Просторы и всё ещё будете интересоваться огранкой, вы всегда сможете добыть ещё несколько сырых изумрудов в одной пещере. Но вернёмся к людям! Не сочтите за дерзость, Ваши Величества, но я на какое-то мгновение подумал, что они вас настолько вывели из себя, что это вы опустошили планету. Поверьте, да что там, вы же уже знаете, что на такое они вполне способны.

– Не скрою, был однажды такой момент, когда я с трудом заставил себя сдержаться и не отправить их всех куда угодно, но подальше от поверхности этой планеты, – ответил царь. – И причиной послужил, казалось бы, совершеннейший пустяк, который непосредственно относился к нашим с Арис увлечениям. Одно время нас обоих совершенно захватило строительство сёдел, ну и мы зарегистрировались на форуме, где общались такие же любители и профессионалы в этом деле. В какой-то момент нам захотелось создать свой собственный ресурс в глобальной сети, и я принялся изучать программирование страниц. Поскольку я ничего об этом пока не знал, то решил, что без визуального курса мне не обойтись и собрался прослушать несколько. Тут мне и пришлось считать до десяти и пить холодную воду, чтобы не порешить их всех.

– О, боже! Простой визуальный курс? – спросил Джеральд. – Как же они умудрились так Вас прогневать?

– Вроде бы, на первый взгляд, ничего особенного, – объяснил царь, слегка раздражаясь по старой памяти. – Причиной явился стиль инструктора, который он, совершенно очевидно, избрал для удлинения курса без добавления полезного материала. Он просто хотел побольше заработать, не предоставляя потребителю ничего, представляющего ценность. Когда пишешь код для интерактивного ресурса, то нужно объявлять переменные, в которых временно сохраняются значения разных объектов. Этот так называемый инструктор выбирал для своих переменных слова, которые совпадали с темой урока, но затем он делал нечто, совершенно не поддающееся объяснению: он произносил пространное отступление, в котором объяснял, что с концепцией, выраженной именем переменной, её содержимое не имело никакой связи. Приведу пример: на уроке об услугах и их потребителях он объявляет переменную “услуга”, а потом старательно объясняет, что присваивает он ей значение, которое к услуге никакого отношения не имеет. Потом всё точно так же повторяется для концепции “модели”, затем для “контролёра” и так далее. После этого я прекратил слушать его курс, откинулся на спинку кресла и задумался о том, что вот такие личности в тысячу раз хуже тех, кто с ножом поджидает прохожих в тёмных закоулках, чтобы зарезать, изнасиловать и ограбить.