Чтение онлайн

Удовольствие, конечно, я получил неизъяснимое. "Шедеврик" был - что надо! Всё так складно, да всё так умно! Плюс чай, плюс Пашкино общество, да плюс его комментарии, которые я не берусь приводить. В общем, кто слышал эту сказочку, тот меня поймёт.

"Машинку", как погонял Пашка браслет, мы пока выключили. События развивались вяло и смотреть, по сути, там было нечего. Мы решили, что часам эдак к девяти уже можно будет ожидать в "Новостях" хоть какой-нибудь реакции на спровоцированное нами ЧП.

А пока мы вели душеприятные разговоры ни о чём. О музыке, о музыкантах, о том, как сейчас с этим стало туго. Говорил, конечно, в основном, Пашка. Сами понимаете, что с современным положением в этой области я был не знаком. Если не брать во внимание той экскурсии по телеканалам, оставившей в душе неприятный и мутный осадок.

Постепенно разговор вернулся на прежнюю дорожку.

– Вот ты говоришь, - разглагольствовал я с чашкой чая в руке, - металл, цивилизация... Это всё более-менее понятно и при известной доле желания можно и провернуть. Но с этим-то как быть?
– Я похлопал по крышке магнитофона.
– Ты же первый со скуки сдохнешь! Не говоря уж обо мне.

– Ну...
– скромно потупился Пашка, одновременно буравя меня лукавым глазом из-под своей кудрявой шевелюры.
– Я думаю, в виде исключения... м?

– С тобой всё ясно!
– покивал я прищурившись.
– В виде исключения, значит?

– А что?
– сразу стал он в боевую стойку.
– Разве не достойны? Не мы ли Землю от скверны очищаем?..

Он хотел ещё что-то добавить, но в этот момент дверь в соседнюю комнату отворилась и на пороге возникла моя Настасья.

– Вы чего тут раскричались?
– прошептала она, аккуратно прикрывая за собою дверь.
– Полуношники!

Рот Пашки мгновенно разъехался до ушей.

– Да какой там - "полуношники"! Какая ночь? Уж солнце встаёт!
– сообщил он, кивая на занавешенное окно.
– И дурашливо заголосил, нещадно фальшивя: - "Утро красит нежным светом!.."

– С ранья уж принял?
– послышался недовольный голос Натальи. Она тоже возникла за спиной Насти, на ходу застёгивая халат.

– Неправда ваша!
– гигикнул Пашка.
– Сухой, как лист!

Кривляясь, он подбежал к ней на цыпочках, обхватил за талию и подтащил к столу.

– Ну-к, Володь, продемонстрируй!.. Ну это... Дикий пляж!
– пояснил он, видя, что я не уразумел, чего он от меня хочет.
– В тропиках!

Я включил изображение. Как только полкомнаты исчезло и на её месте открылся широкий морской простор, Наталья испуганно охнула и отшатнулась. В таком качестве браслет она ещё не видела. Одно дело - слышать рассказы, а другое - узреть собственными глазами.

– Хорош телевизорчик, а?
– егозил Пашка, тормоша супругу.
– Эт' тебе не наш задохлик, который без кувалды не работает! А?

Несколько секунд Наталья оторопело разглядывала барахтавшихся в воде людей, потом спросила:

– Что я, голых мужиков не видала?

Пашка забежал к ней с другой стороны и, обхватив её за плечи, хитро мне подмигнул:

– Товарищ не понима-а-ает!

Наталья поджала губы:

– Объясни толково, может статься, пойму...

Пашка радостно заржал и стиснул её ещё крепче.

– На ентом самом месте, - кривлялся он, тыча пальцем в экран, - плавали малю-у-усенькие такие кораблики - километра с два длиною каждый - с самолётиками там, со с ракеточками, со всякой такой военной дребеденью. Бомбить хотели Саддамчика. Ага! Так мы его - фук!
– и нету Кука! Людишки одни только и остались. Одежду - и ту корова языком слизала! Представляешь? Вот они, бедолаги, и плавают таперича тама и не знают, куды податься, кому отдаться?

Пашку, прямо-таки, распирало безудержное веселье. Чего нельзя было сказать о его супруге.

– А ты-то здесь каким боком?
– спросила она, всё ещё хмурясь.

– И-и-и!
– притворно скривился Пашка, неприметно махая возле виска.
– Совсем плохой стал! Не понимает! Идея-то - моя!
– Он со значением постучал себя по лбу.
– А уж исполнение, ессессно...
– широкий жест с поклоном в мою сторону.

Наталью уже утомили Пашкины выкрутасы и она сердито спросила:

– Ну и зачем ты мне всё это рассказываешь?

Подвижное лицо Пашки приняло кислое выражение:

– А что? Разве не интересно?..

На что Наталья только вздохнула:

– Чем бы дитя ни тешилось...

Пашка повернулся ко мне:

– Нет, вы на неё только посмотрите! Она так ничего и не поняла!
– Он театрально воздел к потолку растопыренную пятерню и потряс ею: - Это же начало!!!

– Начало чего?
– равнодушно отозвалась Наталья, слушая его уже вполуха.

– Ты что, совсем ничего не помнишь?
– Пашка даже отстранился от неё, округлив глаза.
– Мы ж с тобою говорили...

В этот момент я поймал на себе взгляд Насти:

"Что это вы тут затеваете?"

"Ничего особенного, - так же, не раскрывая рта, ответил я ей.
– Пашка проталкивает идею переустройства мира на свой лад. А это, - я скосил глаза на экран, - первая проба".

Настя в ответ только вздохнула.

"Как переночевала?" - обеспокоенно спросил я, уловив в её взгляде нечто, пронзившее меня.

"В гостях хорошо..." - уклончиво ответила она.

"Домой хочешь?" - виновато спросил я.

"А сам как думаешь?" - опять вздохнула она и отвела подозрительно заблестевшие глаза.

Дело понятное. Каждому человеку требуется место, куда можно вернуться. А вот нам, несмотря на моё хвалёное всемогущество, возвращаться-то как раз и некуда. В принципе, восстановить порушенное я бы мог... Но! Главное-то ведь - люди. Жить надо среди людей. А они там озлоблены и напуганы. Сами себя боятся. Что толку от того, что я восстановлю архитектуру? Ситуация от этого не изменится. Она творится в душах людей. А эта епархия не в моей власти.