Браслет
Шрифт:
– НЕБО УСЛЫШАЛО ВАШИ МОЛИТВЫ!!! ПРИНИМАЙТЕ ДАР!!!
Я ещё приправил это мощным телепатическим посылом (на случай, если среди встречающих окажутся глухие).
Мои дуболомы все разом обольстительно заулыбались и, широко раскинув руки, пошли "в народ".
До милых "дам", в жутком ступоре внимавшим гласу небес, наконец дошло, что наступил долгожданный исторический момент.
И началось! Долго сдерживаемый, истосковавшийся по делу, могучий инстинкт продолжения рода вырвался на свободу!
– Что? Мы и ЭТО будем смотреть?!
– покрасневшая Настя демонстративно сложила руки на груди и, склонив голову набок, выжидательно уставилась мне в глаза: - Мне кажется, своё дело мы уже сделали? Не пора ли и домой?
Давясь от смеха, я взглянул на Саньку:
– Слышишь?
Тот нехотя уступил:
– Если женщина просит...
– Женщина требует!
– строго посмотрела на него Настя.
– Ей противен разврат во всех его проявлениях!
– Зачем же так строго? Они этого не заслужили.
– Я - тоже! И вообще, если вы помните, я с самого начала была против.
– А, собственно, почему?
– Потому что и без того дома дел хватит! На кой нам ещё и эти заботы? Пусть о них крутые парни из Галактического Совета волнуются!
– Как видишь, руки не доходят...
– А, может, просто запланировано? А мы опять - свиным рылом?..
– Что "запланировано"?
– удивился я.
– Угасание цивилизации?
– Вот именно!
– Ты хочешь сказать, что зеркала на той стороне - их работа?
– Без сомнения! Ты не обратил внимания, что твой драгоценный Танзу никоим образом не дал понять, что ему противна вся эта конструкция?
– Она указала на зубчатый горизонт.
– Отсюда сам собою напрашивается вывод: это их рук дело. И у них здесь свои интересы.
Я задумался:
– Ну... Это ещё доказать надо...
Тут Санька, внимательно наблюдавший за происходящим внизу, воскликнул:
– Смотрите-ка! А нас заметили!
Я перегнулся через подлокотник и посмотрел, куда он указывал.
Мы парили на высоте где-то метров пятнадцать-двадцать. Прямо под нами собралась небольшая группа тёток, не принимавших участия в массовом мероприятии. Они только внимательно следили за его ходом, иногда переговариваясь, а иной раз выкрикивая визгливыми голосами какие-то команды, доносившиеся и до нас. Видимо, происходящее не всегда соответствовало заранее разработанному сценарию, и они на ходу вносили в него поправки. Не представляю, какие такие ценные указания можно было давать обезумевшим от страсти женщинам именно в данный момент? По-моему, они вообще сейчас не способны слышать ничего, кроме голоса инстинкта.
Мои обалдуи, не зная устали, работали на совесть. Бабы, истосковавшиеся по мужикам, буквально облепили их. И на представителей "администрации" никто не обращал никакого внимания. Но "администрацию" это не смущало.
Так вот именно оттуда и устремили свой начальственный взор на наш "пятачок". Снизу мы им смотрелись, наверное, тёмным кружком, неподвижно застрявшим в небе. А уж когда по его краям ещё и наши головы высунулись, по их рядам прошла судорога. Сначала послышались крики типа "ох!" и "ах!" (если, конечно, я верно истолковал), а потом нам стали активно, прямо-таки, совсем по-земному, махать: спускайтесь, мол, к нам.
– Ну и как?
– рассмеялся я.
– Примем приглашение?
– Ещё чего?!
– вспыхнула Настя, старательно отводя глаза от картины внизу.
– Чтобы я?! Да в этот бедлам?!
– Да успокойся ты!
– я обнял её за плечи.
– Пошутил я.
– Шуточки у вас!
– обиженно фыркнула она.
– При том - у обоих!
Хоть ноздри её гневно раздувались, прозвучало это уже не так враждебно.
*****
Приглашения мы, конечно, не приняли. И впрямь, пора было возвращаться.
Но не зря же говорят: "Человек предполагает, а Бог располагает".
Началось с того, что погасло солнце. То самое, что я сотворил. Нервно как-то погасло. Сначала полыхнуло красным, отчего во все стороны полетели огненные брызги, а затем, померкнув наполовину, снова вспыхнуло, как бы на прощанье. И, в конце концов, погасло совсем.
– Пробки выбило?
– пошутил Санька, с интересом оглядываясь на меня.
Но мне было не до шуток.
– Это не моя работа...
– озабоченно нахмурился я.
– Не твоя?!
– поразился Санька.
– А чья же тогда?
– Не знаю...
– Хороший ответ!
Я сердито оглядывал горизонт. Сразу же навалились кровавые сумерки. Стало неуютно и тревожно.
– Чего тянешь?!
– вцепилась в меня Настя.
– Уноси скорее ноги!!!
– Знать бы - куда?
– Домой, на Землю!
– Думаешь, там безопасно?
– Я что-то не въезжаю, - вмешался Санька.
– Опять вурдалаки?
– Похоже на то...
– Но ведь твой Танзу говорил...
– начала было Настя, но я её перебил:
– "Мой" Танзу - тоже человек. Мог и ошибиться.
– А почему браслет не реагирует?
– Санька, как и я, вертел головой в поисках неведомого врага.
– Поломался, что ли?
– Типун тебе на язык!
– зашипела на него Настя.
– Не хватало ещё застрять здесь навеки!
– Но ведь была же договорённость, - оправдывался Санька.
– Если что...
– Сейчас выясним, - сурово произнёс я. Мне это тоже всё очень не понравилось.
– Сезам!
Вздох облегчения вырвался из наших грудей, когда перед нами знакомо возник светящийся контур:
"Слушаю".
– Нет, Сезамчик, - улыбнулся я, чрезвычайно ободрённый.
– Побеседовать надо.