Чтение онлайн

– Ну да!
– хохотнул Санька.
– Танцовщица одна ему очень приглянулась. Вот мы и решили побаловать парня. Слава Богу, здесь вариантов - полпланеты!

– Ничего он мне не рассказывал...

Санька зря старался: Настя всё так же буравила меня колючим взглядом, отчего я непроизвольно съёжился и стал оправдываться:

– Ну забыл упомянуть... Да и не так уж это важно, в конце концов!
– попробовал я гордо вбрыкнуть, но получилось это у меня как-то вяло и неубедительно.

– Вы, сударыня, зря на него зуб точите, - кинулся Санька на амбразуру.
– По части целомудрия он, к вашему сведению, любому монаху фору даст! Не извольте сумлеваться!
– добавил он, встретив ироничный взгляд "сударыни".

– Ишь, спелись!
– чуть притупив лезвия своих глаз, усмехнулась Настя.
– Ну? И где же всё это? Что-то никаких женщин я здесь не наблюдаю. Одни только...
– она выдержала многозначительную паузу, во время которой насмешливо оглядела нас, и раздельно произнесла: - Сладострастники!

– Ошибаетесь, сударыня!
– продолжал Санька валять дурака. Мне было как-то непривычно видеть его в этой роли.
– Мы - так, мелочь пузатая! А вот главный-то сладострастник, к сожалению, за кадром остался: жена не пустила.

– И правильно сделала. То-то он и рвался сюда!.. Все вы хороши...
– Настя всё больше оттаивала: глаза её опять поголубели и она потрепала меня по загривку: - Ну так вы мне и не ответили: где население-то?

– На другом полушарии, - выдохнул я облегчённо.

– А здесь кто живёт?

– Никто, - снова встрял Санька.
– Этот "никто" оттяпал у аборигенов полпланеты на свои, никому неведомые нужды.

– И где же он, этот... "никто"?
– Настя подозрительно оглядела стерильную панораму.

– А вот этого не знает, опять-таки, никто. Сколько ни искали, вокруг всё то же: небо, солнце, да бескрайние зеркала! Даже в недра заглядывали - чисто!

– Но ведь зачем-то же это построено?

– Само собой! Только хозяин об этом нам не рассказывал.

– Н-да...
– Настя задумчиво покачала головой.
– Представляю, сколько времени средств сюда пошло!..

– Насчёт средств - не скажу, не располагаю информацией, а вот времени понадобилось - всего-то одна ночь!

– Интере-е-есно!
– удивилась Настя не без подковырки.
– И откуда же такая осведомлённость?

Санька охотно стал посвящать её в тайны трагической истории этой планеты, которые удалось ему подслушать во время проповеди на ритуальной поляне. Попутно он добавил и живописных моментов, о которых я и не слышал раньше. Возможно, придумал для красного словца, а, может быть, и вспомнил. Во всяком случае, рассказчиком он был отменным, не чета мне, и Настя слушала его со всё возрастающим интересом, изредка поглядывая на меня, как бы приглашая к сопереживанию.

Пока Санька разливался соловьём, я побеседовал с браслетом и договорился с ним о мерах безопасности на тот случай, если сам Бей, или кто из его команды, внезапно почтит нас своим присутствием. Прежде всего, я попытался выяснить, каким количеством землеподобных планет располагает его память. Прозвучало какое-то неправдоподобно огромное число, запомнить которое я даже и не старался: нет нужды - есть, значит, есть. Для себя я лишь уяснил, что вариантов бегства в критической ситуации у нас имелось великое множество, а очерёдность их выбора я предоставил самому браслету.

Я также поинтересовался у него, существует ли возможность упростить процесс телепортации? Без всяких старомодных штучек: заклинаний и тому подобного. Он спросил, какой вариант меня устроил бы? Я пояснил, что в сложившейся ситуации потребуется мгновенный перенос всей нашей маленькой компании при первых же признаках чужеродного вторжения. Однако уточнил, что старый вариант перехода из одной точки пространства в другую тоже не лишён своей прелести и в своё время может понадобиться.

Когда все формальности были улажены, я обратился к почтенному собранию:

– Ну что, дамы и господа, вернёмся к нашим баранам?

– Не понял. Кого это ты так ласково?
– поинтересовался Санька, ещё разгорячённый собственным красноречием.
– Пал Ксанча? Или аборигенов?

– Я о генераторе совести.

– Что-что-что?
– насмешливо подалась вперёд Настя и даже ладонь к уху приложила: мол, не расслышала.

– Да ты погоди насмехаться, - поморщился я, оскорбившись за коллективно выстраданную идею.
– Сперва выслушай.

И я, где сам, а где и с помощью Саньки рассказал, до чего мы додумались, не утаив и результаты первого эксперимента. Это Настю больше всего "зацепило".

– Боже!
– всплеснула она руками.
– Ты и здесь успел наколобродить! Что ж ты такого там напредставлял, что люди стали из окон сигать?

– "Люди"!
– мрачно усмехнулся Санька.
– Эти "люди" уже в течение полугода методично сживали нас со свету! Не ругать его надо, сударыня, а памятник поставить!

– Ну, а всё-таки?
– хитро прищурилась "сударыня".
– О чём же ты думал, когда... это... ну, излучал?
– подобрала она, наконец, нужное словечко.

– О чём?..
– покраснел я.
– О любви... И о тебе, конечно!
– тут же соврал я.

Разве можно было сказать ей всю правду? Хотя бы и многолетней давности?

Взгляд её как-то странно изменился:

– Это что же?.. Ты им внушал, чтобы они все хором любили меня?!

– Ну уж!.. Ты скажешь!..
– беспомощно развёл я руками и посмотрел на Саньку, непроизвольно ища поддержки.

– Сударыня! Сударыня!
– поспешил тот на выручку, лукаво щурясь.
– Вы слишком узко подходите к данной проблеме! Ведь здесь главное что?

– Ну и... что?

– Главное - вид эмоционального настроя, а не объект, которому он адресован. Браслет излучает эмоцию, а не информацию о самом объекте поклонения. Разницу усекаете?