Чтение онлайн

М.С. Соловьев сообщает такой интересный факт. Представитель РОВС и БРП в Эстонии Б.В. Энгельгардт стремился наладить оперативные контакты в Красной армии, особенно среди бывших сослуживцев царского времени. «Одним из важнейших направлений работы была реализация плана Энгельгардта установить контакт со своим знакомым и однополчанином, будущим маршалом Советского Союза М.Н. Тухачевским. Насколько продвинулся Энгельгардт в этом направлении, пока сказать не представляется возможным, но, быть может, его попытки не остались без внимания ОГПУ-НКВД, и через десять лет отяготили мнимую или реальную вину М.Н. Тухачевского в глазах режима»465. Само наличие планов такого рода вызывала у советского руководства, опасавшегося военного бонапартистского переворота, панические настроения.

Подобные настроения усиливались и тем обстоятельством, что особым отделом ОГПУ было установлено: «…отделы БРП имели местные контакты с иностранными разведками: польской, финской, латвийской. Эти разведки в свою очередь широко использовали кадры БРП для разведывательной, диверсионной и террористической работы в СССР»466.

По мнению О.Б. Мозохина, «БРП активно вело работу против СССР приблизительно до 1934 г. Благодаря успешной работе органов ОГПУ БРП в это время прекратило свою деятельность, оставшиеся активные кадры стали перетекать в другие белоэмигрантские организации»467.

Теперь перейдем к более подробному рассмотрению деятельности местных организаций.

В Финляндии возглавлял местное отделение БРП А.Н. Толь (Толль) (Анатолий Николаевич Антонов-Дядик) (1896–1971), иногда фигурирующий в документах под псевдонимом Олег Толь. Лейтенант флота работал на разведку Н.Н. Юденича, сотрудничал с финскими спецслужбами, затем поставлял информационные материалы из СССР С.Ц. Добровольскому468. В 1919 г. А.Н. Толь бежал в Финляндию и с этого времени находился в розыске. Его родственники и невеста Александра Ивановна Калачева были арестованы (интернированы) в качестве заложников 5 июля 1919 г. и затем сосланы в Вологду469.

Явочной квартирой А.Н. Толя в годы Гражданской войны был дом 15 на Лесном проспекте, принадлежавший Михаилу Егоровичу Олыкайнену470. Деятельность координировалась совместно с Юрием Павловичем Германом, главным по связи с Финляндией в «организации Таганцева». Ю.П. Герман был смертельно ранен при переходе советско-финляндской границы в районе села Парголово. В 1920-е гг.

А.Н. Толь неоднократно бывал на советской территории, в том числе и в Ленинграде. Финская полиция даже завела на него дело как на потенциального большевистского агента471.

Историк В.И. Мусаев, опираясь на данные, почерпнутые из Национального архива Финляндии, утверждает, что Толь являлся уполномоченным Союза объединенных монархистов (председатель Г.Н. Лейхтенбергский)472. А.Н. Толь проживал в Гельсингфорсе и деревне Вамелсуу Уусикирккской волости (Серово Курортного района, недалеко от советской границы). Как уже сообщалось выше, ячейки БРП в Финляндии существовали практически во всех приграничных населенных пунктах.

БРП в Финляндии пользовалось средствами РОКа, представители которого К.Н. Пушкарев и Губченко снабжали БРП более активно, чем местное отделение РОВС. Все же ситуация в Финском филиале Братства вполне характеризуется в докладе А.Н. Толя, направленном центральному руководству: «…пока я сижу здесь и кое-как вывертываюсь, и что самое главное — поддерживаю постоянную связь с "деревней" (СССР. — М.С.). Материал разведывательный пока не густ, пришлю через 4–5 дней о частях ленинградского гарнизона, позже налаживаю на месте съемку секретных документов»473.

Далее ситуация только ухудшалась, о чем Анатолий Николаевич признавался в начале 1930-х гг.: «…судьба бьет меня нещадно, перевертывается сейчас вся моя жизнь, рушится семья, и завтрашний день мрачен и неизвестен. Впереди не видно источников существования. Если я еще не пустил себе пулю в лоб, то лишь потому, что все еще не потерял, несмотря на ряд обрушившихся на меня несчастий, голову, и верю в конечную мою победу»474.

Несмотря на недостаточное материально-техническое оснащение, филиал был способен изготавливать поддельные советские документы. БРП даже после разгрома 1927–1929 гг. активно перебрасывало на советскую территорию террористов, разведчиков и диверсантов. Так, в сентябре 1931 г. Толем было направлено в СССР трое террористов — Нарбут, Герман (псевдоним) и Пражмовский, арестованные после перехода границы475. В марте 1932 г. в СССР более успешно было переброшено 6 человек.

Финляндская организация БРП курировала и закавказское направление. В 1930 г. А.Н. Толь направил в СССР группу, состоящую из участников повстанческого движения в Азербайджане, причем в нее входили как мусаватисты, так и дашнаки. Это группа должна была создать в Ленинграде перевалочный пункт для приема из Финляндии групп БРП, оружия, взрывчатки, литературы и т. п., затем проникнуть в Закавказье для организации там повстанческих выступлений и диверсий в нефтегазовой промышленности476. В конце августа 1931 г. было переправлено еще три человека. При задержании они пытались отстреливаться, но были убиты. У боевиков БРП было обнаружено 7 пистолетов, взрывчатка, литература, клише контрреволюционных воззваний на азербайджанском языке. Каждый из членов тройки имел индивидуальное задание477.

Неудачи с переброской агентуры и материальная нужда подталкивали Толя к разработке нереальных планов. Так, в 1932 г. А.Н. Толь затребовал деньги из Центра БРП на:

— приобретение микрофона и организацию в Ленинграде отвода от Ленинградской радиостанции для передачи лозунгов БРП во время пауз;

— взрывы памятников Ленину в Москве и Ленинграде;

— поджог пороховых складов под Москвой;

— поджог нефтяных вышек в Баку;

— организацию диверсионного отряда для подрыва нефтепровода Баку — Батум;

— организацию восстаний в Азербайджане.

Однако ничего, кроме подозрений руководства БРП в том, что запрос А.Н. Толя на большие денежные суммы связан с провокацией ОГПУ это не дало478.

Историки эмиграции приводят воистину фантастические сведения о деятельности финляндских «братчиков». Так, по мнению П. Невалайнена, сторонники Николая Николаевича объединились в БРП для проведения террористической работы. «Связи БРП чрез восточную границу обеспечивал в Финляндии лейтенант Анатолий Толь, который начал заниматься разведкой еще в 1919 г. в интересах генерала Юденича. Толь утверждал, что его работа ограничивается только разведкой и распространением пропаганды. Толи он был абсолютным дурнем, то ли ловким провокатором советской разведки, во всяком случае, уж много путаницы отмечали эмигранты в его работе»479. Какие эмигранты, где, при каких обстоятельствах отмечали, никаких сносок или уточнений П. Невалайнен не приводит. Впрочем, далее финский историк приводит факты, соответствующие действительности: «Наиболее последовательная работа велась БРП, которое еще в начале 1930-хгг. организовывало диверсии <…> Организация по-прежнему распространяла через Финляндию пропагандистские материалы. Как в Финляндии, так и в иных странах ячейки братства позднее оказались под контролем советской разведки, и его деятельность сошла на нет» 480.

По данным Э.П. Лайдинена и С.Г. Веригина, представителем БРП в Финляндии являлся якобы генерал Безкарнилович, координировавший работу по всей стране и поддерживавший контакты с тайной финской полицией481. Действительно, после 1917 г. в Гельсингфорсе жил генерал-майор Михаил Николаевич Без-Карнилович (1875–1935), серб по национальности, участник Первой мировой и Гражданской войн, командир лейб-гвардии 2-й Артиллерийской бригады, монархист-«кирилловец». К сожалению, никаких данных о его руководстве финляндским отделом БРП нет, максимум, он мог быть руководителем столичной группы.

Казначеем финского отдела БРП был капитан Кирилл Николаевич Пушкарев (1897–1984), также участник двух войн, подданный Финляндии. Именно его чаще всего считали главой БРП в этой стране, так как он являлся официальным представителем РОК и Союза Ливенцев (хотя сам «ливенцем» не был). Работал на шоколадной фабрике Карла Фацера. В ноябре 1928 г. он нелегально вывез из СССР свою мать и стал секретным агентом финской политической полиции. Пушкарев был доверенным лицом А.П. Аивена в переговорах с К.Г. Манергеймом.