Братья и сестры в Реестре
Шрифт:
Она сознательно употребила устаревший топоним. Чтобы привлечь меня как соучастника, догадался Олег. А ещё разговаривает как с ребёнком — чуть ли не сюсюкает.
— И нам просто необходимо узнать его планы. Они могут быть опасны для многих невинных горожан.
Коротышка, который старательно зажимал уши, кивнул: да, очень важно узнать.
— Мне нужно узнать о его планах, — спросил Олег, — Это всё?
— Да, — сказала вдруг покрасневшая Алевтина.
— Хорошо.
— Вы объяснились? — спросил Коротышка.
— Да.
— Тогда, госпожа Первая леди, не смею задерживать. Вы ещё пару часов назад говорили, что вымотаны до предела.
— Да, это так. Поеду домой.
— Я вызову служебную машину.
— Спасибо. Но лучше такси. И я сама справлюсь
Алевтина после вызова «и-GO-GO» три минуты ждала мобиль, а потом отбежала сделать срочный звонок, но Олег почему-то был уверен, что проблеваться.
Потом он увидел в окно, как женщина села в такси, зажав рукой рот, а потом что-то кричала недовольному водителю, который, видимо, не знал, с кем имеет дело. Мобиль оставил на асфальте чёрные следы шин и рванулся прочь.
— А теперь поговорим серьёзно, — молвил Порфирий. Бойцы напряглись. Коротышка изобразил «брейк». Гвардейцы расслабились.
— Я слушаю. Полагаю, выбора у меня нет.
— Магистр сказала всё верно. За исключением одного нюанса. Мурьету нужно устранить.
— Вы считаете меня убийцей? Серьёзно?
— И да, и нет. Полагаю, вы один не справитесь. Не тот у вас, извините, масштаб. Хотя… почему-то уверен — лишать человека жизни вам приходилось.
Он знает про Волконского? Тогда почему я до сих пор не арестован — почти двадцать лет прошло?
— Ежилец! На выход из соседней камеры! — приказал Коротышка. В смежном «зиндане», пустом по причине дефицита преступников, кто-то завозился, и вселенная явила не свет знакомого говночиста-программиста — Виктора Ежилеца. Он опять не совладал со своим любопытством.
— Какого чёрта ты все время подслушиваешь?
— Так это моя работа, разве нет?
— Твоя работа шпионить за мной? Уверен?
Ежилец втянул голову в плечи. Старику совершенно незачем было знать, что всё так и есть.
— Ладно, раз уж ты тут случайно оказался рядом, вот тебе задание. Вместе с гипом Олегом Наговицыным, думаю, вы уже знакомы…
— Ещё как знакомы, — оскалился Каспер и Ежилец снова напрягся.
— Вместе с гипом Олегом Наговицыным, — повысил голос особист, — Переместиться на атомную станцию Хосе Мурьеты, и там его устранить.
— В смысле… Устранить? А кто устранять будет — он?
Виктор покосился на Каспера, который стоял, взявшись за решётку тюремной двери.
— Ты. Помнится, кто-то давно намекал, что не отказался бы от протекции по поводу дома в Верхнем городе. Это решаемо. Ордер можно провести и по нашему ведомству.
Ежилец сглотнул. Видимо, не очень доверял собственным силам. Кто он, а кто Мурьета! Опять же всё слишком переплелось. Не вполне уже ясно, кто из коротышки и мексиканца — больший босс. С другой стороны, очень хочется пробиться в элиту — в Верхний город. А с третьей — не очень-то и приятно каждое утро наблюдать в зеркале собственные прозрачные кишки — а Дрёма не шутит, и впереди маячит как минимум ещё один переход:
— Но… Почему бы не проникнуть к мексиканцу более традиционным способом? А уже там…
— Как? Зарядить тобой катапульту? Давно понятно — постороннему на станцию больше никак не попасть. Мурьета слишком бдительный.
— А меня уже совсем никто в расчет не берёт? — поинтересовался Олег.
— Ещё как беру. В качестве транспортного средства. Вы верно сказали — деваться вам всё равно некуда. К тому же, как раз гип почти ничем не рискует, — старик принялся зажимать пальцы, — Переместить. Постоять в сторонке. Вернуться.
— Но могу умереть я! — возмутился Ежилец.
— Жизнь вообще опасная штука, — подмигнул Олег.
— Риск минимальный, — подытожил старик, — При первом переходе гибнут крайне редко.
Олег посмотрел на программиста-говночиста и поймал ответный взгляд человека, разрываемого страстями. Она оба прекрасно знали, что для Ежилеца это будет отнюдь не первый переход. Третий.
— Меня одно интересует, — сказал после паузы Олег, — Я тут уже три недели здесь маринуюсь. Почему только сейчас?
— Потому что именно сегодня наступил оптимальный для устранения момент, — ответил Порфирий. — К тому же, что бы вы мне ответили на такую просьбу сразу же после заточения?
— Иди на хер.
— Вот. А так я дал вам время прочувствовать на своей шкуре, что такое жизнь полугипа. Полузаключённого. Понравилось вам в этой импровизированной продлёнке?
— Неимоверно.
— То-то же. Короче, хватит болтать. Все готовы? Тогда поехали. Тут недалеко.
Их посадили в бронированный «Тигр» и после недолгого ожидания у Юго-западного шлюза машина покатилась по заросшим зеленью предместьям. Интерьер большой машины навевал корабельные ассоциации. Прямо не салон, а каюта. В щит-маске и старом пахнущем пылью биокостюме Олег смотрел в окошко и невольно слушал Порфирия.
— Координаты перемещения такие, — Коротышка назвал точные время и место. — Вот, кстати, обратите внимание — бывшая окружная Воронежполиса. Там, справа, когда-то располагалось областное ГИБДД и рынки. Если проследовать по этой дороге дальше, можно доехать до бывшего авторынка.
Повинуясь жесту Коротышки, мехвод развернул «Тигр» через двойную сплошную и покатил обратно. Броневик выехал в отворот трассы, поднимающийся наверх, потом через перекресток повернул направо. Олег щурился в подслеповатое окошко.
«Бог ты мой! Тут из асфальта растёт трава» — подумал Олег. Почему-то из этого банального наблюдения родилось твёрдое осознание, что мир уже никогда не станет прежним. Привычным.
Это ведь и мой мир тоже. Просто немного запоздалый.
Глаза болели от ярких красок — зелени и золота. Ему показалось, или он расслышал вопли чаек? «Тигр» спугнул стайку птиц.
Олегу привиделось, или они были не пернатыми, а в чешуе? Кусты из ржавого автомобильного остова, который когда-то умер на обочине, объедал некий зверь. На рокот дизеля он поднял голову и посмотрел на проезжающий мимо броневик. Это был пятнистый олень. Только на морде у него было три глаза. А из пасти торчали изогнутые жёлтые клыки.