Чтение онлайн

— Готова?

Полагаю, это было оно. Если кто-то из его братьев и считал его поведение странным, они никак этого не показывали, и это было нормально. Я выглядела как можно лучше, и это было всё, на что я способна в этот вечер. Я подумала, что мне не нужна сумка, и это было отлично поскольку я понятия не имела, где она лежит. Вероятно, со всеми остальными моими вещами в таинственном доме, куда мы когда-нибудь отправимся.

Я кивнула,

— Я готова.

Он схватил своё пальто, и я последовала за ним к лифту. Я собиралась на свидание с своим мужем на ужин, чтобы он мог наконец объяснить мне, как сложиться моя жизнь. Конечно, я нервничала, и не уверена, что что-нибудь смогу съесть. С таким же успехом мы могли бы остаться в квартире и обсудить всё там.

Но я молча следовала за мужем к машине, отличной от той, в которой я была раньше, но тот же водитель ждал нас с открытой дверью. Справа трое мужчин чистили автомобили, которым мы с Хавьером пользовались ранее. Я старалась не приходить в ужас от того, что они знали чем мы занимались, и поэтому чистили его. Может быть они регулярно детализировали все автомобили.

На этот раз я улыбнулась мужчине, который держал дверь открытой.

— Спасибо, Эдуардо.

Он моргнул, лёгкая улыбка расплылась по его лицу. Может быть он и не быстро говорил по-английски, но он понял, что я сказала. Алехандро бросил на меня удивлённый взгляд, прежде чем протянуть руку, и я последовала за ним в машину.

Это был седан меньшего размера, с перегородкой между Эдуардо и нами. Будет не так легко просто лечь и заняться грязными вещами на этот раз. Не то, чтобы Алехандро хотел этого. Он очень ясно выразился по этому поводу.

— У тебя был хороший день? — спросил он, когда мы выехали на дорогу.

Я улыбнулась.

— Да. Очень хороший. Спасибо.

— Хорошо, — он кивнул, — Рад это слышать.

Ну, это было чертовски неловко. Было хуже, чем сидеть рядом с совершенно незнакомым человеком в метро. Того человека можно игнорировать. В этом случае, мы должны были завести какой-то разговор.

— А у тебя был хороший день? — спросила я.

Он вздохнул.

— На самом деле у меня не бывает хороших дней. У меня бывают нормальные дни и тяжелые. Полагаю, такова природа, — Он немного вытянул ноги, — Сегодня было всё нормально, и то, как пройдёт этот вечер определит результат.

— Где мы собираемся ужинать? — я не спрашивала его раньше. На самом деле, это не имело значения. Еда была второстепенной по отношению к любому разговору, который мы будем иметь.

— Твой брат сказал мне, что ты любишь итальянскую кухню. Он предположил, что паста поднимет тебе настроение.

Я улыбнулась. Это был Армани. Он был единственным, кто знал это. Укол сожаления пронзил меня, и ещё я скучала по нему. Мы всегда были так близки. Это не отменяло того, в том он участвовал, но имело значение, что он додумался рассказать моему мужу подробности обо мне.

— Тогда, возвращаясь к предыдущей теме, ты думаешь может что-то произойти кроме пасты, который превратит твой день в ужасный?

Алехандро взглянул в окно, — Может быть.

Его слова ничуть не успокоили мои нервы.

Мы наконец приехали в ресторан, и Алехандро взял меня за руку. Внутри было красиво, но не так, как я привыкла в Чикаго. Однако, отличалось то, что все смотрели на нас. Алехандро что-то сказал персоналу, который отвёз нас в заднюю часть ресторана. Мои братья не любили разговаривать на публике, столы всегда могли прослушиваться, но Алехандро, кажется, это не беспокоило.

Усевшись, я огляделась, пока он разговаривал с официантом и человеком, который, вероятно, был владельцем. Я не уверена. Он представил меня им, и заговорили о вещах, которые я не поняла. На самом деле, это не беспокоило поскольку я улыбалась и это было всё, что они хотели. Меню были разложены.

Если бы у меня был телефон, я смогла бы перевести кое-что из этого, но поскольку его у меня не было, мне нужна была помощь.

— Я не знаю, на что я смотрю. Ты можешь сделать заказ для меня?

Он слегка улыбнулся и положил своё меню.

— Да, конечно.

Ещё несколько слов, и перед нами поставили вино. Что было отлично, поскольку мне нужно было выпить. Очень. Возможно, он будет крепким, но сойдёт. Я не обедала. Что означало, завтрак был моим последним приёмом пищи. Но поскольку вино может сразу ударить мне в голову, я пока не притронусь.

Наконец, мы остались одни с закрытой дверью в ресторан. Я думала, он начнёт разговор, но нет. На самом деле, он даже не смотрел на меня, а куда-то в сторону. Я проследила его взгляд, но там ничего не было. Это означало, что он не со мной.

— Ты часто проверяешь эту комнату на наличие жучков?

Он моргнул, и уставился прямо на меня.

— Жучков?

— Извини, подслушивающие устройства.

Алехандро быстро кивнул, как будто ему только что дошло.

— Да, я знаю жучков. Извини. Подслушивающие устройства. И да, мы проверяем. Эту и несколько других ресторанов, где мы часто ужинаем. Они чисты. Ты здесь в безопасности и можешь говорить свободно, как и я.

Я взяла его за руку через стол. Я не была уверена, сделала я это ради его или себя. Алехандро выглядел растерянным. Он заметно сглотнул, прежде чем убрать свою руку с моей и наклониться вперёд.

— Доверие – интересная штука, не так ли? Как только его обретаешь, это самое ценное, но как только теряешь, не сможешь его вернуть. В моём бизнесе не доверять кому-либо, означает, что он мёртв. Я не обязательно доверяю тем, с кем работаю, но, если я абсолютно не доверяю, с ними покончено.

Я взяла своё вино и сделала большой глоток,

— Итак, после того как ты уже пригрозил мне, давай перейдём к сути, хорошо? Я поняла тебя. Если я каким-то образом предам тебя, или расскажу кому-то что-то, я буду мертва, — Я поставила свой бокал, — Я достаточно была наказана, чтобы вести себя прилично. У меня нет телефона, что кажется разумно. Или компьютера, чтобы я могла убежать отсюда с кем-то, и выложить это в социальные сети. Однако, правда в том, что я никогда этого не сделаю. Я выросла в этой жизни. И здесь есть много правды, которые я не рассказываю, много вещей, которые я унесу в могилу.

Я разбиралась в секретах, например, в том, что авария на лодке, который унёс моих родителей, не была случайной. Лодки не просто так могут взорваться. Но я всегда держу это при себе. Как большой секрет, который никогда не следует обсуждать.

— Когда мне было двенадцать, я начал совершать переправы через границу с некоторыми лучшими лейтенантами моего отца, — Он не выглядел злым, когда говорил, это было похоже на то, что он собирается рассказать мне о своей жизни, а не на то, что мне угрожали бы смертью, прежде чем смогу это услышать, — Я уже сказал тебе, что примерно в этом возрасте мы начали.