Чтение онлайн

— Я хочу, чтобы ты научила меня вашим шлюшьим уловкам, — сказала Мальтара. — Ты нравишься марготу в постели. Мне это нужно тоже.

Эйра вздохнула, подавляя чувство уныния. Она не слишком хорошо объясняла подобные вещи, хотя уже имела некоторый опыт — ведь она учила Артистку. Но юная рыжая девочка, новенькая в «Доме», хотя бы не смущала её своим титулом.

— Как будет угодно, — ответила она.

— Хорошо, — Мальтара посмотрела на неё серьёзно. — Взамен я постараюсь позаботиться о твоей участи, когда твоё время у маргота подойдёт к концу. Если мне понравится то, чему ты меня научила.

Эйра поклонилась ей в ответ.

Так она стала жительницей Покоя. Посыльные из «Дома» вернулись с её одеждами и сумкой. Ей отвели комнату в одной анфиладе с марготом, но с отдельным входом. И там было совсем не так уютно, как в её обиталище в «Доме культуры». Комната располагала холодным полом без ковра, жёсткой кушеткой и пронизывающим ветер, что прихватывал за пятки.

Скарб чёрной куртизанки поставили на пол. Эйра присела и вытащила из сумки свой амулет с ключами на бузинной ветке. Коробок спичек. Связку серых свеч. Пучок подсохшего змееголовника. Перья.

«Все мои схаалитские штучки на месте», — подумала она. — «Кроме лопаты, что так и осталась на обочине Ядвинного Тракта».

Марготской фаворитке полагалось, в сущности, весь день ожидать, не потребуется ли она в покоях. Но Эйра слышала по переполоху со двора, что в особняке что-то происходит; ветер доносил до неё непривычно благодушный и громкий голос маргота. И шум множества людей.

«Куртизанка будет томиться, пока ты не закончишь, чтобы встречать тебя с улыбкой и ароматом розового масла на внутренней стороне бёдер», — подумала Эйра. — «Но схаалитка не станет праздно терять время. Я не стану заниматься своим делом открыто, чтобы не навлечь на себя гнев маргота; однако не в моём духе сидеть на месте».

Этот особняк давно требовал внимания говорящей с мёртвыми. Она набрала в руки змееголовника и прихватила свечу. И приготовилась к тому, сколько на неё обрушится проклятий и требований покончить с Мором.

***

Морай продолжал хромать. Его сапог, позвякивая шпорой, шаркал по полу. И оставлял в пыли следы от подошвы.

— Какая же здесь грязища, — недовольно рявкнул он, подходя к дверям. — Мальтара, чёрт возьми.

— Я велю это всё прибрать, — заверила та. Истоптанные ковры проще было выкинуть. И вряд ли имело смысл класть на их место новые — весь первый этаж превратился в казарму мечей Мора. Грязь, накиданный повсюду мусор и даже лошади внутри стали обычным делом. Иногда пробегали под ногами куры.

Но впервые Морая это так озаботило. Виной тому были необычные гости.

Рияз распахнул тяжёлые створки, и они вышли в промозглый день. На дворе сияли холодным светом латы множества рыцарей в голубых плащах. Три дюжины воинов Астралингов сопровождали экипаж, запряженный шестёркой лошадей, и знамя белого цветка колыхалось на горном ветру.

Мечи Мора встречали прибывших шумом и гвалтом. Они улюлюкали, кидали рыцарям под ноги объедки и камни. Кони вздрагивали, но все приехавшие показывали достойную восхищения выдержку.

«Словно герой явился на бой с обезумевшим драконом», — подумал Морай с улыбкой. Ради такого случая он тоже оделся понаряднее. Он выбрал распашной плащ на лисьем меху с капюшоном и пелериной, что мерцала рыжиной и золотом на чёрном бархате. Сапоги с золотой вышивкой и несколько перстней дополняли его властный и праздничный вид.

Из кареты вышел Вранг, и толки поутихли — слишком они были похожи с Мораем. Даже враново-седые волосы и красивые синие глаза младшего лорда не крали это сходство. Его кожа была светла, почти не тронута шрамами долгих боёв. В лазурных одеждах и строгом сером плаще, Вранг был словно холодным отражением своего пламенного брата — выдержан и безупречен.

И, также напротив ему, мрачен как туча.

Рыцари Астралингов расступились перед ним, и Вранг прошёл вперёд, на двор. Его не страшили наставленные на него прицелы арбалетчиков. Он не был закалён кровопролитными боями, но в его походке ощущалась сталь видевшего смерть.

Вранг остановился в пяти шагах от крыльца и поднял глаза на брата и сестру, что возвышались над ним от врат Покоя. Вранг не был здесь все десять лет. Но он видел разруху, что скрывалась за добротными стенами; видел баллисты на башнях и головорезов на каждом углу; свешенные с балконов скелеты и реющих над Покоем ворон.

Он и без того знал, что это место превратилось в преисподнюю на земле. Но теперь у него не было выбора. И это услаждало сердце Морая. Маргот упоенно изучал своего постаревшего, придавленного разлукой брата. И представлял, как сильно ему не хотелось возвращаться на вотчину.

Морай усмехнулся и положил руку на эфес Судьболома. Если бы он пожелал, Вранг уже не уехал бы отсюда. Но его смерть не дала бы ему должного удовлетворения.

Вранг, однако, не склонил головы перед старшим братом и даже не произнёс приветствия. Его синие глаза впились в ухмыляющегося брата.

— Где она? — спросил он загробно гулким голосом.

Морай поднял брови и шагнул вперёд. Он протянул:

— Доброе утро, дорогой брат. Это ты хотел сказать.

— Где. Моя. Жена? — прошипел Вранг и напружинился, сжимая кулаки.

Двор притих. Рыцари Астралингов подтянули поводья и положили руки на рукояти мечей. Арбалетчики сощурились, целясь в широкую грудь Вранга. Даже вороны стихли.

Морай цокнул языком и оскалился:

— Ещё одно слово в таком тоне, и я велю вынести тебе её сердце. Немедленно прояви вежливость.

Глаза Вранга распахнулись шире. В их синеве отразилась тёмная махина Покоя. Он стиснул зубы и посмотрел на Морая; затем — на Мальтару за его спиной. Взгляд сестры был холоден и спокоен.

Вранг не узнавал её. И в то же время знал: она всегда была такой. С возрастом она посуровела и обрела хладнокровие, словно сделалась одной из тех жаб, которых так любила.

И всё так же стояла рядом с Мораем бок о бок.

Вранг зажмурился на мгновение. Но взял себя в руки. Он склонил голову перед Мораем. И произнёс, признавая его правомочность:

— Добрый день, маргот, — слова сорвались с его губ, словно падающие листья. — Извините мою дерзость.

Морай дёрнул плечом в меховой пелерине и ответил:

— Громче, братец.

— Простите мои наглые слова, маргот.

Мальтара свела свои тонкие брови. Она смотрела на брата то ли с презрением, то ли с жалостью.

Мечи Мора заулюлюкали. Но широкая улыбка Морая заставила их притихнуть. Маргот развёл руки в стороны и приветствовал брата с неожиданной теплотой.

— Я тебя прощаю, Вранг, — произнёс он благодушно. — Столько лет мы почти не виделись. Ты мелькал где-то в штабах командования, прячась за спиной кузена. Я уж начал думать, что Каскар твой родной брат, а не я.