Будь ближе к врагу своему, или Погоня за оборотнями
Шрифт:
– Почитай, это для тебя. А я пока текущие бумаги распишу. Между прочим, знал бы ты, сколько народа по всему Союзу на ушах стояли эти двое суток, чтобы собрать сию информацию.
Олег не отвечал. Он с нетерпением открыл папку: рапорта, справки, выписки, протоколы, отчёты… Да, солидно поработали ребята!
– Слушай, как у тебя факс от перегрузки не взорвался? – уважительно произнёс он, потрясая пухлой папкой.
– Ты за мой факс не переживай. Лучше читай повнимательнее! Между прочим, все оригиналы спецпочтой направлены в адрес твоего отдела.
Олег благодарно кивнул и углубился в изучение документов. Время от времени он довольно покручивал ус: неизвестные помощники поработали на славу – собрали за такое короткое время столько информации… Несмотря на наступившие смутные времена, машина розыска всё ещё функционировала слаженно.
– Молодцы! Классная работа! – Олег удовлетворённо откинулся на спинку кресла. – Нет, хорошо всё-таки иметь друга полковника, ну, на худой конец – самому быть генералом: щёлкнул пальчиком и, пожалуйста, – получай результат! Полстраны на тебя пашет! Мне бы одному за год столько не наворотить!
– Ну, насчёт полстраны – это очень сильно преувеличено, а в остальном ты прав… Знаешь, какая между нами разница? Ты привык работать в одиночку, «одинокий волк», а я организую на поиск десятки, если не сотни людей. Поэтому и возможностей у меня в десятки, а то и в сотни раз больше. Я тебе уже давно предлагаю: идём работать со мной! Получишь такие возможности, о которых ты сейчас даже не подозреваешь! И потом, это же Москва, а не твой городишко, которого даже на нормальной карте нет.
– А что я забыл в твоей Москве? Толчея, беготня, народ мечется, как в одно место ужаленный. Люди друг друга в упор не видят. Тут у вас загнёшься на улице, и никто внимания не обратит. Знаешь, Боря, я в последнее время даже красавицу Ригу в больших объёмах с трудом переношу. А у нас: уютно, спокойно, я там любой вопрос одним телефонным звонком решаю…
– Только не забудь про разницу в масштабах вопроса! Здесь у тебя появятся такие возможности, что твои «вопросы» покажутся тебе детской вознёй в песочнице. Да и не вопросы решать я тебя приглашаю, а работать, причём на качественно несоизмеримо более высоком уровне.
– Боря, давай закроем тему! На данный момент я вообще ничего не хочу!
– Нет, давай не увиливай! Давай доведём разговор до конца. Я, конечно, понимаю: тебе комфортно работать в одиночку. Отвечаешь только за себя. Но пойми, какой бы ни был классный сыщик, пусть даже гениальный, – есть предел возможности для одиночки. Время гениальных одиночек давно прошло! Сейчас работает машина следствия! Я не говорю про мелочёвку, я имею в виду раскрытие серьёзных преступлений и борьбу с серьёзной преступностью. И то, с чем мы с тобой полжизни боремся, в последнее время тоже стало походить на машину, порой даже более мощную, более отлаженную и лучше смазанную, чем наша…
– Лучше смазанную – это в точку… – усмехнулся Олег. – Боря, а ты романы писать не пробовал? У тебя бы здорово получилось.
– Ты увести разговор в сторону не пытайся. Не выйдет! Мне обидно, что человек с твоими способностями предпочитает отсиживаться в своей Тьмутаракани, размениваясь на мелочёвку. За державу обидно!
– Оставь державу в покое! – Олег начал заводиться. – Похоже, вообще у нас скоро будут разные державы. А в остальном, скажу тебе так: да мне нравится мой городок и вообще край, где я сейчас живу. Мне нравятся моя работа и мои сослуживцы. И если я сейчас уйду, то это очень будет похоже на бегство с поля боя. Короче, мы с ребятами решили так: или держимся все вместе до последнего, или все вместе уходим! И ещё: да я люблю работать в одиночку и отвечать только за себя, а не за кого-нибудь другого, да ещё перед людьми, которые настоящего бандюгу видели только по телевизору! Сейчас я имею дело с профессионалами, а если переберусь сюда, то придётся иметь дело с генералами, которые даже полковниками никогда не были, не говоря уже о лейтенантах! Я на этих надутых индюков с лампасами за эти два дня насмотрелся выше крыши…
– Ну, положим, и здесь ты будешь иметь дело только с профессионалами. Индюков с лампасами, как ты говоришь, оставь кому-нибудь другому. И без тебя найдётся, кому с ними разбираться…
– Кроме того, не забывай, что там у меня Алёнка похоронена…
– Олежа, нельзя же жить прошлым! Где бы ты ни работал, Алёнку уже не вернёшь. Дочка должна в нормальных условиях расти, самому надо думать, как дальше жить! Ладно, сбавим обороты. Похоже, я не ко времени затеял этот разговор.
– Да, Боря! Я хочу тебе сказать одно: нет у меня сейчас никаких ни карьерных, ни профессиональных устремлений. Ни-ка-ких!
– Понимаю тебя. Отложим разговор. Но я к нему обязательно ещё вернусь: через полгода, через год, через два…
– Вот тогда и поговорим! А теперь – о деле.
– А о деле вот что: есть у меня один сюрпризик. Ты же наехал на меня и не дал даже рассказать!
– Я наехал!?
– Ну ладно, замнём… Так вот, сейчас мы поедем в Жуковское. Там живёт один майор- отставник, который многое может рассказать о Митрофанове.
– Что за майор? – Олег подался вперёд.
– Ага, боевой конь почуял запах дыма! Ты ещё копытом побей! Нет у него никаких устремлений… Ты это расскажи петуху на одесском рынке! Нет, брат, наш с тобой разговор ещё не окончен!
– Боря, не тяни кота за …! Что за майор?
– Майор-особист… Ты рожу-то не вороти, – Борис заметил, как Олег недовольно скривился. – И среди них очень много порядочных людей! Майор служил в Афгане в одной дивизии с Митрофановым, и, было дело, даже разбирался с ним.
– Опаньки! Так поехали, чего мы сидим?
– Поехали!
Майор Семёнов жил бобылём в двухкомнатной квартире в обычном панельном доме. Три года назад, сразу же после Афганистана, он вышел на пенсию. Вернее, его попросили уйти на пенсию – видимо, честный, но излишне прямолинейный служака кому-то очень сильно мешал. С семьёй у него как-то не сложилось. Выйдя на «гражданку», Семёнов не пошел работать в какой- нибудь отдел кадров или «первый отдел» [24] , что было бы естественно для человека его профессии, а устроился сменным оператором котельной. Работа – сутки через трое – его вполне устраивала. Всё свободное время он посвящал рыбалке. Вот и сейчас, сменившись с дежурства, он собирался выехать на озеро с ночёвкой. Планы майора были нарушены звонком в дверь.
24
«Первый отдел» – подразделение, обеспечивающее соблюдение режима секретности на предприятии.
Семёнов открыл дверь. На лестничной клетке стояла несколько странная парочка: моложавый полковник милиции в пошитой с иголочки форме и довольно расхристанного вида молодой мужчина в джинсах- бананах и чёрной футболке. Под мышкой у него была зажата коричневая кожаная папочка, а в руке – большой полиэтиленовый пакет.
– Чем обязан? – не очень любезно спросил Семёнов и осёкся, бросив взгляд на орденские планки на кителе полковника. – Проходите, – уже мягче добавил он, пропуская в квартиру непрошеных гостей.
– Полковник Щербаков, – представился Борис.
– Майор Островецкий, – кивнул головой Олег и, поставив на стол в гостиной полиэтиленовый пакет, принялся выгружать оттуда бутылки пива. Затем на свет божий была извлечена огромная сушёная рыбина.
– По какому поводу пируем? – несколько озадаченно спросил Семёнов.
– Виктор Алексеевич, извините нас, что сорвали Вам рыбалку, но возникла необходимость побеседовать, а это, – Борис кивнул на пиво и рыбу, – некоторая компенсация за испорченный выходной.
«Во дипломат!» – мысленно усмехнулся Олег. Идея с пивом была его. Вообще-то он настаивал на более крепких напитках, но Борис волевым решением понизил градус до пива.
Олег по привычке, нисколько не смущаясь присутствием хозяина, стал осматривать квартиру.
«Да, не нажил майор палат каменных», – подумал он, разглядывая скромное жилище Семёнова, который тем временем разливал пиво по стаканам. Молча выпили. Беседа не клеилась. Олег раздумывал, как разговорить угрюмого майора. Встретил он их, скажем прямо, без особого радушия.