Чтение онлайн

Боровик захлопал в ладоши. Теперь я должна была следовать за ним, чтобы получить какое-то важное послание. Он легко поднялся в воздух и ускорился. Оборачивался каждые пять минут, чтобы убедиться, что я не отстала. Летели мы около двадцати минут строго на запад. После опустились на проселочную дорогу у небольшой деревни. Я не помнила ее вне сна, но сейчас прочитала название — Имангулово. Боровик дальше пошел пешком, и я последовала за ним. Мы прошли всего пять или шесть домов, когда он свернул к невысоким воротам у небольшого кирпичного домика. Важно постучал в калитку, и я замерла в ожидании хозяев. Боровик посмотрел на меня своими мудрыми, темными глазами, но в этот миг меня словно унесло оттуда. Все растворилось и исчезло.

Проснувшись, долго не хотела открывать глаза. Во сне было так хорошо и спокойно. Тем более я так и не узнала, чем все закончится. Я чувствовала удивительную легкость в теле. Казалось, от простуды не осталось и следа.

Услышала шаги в коридоре, потом голоса. Еще до того, как осознать, зачем, я распахнула дверь. Так и есть, Артур стоял у холодильника в коридоре и доставал оттуда пакет молока. Я радостно сообщила ему, что у меня снова есть работа. Он проводил меня удивленным взглядом. Наверное, я казалась ему странной и нелогичной. Ехать или не ехать — такого вопроса у меня даже не возникло. Слава Богу, деревня Имангулово и правда была на карте. Я без раздумий собрала вещи и кинула полную сумку в багажник автомобиля Артура. Непонятно почему, но я сильно волновалась. Неизвестно, что меня ждало за невысокими воротами у шестого по счету домика на въезде в деревню, но мне казалось, что ключ к разгадке найден.

Не прошло и сорока минут, как мы въехали в деревню. Аккуратные домики стояли ровно в ряд. Один, два, три… Что-то внутри моего живота кувыркнулось и встало на место. Я узнала и ворота, и домик! Они существовали на самом деле!

Я вышла из машины, поблагодарила, расплатилась со своим водителем и забрала сумку. Артур уехал не сразу. Я помахала ему вслед широко улыбаясь, дескать, все хорошо, не волнуйся. Когда машина скрылась вдали, медленно подошла к воротам. В окнах ничего не видно. Домик казалось старым, но ухоженным.

Наконец, я решилась, и постучала в ворота. Тишина. Постучала настойчивее, не услышала лая и открыла их. Во дворе, покрытом снегом, были протоптаны узкие тропинки. Они разбегались от крыльца к бане, воротам и дровянику. Ни собаки, ни конуры не видать.

Я поднялась на крылечко и тщательно отряхнула обувь. На случай неудачи, о которой я старалась не думать, скажу, что приехала к друзьям и, видимо, ошиблась домом. Я прошла в сени, подошла к тяжелой, обитой войлоком и двери и несколько раз постучала по пластиковой ручке. В ответ тишина, но я услышала, что в домике играет радио. Через мгновение открыла дверь и вошла на порог. Меня встретила небольшая, чистая кухонька с печью в углу. Стены были аккуратно выбелены, на окнах висели вышитые занавески. Я громко поздоровалась, так как хозяев не было видно ни в кухне, ни в комнате дальше.

За мной распахнулась дверь, и я увидела миниатюрную старушку. Она была настолько мала, что ее почти не было видно за охапкой дров, которую она несла. Я ахнула, бросила сумку на пол и подхватила ее ношу. Она будто не удивилась мне, спокойно улыбалась. Я извинилась за вторжение и попросила разрешения побыть у нее. Хозяйка кивнула несколько раз, будто все так и должно быть, и я внучка, приехавшая в гости. Я разделась и села в углу на табуретку. Взгляд упал на половичок у двери. Недолго думая, я набросила куртку, схватила коврики и понесла вытряхивать на улицу. Старушка посмотрела мне вслед без удивления. Она оказалась молчаливой. Как ни старалась, но вывести ее на разговор не смогла. Совсем старенькая, она почти ничего не слышала.

Я постаралась не думать о том, что мой приезд пустая затея. Когда мы пили чай, я заметила на листочке отрывного календаря «18 июня». Потянулась, чтобы сорвать лишние даты, но бабушка мягко отвела мою руку. Ее звали Магруй — старинное татарское имя. Она много улыбалась, молчала и почти не отвечала на вопросы. Так я осталась у нее ночевать, но ощущение, что я близка к решению проблемы меня не покинуло. Заснула я нескоро и за полночь проснулась от странного стука на кухне. Диванчик старушки был пуст, а под прикрытой кухонной дверью я увидела полоску света. Мне очень хотелось пить, и я через лень и сонную дрему встала. Когда взялась за ручку двери, услышала странное бормотание старушки. Тихонько открыла и увидела, что хозяйка копошится в углу у печки, напевая себе под нос странную ритмичную песенку. Дальше случилось непредвиденное. Она обернулась ко мне, а я упала в обморок от внезапного страха. Глаза старушки светились густым розовым светом.

* * *

Затылок неприятно ныл. Тело затекло. Я открыла глаза, морщась от боли и увидела деревянный дощатый потолок. На нем играли блики света. Села и огляделась вокруг. Старушки нигде не было видно. Из окна дул приятный, свежий ветерок. Я услышала, как громко щебечут птицы в саду. Под самым окном росла высокая, раскидистая черемуха. Как я не заметила вчера? Она большим зеленым шатром затеняла часть кухни. Еще мгновение, и я поняла. Забыв о ломоте в теле, я вскочила.

На календаре восемнадцатое июня! За окном самое настоящее лето! Меня охватил восторг. На всякий случай, я ущипнула себя за руку, чтобы убедиться, что это не сон. Выбежала во двор, но хозяйки нигде не оказалось. Стоя у крылечка, я ощутила странную пружинистую силу в ногах. Недолго думая, разбежалась… и снова взлетела! В реальности это было чуть сложнее, чем во сне. Застыла на месте, закрыла глаза, и снова почувствовала живое полотно жизни вокруг. Я ощутила, или увидела внутренним оком, как растут травы в саду, как важно вышагивает петух в соседнем дворе, как плещется вода в речке. Я снова вошла в поток созидания. Нельзя было ждать ни минуты, и я побежала в дом за вещами. Как же отблагодарить старушку? Я достала из косметички любимые янтарные бусы своей бабушки и повесила на зеркало у комода. Надеюсь, ей понравится подарок. Наспех одевшись, я поспешила в поселение. На виду у людей подниматься в воздух не рискнула и как можно незаметнее пошла к ближайшему лесу. Во мне толчками просыпались мысли-импульсы других Оставшихся. Сначала недоверие, потом восторг. Оказавшись в тени огромных сосен, я взмыла в небо. Мне больше не нужны были карты и указатели, внутренний компас знал точно, куда я должна отправиться.

С непривычки приземлилась я не очень мягко. С размаху села на пятую точку. Спина неприятно аукнулась болью, но это было абсолютно неважно сейчас. Двор был тот же. Я увидела знакомую веранду и навесы. Кругом никого. Но это на несколько мгновений. Первой я увидела Альбину. Она выбежала из дверей и обняла меня. Глаза ее были заплаканы. Следом появились остальные. Их лица были полны беспокойства, но при виде меня они улыбались. Я видела, что родители Данила чего-то ждут от меня. Внутри скрутилось неприятное ощущение. Оно сверлило мне душу и заставляло думать о плохом. Те же эмоции я прочитала в глазах его мамы. Данила нет, и они не знают где он. Мы все обманулись в своих ожиданиях.

Два(!) дня назад мы оба пропали из общего поля. До битвы осталось три дня, а они потеряли свою главную надежду в моем лице. Оставшиеся обыскали каждый уголок в радиусе нескольких десятков километров. Пытались выйти на ментальную связь, но мы с Данилом будто выпали из сети. Первым моим порывом естественно было желание как можно скорее попасть в пещеру. Меня уговорили. Там никого и ничего, вокруг наш заслон. Ситуация ухудшилась за эти пару дней, значительный перевес на нашей стороне теперь в прошлом. Вокруг армия Одержимых и духов. В любой момент при любой провокации может начаться конфликт, к которому мы пока не готовы. Я пружинисто взлетела и через несколько минут приземлилась в березовой роще. Без особой надежды поискала глазами волка. Он смог бы придать мне сейчас сил. Развернулась в обратную сторону и прошла ровно двадцать шагов. Не глядя, взялась за ствол небольшой белоснежной березки. Ветки и листья ее странно тверды и холодны. Через мгновение, в руках моих снова был алмазный меч. Он не потяжелел ни на грамм, но мне почему-то трудно было его нести. Как он оказался снова здесь неведомо, но мне было очень сложно забыть обстоятельства, при которых я держала его в руках в последний раз.

В голове я прокрутила десяток планов по поискам Данила. Пыталась звать, но внутри меня была пустота, не дающая связаться с ним. Этого канала будто никогда и не было. Но он был. Был!

Первым делом мне предстояло объясниться со Старейшиной, остальное решу после. Что бы дальше не было, теперь я как никогда была полна решимости встретиться с Изгнанником, и сделать все, чтобы вернуть Данила.

Янбаев встретил меня так, что мне стало еще хуже. Лучше бы накричал на меня, разнес в пух и прах. Что угодно, только не выражение разочарования на лице. Я должна была объяснить ему, мне очень важно, чтобы он понял, почему я так поступила. Слова звучали путано. То, что в тот вечер было вполне логичным, теперь казалось детским лепетом. Мне почудилось, что я кое-что вспомнила, уже и сама не помню, что. Все, что я могла сделать, это поделиться с ним своими опасениями. Он не стал обсуждать это со мной, но я заметила, каким сосредоточенным стал его взгляд. Напоследок он упомянул о точной дате — все должно произойти ровно через три дня. Это день, когда Изгнанник выйдет на битву.

Силы возвращались ко мне, и я была готова сделать все, что понадобится, чтобы не подвести своих. Теперь на кону не только судьба мира и его светлого будущего. На кону моя личная судьба и очень важный для меня человек. Когда я брела обратно по улице, пыталась укорить себя за проявление очевидного эгоизма. Пыталась, но не смогла. Вела по верхушкам высоких трав сияющим острием, а сама думала: «Что угодно сделаю, спаси, прошу тебя, верни его мне. Нам».

Его глаза. В них всегда плясали искорки мальчишечьего озорства. Несмотря на это, он всегда и во всем был умнее меня. Мудрее меня. Даже тогда знал, чем все закончится, пытался остановить. Но эмоции полностью взяли верх над разумом. В какой момент мне почудилось, что Одержимые повиновались моему приказу? В какой момент дурацкий сон стал казаться забытым воспоминанием? Я помнила мягкий, уговаривающий голос. Помнила, как в последний момент у входа в пещеру, наши глаза встретились. Мягкий, светящийся зеленым взгляд не выражал ничего, кроме беспокойства. Он до последнего думал обо мне одной.