Будь проклята страсть
Шрифт:
— Прошу. — Флобер указал на диван, и Тургенев охотно на нём развалился. Ги отвесил поклон, когда хозяин представил его. — Молодой человек состоит на государственной службе, он начал со стихов, а теперь хочет приняться за рассказы.
— У меня было то же самое, — сказал Тургенев неожиданно мягким голосом. — В точности! Вам надоели стихи?
— Да, пожалуй.
— Когда я бросил их писать, моя матушка так разозлилась, что не стала давать мне на жизнь ни копейки. Да, ни копейки! Горько об этом говорить, но мать моя была ужасным тираном! Вам это известно?
Флобер вмешался, чтобы прервать эту исповедь славянина.
— Ты должен ещё раз прочесть нам «Вешние воды», — сказал он и обратился к Ги: — Поучишься, как писать рассказы. Это великолепное произведение.
Европейские писатели видели в Тургеневе мастера. Он был обаятелен и казался искренним, однако показался Ги чуточку тщеславным.
В дверь снова позвонили. Через полчаса комната заполнилась писателями, все говорили сразу. Там был Эмиль Золя [55] , крепко сложенный человек с коротко подстриженной бородой и смешно вздёрнутым носом. Он близоруко огляделся и громко спросил:
55
Золя Эмиль (1840—1902) — французский писатель. Его отец, Франческо Золя, уроженец Венеции, был инженером, Золя служил в конторе товарных складов, затем в бюро упаковок издательства «Ашетт». В 60-е годы сблизился с кружком революционной молодёжи, издававшей журнал «Прогрессивное обозрение», начинал как романтик, но позже вступил с ними в полемику. В философской повести «Приключения большого Сидуана и маленького Медерика» (1864) он остро пародирует демагогические декларации Наполеона III. Неприятие бонапартистского режима — один из идейных истоков реализма Золя. Отход от социологии дал толчок его увлечению физиологией, обращению к натуралистическим экспериментам. Вводя в литературу данные естественно-научных открытий, медицины и физиологии, а также эстетическую теорию позитивизма (И. Тэн), Золя иногда подменял социальные и исторические факторы формирования личности биологической обусловленностью.
— Где тот англичанин, что был у тебя прошлый раз? Как там его фамилия — Джонсон, Джексон?
— Ты имеешь в виду Генри Джеймса [56] ?
— Да, его самого.
— Он американец.
— Не важно. Мне нужны англосаксонские бранные слова, и он обещал сделать список.
— Ради научности? — спросил, поблескивая глазами, Флобер. — Золя, можно сказать, открыл миру научный метод.
— Разумеется!
Золя неустанно озирался, быстро поворачивая голову. Крепко пожал руку Ги, когда Флобер представил его. С ним пришёл смуглый молодой человек с блестящими белыми зубами и припухлыми веками, придававшими ему близорукий вид, Поль Алексис [57] , очевидно, его ученик. Ги он понравился.
56
Генри Джеймс (1843—1916) — американский писатель. Родился в состоятельной семье в Нью-Йорке. В 1875 г. переселился в Европу. В 1915 г. принял британское подданство. Его считают предтечей Дж. Джойса и М. Пруста.
57
Поль Алексис (1847—1901) — французский писатель. Ещё в коллеже начал писать стихи, позже сотрудничал в газетах и журналах. Был близок к Золя, входил в т.н. меданскую группу писателей, выпустивших сб. «Меданские вечера». Он написал книгу «Эмиль Золя. Записки друга».
— Говорят, Коппе [58] болен...
Тургенев привёз Флоберу большую жестяную банку икры — «только что из Петербурга».
— Ну и погодка! — сказал он. — В России лучше. — И растянулся на диване. — Но пишется мне лучше в Париже.
Шум голосов заполнял комнату. У камина стоял высокий, худощавый, аристократического вида человек, темноглазый, с седеющими волосами в романтическом беспорядке. Флобер с радостью представил ему Мопассана. Это был Эдмон де Гонкур [59] . Он протянул Ги для рукопожатия два пальца и, едва молодой человек сжал их, похлопал его по тыльной стороне ладони, как бы говоря: «Достаточно». Ги внимательно оглядел его бледное самодовольное лицо с небольшой бородкой, тонким носом, странно расширенными зрачками глаз и моноклем.
58
Коппе Франсуа (1842—1908) — поэт, член группы «Парнас».
59
Гонкур Эдмон де (1822—1896) — французский писатель, происходил из среды провинциального дворянства. Вместе с братом Жюлем и после его смерти вёл «Дневник», который писал до 1895 г. При жизни он печатался отрывками и лишь в 1956 г. был опубликован полностью. В нём отражена подчас чисто субъективно литературная жизнь эпохи, эстетические взгляды братьев и их современников. По завещанию Эдмона Гонкура его состояние перешло в фонд ежегодной литературной премии, которую присуждают десять видных литераторов — Академия Гонкуров.
Альфонс Доде [60] , из-за бороды напоминающий профиль козла, стоя в центре шумной группы людей, рассказывал о том, как он изображал покойного императора, на что был великим мастером:
— Тогда я вызвал адъютанта и отправил его к ней в гардеробную с запиской: «Где, когда и сколько?» Она ответила: «У меня, вечером, бесплатно». — Он сделал паузу. — Пре-вос-ход-но!
Раздались взрыв смеха и аплодисменты. В финансовом отношении Доде был самым преуспевающим из присутствующих. Гонкур прозвал его «Шейхом».
60
Доде Альфонс (1840—1897) — французский писатель. Сын разорившегося фабриканта. В 15 лет стал учителем, вскоре переселился из Нима в Париж, начал печататься в журналах. Он отвергал натуралистические принципы, отстаивал право на фантазию. Восхищался прозой Тургенева.
— Золя, подойдите сюда. У меня есть для вас кое-что интересное.
Это произнёс Тургенев.
— Вот как?
На лице Золя появилось сосредоточенное выражение, словно он хотел записать то, что будет сказано. Записи он делал повсюду и обо всём. Добивался приглашений на светские приёмы и становился в углу, явно набрасывая мысленно краткие заметки, что заставляло гостей оглядываться с шёпотом: «Золя берёт нас на карандаш».
— Слышали о «Вестнике Европы»?
— Должен признаться, нет.
На лице Золя появился лёгкий испуг. Здесь в его научном методе оказался пробел.
— Это петербургский журнал. Если хотите, могу добиться для вас там места литературного корреспондента.
— Господи, конечно, хочу — если будут платить.
Книги Золя наделали шума, но продавались плохо.
Ги обнаружил, что Алексис стоит рядом с ним. И спросил:
— Кто это там?
Он смотрел на стоявшего в другом конце комнаты красивого молодого человека с длинными белокурыми волосами и очень примечательным лицом, в котором было что-то и от обольстителя, и от Христа.
— Катюль Мендес [61] , — ответил Алексис. — Я познакомлю вас, как только представится возможность.
— Чем он занимается?
— Пишет стихи. Катюль родом из Бордо. Женат на Жюдит Готье, дочери старика Теофиля. Редактирует журналы. Большой талант. Может подражать любому стилю — даже древним грекам. Гонкур говорит, что он сын дочери надзирателя из какой-то тюрьмы, где его отец сидел за политику.
— Думаешь, Гонкур это знает? — спросил Ги.
61
Катюль Мендес (1841 —1909) — французский писатель. Родился в Бордо. В 1860 г. основал в Париже журнал «Revu Fantaisiste», чем способствовал объединению группы поэтов «Парнас». Её истории Мендес позднее посвятил цикл лекций-бесед «Легенда современного Парнаса». После распада парнасской группы писал новеллы и романы, изображавшие главным образом патологические явления психики, мистические романы.
Алексис усмехнулся:
— Говорят, он ведёт дневник — мы все там фигурируем.
— Да, у него взгляд сплетника.
— И женский склад ума. Тебе он тоже протянул два пальца?
— А потом похлопал по руке.
— Если нанесёшь ему визит в Сарай — так он называет свой дом в Отейле, — то получишь три пальца, притом без похлопывания.
Они стали наблюдать, как Гонкур демонстрирует наигранное безразличие, снисходительно слушая Филиппа Бюрти [62] , художника, выражавшего ему своё восхищение.
62
Бюрти Филипп (1830—1890) — французский художник и художественный критик.
Табачный дым становился всё гуще. Голоса — всё громче. Алексис подвёл Катюля Мендеса туда, где стоял Ги.
— Алексис говорит, вы поэт, — сказал Мендес после того, как они были представлены друг другу.
— Да. Перепеваю всё, что читаю, — ответил Ги. Оба весело рассмеялись.
— Я открываю новый журнал, — сказал Мендес. — «Репюблик де летр». Только что нашёл соиздателя — замечательный человек. Пока что он публиковал только работы об акушерстве! Журнал будет парнасским. Может, пришлёте мне что-нибудь для него?
Польщённый Ги заколебался.
— Я это всерьёз, — сказал Мендес.
— Хорошо, — ответил Ги. — Только публикуйте это под псевдонимом, иначе Флобер выйдет из себя!
— Отлично. Новые имена — вот что нам нужно. Новые имена!
В одной стороне комнаты послышался нестройный хор голосов. Разговор шёл о политике. Тэна [63] , историка, было еле слышно.
— Франция...
— А что скажете об атаке кирасиров под Рейсхоффеном? Чистейший героизм.
63
Тэн Ипполит Адольф (1828—1893) — французский философ, эстетик, писатель. Учился в Ecoie Normal в Париже. В 1864 г. профессор эстетики в «Школе изящных искусств», в 1878 г. избран во Французскую Академию. Незаурядная эрудиция, утончённый вкус, сильная логика позволили ему существенно содействовать модернизации философской, эстетической, социологической и литературоведческой мысли. Тэн явился родоначальником эстетической теории натурализма как литературно-художественного направления и основателем культурно-исторической школы. Ядро тэновской методологии — известная триада: «раса», «среда» и «момент».