Будет вам Злодейка!
Шрифт:
Шиарис с трудом оторвался от меня, круто развернулся и рывком распахнул дверь в гардеробную, срывая с себя одежду.
Из шкафа достал что-то поистине боевое: с металлическими пластинами, кожаными вставками и красивой узорной чеканкой.
– Нам предстоит много работы, – ворчливо отметил Шах, облачаясь в невероятный воинственный костюм. – Ко всему прочему следует разобраться с твоей силой, которую ты вобрала в себя сразу и восьми священных храма, активировав печать Кары. А ещё посетить алтарь Карнеона. Ох, Богиня! За что мне всё это?! Почему Альтаир, настоящий император, сейчас наслаждается объятьями своей жены, а я в пролёте?!
– Ты… Ты хочешь наслаждаться объятьями императрицы? – со смешком спросила я, видя во всём происходящем какой-то истеричный юмор.
Меня наградили мрачным и очень осуждающим взглядом.
– Не издевайся, – Шах резко дёрнул ремни на металлическом жилете, застёгивая его. – И не провоцируй, а то ведь я могу и задержаться, чтобы показать тебе, чью жену я хочу, – кивком головы Шахрияр указал на моё тату, где ярко отливал золотом рисунок лимриха.
Я прикусила нижнюю губу, чтобы утихомирить взбунтовавшиеся гормоны.
Шиарис привязал к поясу ножны, в которых находился его магический меч, и подошёл ко мне.
Коснувшись большим пальцем моего рта, провёл по губе, освобождая её из плена.
«Если он и дальше продолжит так делать…»
– Хм… А ещё теперь понятно, почему я чувствую странное волнение в месте, где должен находиться магический источник змея. Сила Богини могла раньше пробудить зверя даже у ребёнка с дефектом. Я знаю, что Шалара сделала это ради себя, но… не могу не быть благодарным ей. Забросить тебя в мой мир, да ещё и с печатью лимриха – это лучший её поступок.
Шахрияр быстро подался вперёд, впиваясь в меня глубоким и властным поцелуем.
Моя плотина чувств не выдержала этого напора, я приоткрыла губы, позволяя языку Шиариса ворваться в себя и подчинить своей воли.
С трудом остановив это безумство, Шах отстранился, блестящими чёрными глазами изучая мои пылающие щёки и пьяный взгляд.
– Поможешь мне разбудить змея? – хриплый шёпот прозвучал настолько возбуждающе и провокационно, что я вздрогнула всем телом, пытаясь отдышаться.
– Да, – пообещала раньше, чем подумала.
«Хотя… Даже если бы подумала, всё равно согласилась! – призналась себе, садясь на банкетку и провожая довольного моим ответом мужчину мутным взглядом. – Шахрияр достоин быть счастливым! Что бы дальше с нами не случилось, достоин!»
– Никого не впускать, никого не выпускать! – услышала грозное распоряжение из коридора. – За потомка Богини Кары отвечаете головой. Ждите генерала Дюри. Отныне он отвечает за безопасность Лары из рода Карающей.
– Так точно, наместник!
Я вздохнула, погружаясь в тишину.
Глава 24. На совете
Честно признаться, теперь я совершенно не знала, что делать. Идти по стопам Шалары – нельзя. Открывать портал – нельзя. Да даже подсмотреть, как там мои справляются с закидонами новой «меня» и то нельзя!
Вместе с этим я уловила, что это самое «нельзя» как будто успокоило меня. Как будто невозможность вернуться сняла груз с души. Нет, я не перестала беспокоиться о семье. Мне так же было переживательно за маму и папу, за братьев. Но согласитесь! Ответственность за благополучие целого мира, пусть и не своего родного – это слишком мощная константа на весах выбора. Стать причиной смерти целой цивилизации…
«Эм… Нет уж! Пусть Алиана Пресветлая со своим пророчеством идёт в задницу! Я не возьму такой грех на душу!»
Возможно, не зная всего, что теперь знаю, я и смогла бы стать невольным палачом для Элерона. Но не сейчас!
Я глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри постепенно пробуждается новая сила – не та, которой меня одарили магические искры, оставленные создательницей этого удивительного мира, а другая – вера в правильность происходящего.
Я посмотрела в ростовое зеркало, стоящее у двери гардеробной Шахрияра, и улыбнулась.
«Ну, нифига себе! Я – чёртов Геркулес! Персей или Менелай… Кто там ещё рождён был от союза богов с людьми?!»
Моё быстро сменяющееся настроение прервал стук в дверь.
Пришёл генерал Дюри.
С улыбкой от уха до уха этот рыжий проверил каждый уголок в комнатах Шаха. Поглядывал косо на меня, но упорно молчал, чем-то сильно довольный. Скорей всего причина в природе моего происхождения, которое оказалось божественным, ведь теперь – теоретически – я могу пробудить змея его лучшего друга!
Учитывая, что эта причина для довольной улыбки мне самой была очень близка, я не почувствовала раздражения.
«Только бы понять, как помочь Шиарису…»
– Всё чисто, – отрапортовал генерал Шайтар, замирая рядом со смежной дверью, ведущей в мои комнаты. – Сейчас ваша камеристка, – перешёл на «вы» наг, – занесёт все вещи, и я магией закрою этот выход. Приказ наместника.
Я кивнула. Шахрияр говорил.
Едва Дюри открыл дверь, за ней показалась счастливая Элейн.
– Ваша Светлость! – девушка чуть не упала на колени, стараясь выразить мне своё почтение.
Шайтар усмехнулся, когда я возмущённо зашипела, отчитывая девушку, чтобы она так больше никогда не делала.
Дальше мы занялись «переездом».
Особенно запомнился момент, когда я переносила из секретера небольшой ящик с заточенными гвоздиками-пулями. Там же Шайтар заметил испорченные обои, на которых я испытывала прицел самострела.
– Это из твоего мира? Оружие? Я видел такое у нашей императрицы… неужели она тоже потомок богини?
Я отвечала спокойно и правдиво, больше не видя смысла в том, чтобы таиться и умалчивать о попадании. Наги не в пример людям и оборотням нормально относились к путешественникам между мирами, ведь Кара была той самой путешественницей, которая спасла их погибающую расу и перенесла её на Элерон. Да, сейчас они знают это лишь из легенд, но было же!
– Насчёт Вивиан Моран точно сказать не могу, – я поморщилась, припоминая из мутных воспоминаний Шалары особу, укравшую у неё возможность присесть не трон. – Так размахивать секирами… На Земле мало кто умеет. Если она тоже из моего мира, то прошла Крым и Рим… Эм… Так говорят у нас о тех, кому по жизни пришлось не сладко.
Шайтар кивнул, принимая мои ответы.
Вернул мне самострел, из которого я разрешила ему пострелять и, наконец, сделал то, зачем пришёл – запаял магией двери и окна покоев наместника.