Чтение онлайн

— Круто! — хором восхитились все.

Все это время я наблюдала за ними. Но тут Лана, все-таки догнав меня, мертвецкой хваткой взяла мою руку.

— Вот куда сбежала! Не уйдешь!

Жница слишком крепко обхватила моё запястье, и как бы я не рвалась, выход был только один. И всё произошло без заранее продуманных действий. Мне впервые в жизни пришлось кого-то сильно ударить. Но как я могла поступить иначе?

Я ловко отбежала от жницы, которая громко завопила от жгучей пощечины. Нагоняя жнецов, я сложила ладони рупором и закричала:

— Мистер Спирс! Мистер Спирс!

Он проявил маломальское внимание, оглянулся, но не уходил. Его ученики-шинигами, поворачивая ко мне головы, вопреки ожиданиям, не улыбались и в скором времени ускользнули в гуще себе подобных.

Теперь Уильям стоял один. Разделяющие нас метры не позволяли разглядеть лица.

Я стремительно бросилась вперёд, но потом почувствовала резкую боль в коленях. Упала. Без сил.

Из-за опущенных по бокам волос моё лицо Уильям не смог увидеть.

Ничего не свершилось — всё произошло не так, как я думала. Не могла подняться, словно окоченевшая под толстым слоем снега.

Звук приближающихся шагов перед моей опущенной, словно отяжелевшей головой, — последнее, что я слышала.

Видеть было нечего.

Ослабла.

***

Проснувшись с широко открытыми глазами и в холодном поту, я долгое время не могла вспомнить и понять, что случилось ранее этого момента.

Я пробежалась взглядом по комнате.

Меня похитили снова?

На противоположной стене висели японские веера, катана и вакидзаси в ножнах.

Слева при свете свечей рыцарские доспехи отбрасывали свою дрожащую тень. Справа — две белые классические маски, минор и мажор, улыбка и грусть, счастье и драма, прикреплённые к стене без гвоздей и веревок.

— Вставай, — сказал кто-то с чувством.

Нежный голос…

Я смахнула со лба на бок длинную челку и, устало поднимаясь и упираясь в матрас локтями, села на край кровати, спустив ноги.

— Я несказанно рад, что ты здесь. Хозяин уже заждался.

Коснувшись носками деревянного настила, я еще раз рассмотрела маски.

Нет, они не умеют говорить.

Чувство подозрения обострилось внутри меня.

========== Глава 12 ==========

Грелль

Осколки, звонко перестукиваясь, рассыпались по полу, заблестели в жёлтой полосе уличного фонаря. Мимолетным взглядом на ладонь была мной замечена тонкая струя крови. Я почти не ощущал боли, когда вылезал из окна, чье разбитое остроконечное стекло касалось некоторых участков моего тела и одежды.

Приземлившись на доски, облепленные высохшей грязью, я заметил и услышал, что не оставил равнодушным яростного пса на лязгающей при каждом движении цепи.

— Гав! Ав! Ав! Ррр… ррр… ав! ав!

— Цыц ты, тварь!
– прошипел я.
– Да заткнись же!

Спустя несколько секунд я уловил приглушенный топот бегущих ног, сдавленных свирепыми криками. Встрепенулись. Я отошёл на четыре шага назад и стремительно взметнулся вверх, всего лишь оттолкнувшись от земли ногами. Барьер — высокий обветшавший забор — был преодолён легко и просто, за считанные секунды.

Мой взгляд внезапно застыл на точке, которая ярко светилась издалека, перемещаясь вдоль дороги и теряясь между столбами деревьев. Этот луч быстро пересек пространство.

Я услыхал, как издалека заскрежетали шины по сухому грунту. По мере приближения, относительную тьму разогнал поток сего ослепительного света. Моё лицо озарили фары крутого мотоцикла, и я инстинктивно прищурился. Постепенно привыкнув к свету, опустил руки и заприметил до боли знакомого мне шинигами за рулём байка.

Деян. Он здесь.

Я знаю его всего лишь день, но не могу избавиться от ощущения того, что мы знакомы сотни лет.

— Хах, живой, братишка?

Его слова были встречены лишь покорным молчанием.

Деян, насмешливо выпустив воздух через нос, приветливо посмотрел на меня:

— Чай мы с тобой одинаковые, тогда быстро прыгай ко мне!

Я сдвинул брови:

— Зач…

— Тебе же хочется в очередной раз отдохнуть ото всей этой суеты в Департаменте? Вижу по тебе, европеец. Давай, почувствуй русский экстрим! Ведь мы… — он не окончил фразы: за воротами раздались мужские голоса. Вновь взглянул на меня, но только с тревогой в глазах: — Да давай, не тяни, англичанин!

Откинув назад волосы и не меняя спокойного выражения, я мгновенно устроился на сидении мотоцикла и сомкнул в кольце рук широкую талию Крутовского.

Стронув черный мопед с места, мы в унисон качнулись назад. В груди зарокотало от нарастающего ощущения скорости.

С лёгким придыханием, я пришёл в восторг, когда мы выехали на трассу, зная прекрасно: нас преследуют.

Восхищение возникло лишь от того, что я на несколько минут забыл о рабстве своей жизни и вдохнул обжигающий, ледяной воздух, пропитанный свободой.

Алан

Вызывающее боль чувство куда-то внезапно испарилось, но мысли не покидали все кадры случившегося между мной и новенькой сотрудницей-шинигами.

Я помню, что кто-то упрямо стучал в дверь. И я открыл своему внезапному гостю.

Им и оказалась она…

— Джулия? Здравствуй! Как проходит твой день?

Джулия улыбалась не так, как обычно. Больше грустно, чем радостно. Улыбка этой девушки всегда казалась мне загадочной.

— Все хорошо. Алан, ты не можешь сегодня выйти за пределы квартиры?

Что же в этой жнице не так? Я чувствовал напряжение с её стороны.

— Понимаешь… Я бы хотела, чтобы мы с тобой перенеслись в одно место. Ты не будешь против?

…до этого момента, когда всё круто повернулось в иную сторону.

— Прошу прощения, но тебе придётся искать себе другого диспетчера в целях помощи.

Я говорил… Бесцветным голосом… Слишком… Я ли это вообще был?

— Очень прошу, пожалуйста. Буквально на один час, не больше. Мне надо…

— Прости, я правда не могу.

— Я сейчас очень занят.

— Мне нужно тебе сказать. Я ещё неделю назад собиралась тебе признаться в этом…

Признаться, в чем? Я так и не узнал… А вдруг она хотела мне сказать, что влюблена?

Слишком глупо. Чувства не стоят этой грусти. Всё равно бы я на них не ответил взаимностью.

— Я же сказал тебе, что сейчас очень занят.

— Чем, скажи мне?

Мысли резко стали чёрными. У меня. У шинигами, никому и никогда не пожелавшего зла. Почему так?

— Джулия, хватит приходить ко мне. Мне сейчас не до тебя и не твоих проблем. Иди к себе домой. И зачем я только с тобой связался? Жить спокойно не даешь… До вечера.