Чтение онлайн

— Хорошо. Я попробую. А откуда у меня навыки — очень просто. Отцу не было дела до нашего с сестрой образования. К нам не приглашали учителей, как у большинства учащихся здесь. — Я пожала плечами, по сути, говоря правду. — Поэтому мы занимались самообразованием. Спасибо, что библиотека всегда находилась в доступе. История с отсутствием черт, присущих белоручкам-аристократкам, тоже проста и объясняется тем же. Кроме нашего старого дворецкого и доброй экономки мы с Ланой никому не были нужны.

Кир нахмурился.

— Твой отец… он обижал вас?

Я могла бы не раздувать скандал, не ворошить прошлое Верин, но! Разве не будет справедливым то, что барона Джерома накажут за издевательства над детьми, которые остались сиротами под его опекой? Ещё точно непонятно, что там на самом деле случилось с матерью девочек!

«Пусть схватят этого козла за жопу. Управлять такому огромным поместьем — нечестно! Он не достоин!»

— Обижал. Собственно, на венчание меня притащили только по той причине, что моя младшая сестра дожидалась меня дома… в темнице.

Крылья носа ректора гневно затрепетали.

Я решила добить вампира своей честностью.

— А на шее у меня вторую неделю болтался медальон подчинения.

— ЧТО?!

Сеточка чёрных капилляров знакомо проступила у основания шеи ректора и под его глазами, завораживая.

«И как можно шарахаться от такого секси-вампира?! Особенно, когда он злиться на твоих обидчиков и готов порвать их в клочья!»

— Две недели?! Это… это запрещено! Воздействие медальона губительно для мозга. И это за одно применение, а тут… ДВЕ НЕДЕЛИ! Как ты можешь говорить, проносив его так долго? Невозможно…

Я осторожно подбирала слова:

— Исключения существовали всегда. Сейчас оно стоит перед вами. Мысль спасти сестру не дала мне свихнуться. Я даже научилась сопротивляться артефакту. Возможно, — робко усмехнулась, — моё рвение отстоять свои права — ужасный побочный эффект контакта с медальоном. Хотя, я не считаю его ужасным, если честно.

— Действия твоего отца возмутительны и подлежат детальному изучению специальных служб, но… этот побочный эффект… — волна преображения прокатилась под кожей вампира, возвращая ему обычный облик. — В своём рвении, ты прекрасна, адептка Верин. Как бы это ни звучало, но побочный эффект сделал тебя сильной и упрямой личностью. Я рад, что ты стала студенткой боевого факультета, а не моей безвольной невесткой.

«Вау! Вот это он выдал! Так, глядишь, и до признания в своей симпатии мы докатимся! Уф! Скорей бы! Как сложно быть не наивной милой девочкой, а взрослой тётей в теле девчонки! Особенно той девочки, которая уже была в интимных отношениях со своим собеседником».

Я кивнула, улыбаясь от уха до уха.

— Спасибо. Ну… я пойду?

— Куда? — Будто бы проснулся ото сна Кир, с трудом отрывая взгляд от созерцания моих губ.

— Расписание. Вы же сказали, просмотреть мне сетку занятий.

— А. Да. Точно. Просмотри. те. — Короткие рваные фразы ложились бальзамом на моё либидо. На «ты» ректор переходил всякий раз, когда пытался восстановить между нами вечно крошащиеся барьеры. — А я свяжусь с тайной канцелярией, чтобы… ммм. Не важно. Работайте.

Кир почти скрылся за дверью своего кабинета, когда я его окликнула:

— Господин ректор!

— Да? Какие-то вопросы?

— Не совсем. То есть не сейчас, — я завернулась в облик застенчивой студентки, снова играя в несвойственную мне тактичность. — Мой реферат. Вы же помните, что обещали мне помочь?

— Да, конечно.

— Тогда после отработки я к вам зайду. Начнём с описания возникновения расы вампиров.

Маккей хмыкнул.

— Я надеялся, что вы передумаете.

Мне осталось только покачать головой.

Кир кивнул, с лукавством в глазах принимая упрямство одной очаровательной занозы.

— Заходи, как освободишься. И кофе захвати.

«Ха! Вот так-то, дорогуша! Этот барьер не починить! Общение на «вы» — пройденный этап. Сдавайся!»

Я поспешно отвернулась, пряча самодовольство.

Только когда дверь в кабинет ректора тихо защёлкнулась, прошла за стол и села с кипой бумаг на кресло.

А дальше началась работа.

Накладки занятий нашла через полчаса пристального изучения огромного графика работы академии. Ну… какая академия, такой и график! В любом случае, я никогда не жаловалась на работу. Вот и сейчас молча выписывала в блокнот предположительные изменения.

Попечительский совет в лице двух почтенных аристократов нагрянул внезапно.

Меня посчитали за секретаря.

Я не стала развеивать убеждённое высокомерие мужчин. Аристократы явно занимали высокие посты в Авильской империи. Это видно и в их осанке, и в речи, богатой на повелительный тон.

В общем, я проводила членов попечительского совета к Маккею и вернулась к графику.

Когда я закончила с исправлениями, от гостей не осталось и духу. Только и успела заметить, как дядечки, быстро перебирая ногами, уносят свои довольно упитанные тела прочь, недовольные встречей.

— Мда… — наколотив кофе, постучала в дверь и, дождавшись разрешения, вошла.

«Сейчас мы узнаем всё о подозрительных нападениях демонов от первого лица».

— Джером, — Маккей кивнул, отрывая взгляд от бумаг, лежащий на столе. — Проходи. Садись, где тебе будет удобно.

Длинный стол для педагогических совещаний вмещал в себя не меньше двенадцати кресел. Я уверена, что на каждом из них сидеть очень даже удобно, но к вампиру я подобралась максимально близко, заняв первое кресло по правую руку от него.

Своё бесстрашие подчеркнула, отодвинув кресло от стола и направив его «лицом» к красавцу-ректору. У последнего, к слову сказать, от моих манипуляций появилось весьма забавное выражение на лице. Удивление с толикой восхищения. Впрочем эта реакция мужчины быстро стёрлась, прикрываясь привычной маской невозмутимости.

— Итак…

— Итак, — повторила я за не наследным принцем Авилы, — как вы стали таким?

Ставшая уже родной усмешка не заставила себя ждать.

— Не буду уточнять, каким это «таким»… Это было бы глупо, учитывая, что мы договорились поговорить о нападении на меня, поэтому слушай… — мягких баритон с капелькой завораживающей хрипотцы окутал меня особенной мужской аурой.

Я подавила дрожь, крепко стиснула ручку и принялась записывать.

Почти всё, о чём мне сегодня удалось узнать от Алетры Джассан, подтвердилось. Разница только в том, что история обрела подробности и капельку эмоций, потому что даже упрямая невозмутимость Кира давала сбой под атакой чутких воспоминаний.