Чтение онлайн

Чтобы не быть голословным, расскажу: в середине второго театрального сезона мы заселились инвентарём в складское помещение, обещанное нам за год до этого. Занять его сразу мешали кучи хлама, лежавшие в этом помещении, который без воли их создателя выбросить было нельзя, а сам создатель хлама был… об этом история умалчивает. Однако, за год наш театр своим мастерством купил волю начальства, и оно дало добро на избавление от хлама без согласия его владельца. Что касается репетиционной площадки, то с третьего сезона мы официально заняли сцену под нужды театра с условием, что все остальные, непостоянные жители сцены, будут довольствоваться свободным от наших репетиций и спектаклей временем. Ввели график занятости сцены, график составляли на неделю вперёд за неделю до начальной его даты. На такую уступку администрация согласилась тоже, увидев качество нашей работы и талант на сцене. Следующим этапом борьбы стало освобождение от хлама старой будки киномеханика (да, в школах таковая бывает) и превращение её в полноценную регуляторную.

Тайну мы используем очень активно, особенно во время набора учащихся. На этом уроке расскажу о тайне для участников коллектива, а о тайне для зрителей поговорим в соответствующей теме. В буквальном смысле мы всем и каждому сообщаем о том, что успешно прошедшие кастинг и зачисленные в коллектив учащиеся узнают секрет. Сам секрет «завёрнут» в несколько слоёв упаковки и раскрывается учащимся постепенно на протяжении первых 2–3 лет обучения в коллективе.

Начинается всё с того, что до начала кастинга во время рекламы набора мы проводим презентации и демонстрируем фотографии, которые «простые смертные» нигде не смогут увидеть – фотографии закулисной жизни театра. Фото с репетиций, производственного процесса, подготовки к показу, съёмок фильмов, корпоративных праздников… Все эти фотографии делаются заранее, в течение каждого сезона целенаправленно для презентаций. Внешнюю сторону театральной жизни, т. е. собственно спектакли, видят все. А вот закулисная жизнь – это первая часть тайны, и у детей по их природе возникает жажда познания и желание увидеть более полную картину в реальности, а не на фото. Тайна, кажется, раскрывается, но на самом деле она только начинает для них формироваться.

Вторая часть формируется в процессе кастинга: кто же пройдёт, кого возьмут? Здесь мы так же сразу задаём атмосферу простыми заклинаниями: «Возьмём не всех. Все нам не нужны. Нам нужны только самые талантливые, красивые, умные и сильные. В школе полторы тысячи учащихся, а мы набираем только группу из 10 человек». Кастинг становится своеобразным инструментом индикации и измерения своих качеств.

Третий слой обёртки тайны появляется после кастинга. Она формируется и существует для учащихся первого курса на протяжении нескольких месяцев – тайна первого выхода на сцену. Аналогично предыдущему уровню мы задаём атмосферу и правила игры: «До показа могут дойти не все. Вас приняли в коллектив – это значит только то, что у вас есть шанс стать артистом. Сможете ли вы им воспользоваться, зависит только от вас. Мы будем вам помогать всеми силами, но сыграть спектакль за вас мы не сможем. Всё зависит от вашего отношения к работе». Первый публичный показ – это рождение артиста. Тайна раскрыта… или нет… или да… или не раскрыта… Именно такие мысли возникают у первокурсников после первого показа, потому что есть показы старших курсов, и первокурсники их видят. Они понимают, что есть мастерство, есть более высокие уровни исполнения и качества материала, что мир искусства не исчерпан одним спектаклем. И вот тут появляется…

… четвёртый слой обёртки тайны. Он называется «Хотим так же, как старшие». Далее идёт пятый, шестой, седьмой и т. д. Они заключаются в участии в фестивалях, наградах, самостоятельных постановках спектаклей, съёмках фильмов, гастролях, участии в экспертной комиссиях…

О судьбе коллектива-героя тоже достаточно сказано на предыдущем уроке. Каждое очередное достижение (а неудачи мы также относим к достижению, как и победы, ибо опыт дороже всего) мы позиционируем как очередную ступень на пути к успеху, доводим его до зрителей, руководства, коллег по цеху и т. д.

Сочиняя образ драматической студии «Театр-50» я постоянно задавал себе вопросы, которые озвучил в начале этого урока. Хотел бы я сам заниматься в этом коллективе? Пошёл бы я на спектакль этого театра? Хотел бы я обладать тем сокровищем, которое даёт этот коллектив? Хотели бы этим сокровищем обладать мои будущие подопечные? Вызывает ли у зрителей сочувствие недостаток коллектива? Заинтригует ли зрителей и будущих участников коллектива его тайна? Как только на все вопросы я получил однозначные «да», после этого приступил к следующему этапу создания коллектива – стратегия. И о том, какую роль играет стратегия формирования и развития коллектива мы поговорим на следующих уроках.

А зим всё, урок окончен. Домашнее задание такое: пересмотрите всё, что вы сочинили по заданию предыдущего урока и скорректируйте или переделайте то, что не удовлетворяет вашему идеалу, используя шесть вопросов начала сегодняшнего урока.

Не так трудно стать чемпионом, гораздо труднее быть им всегда. Подобные слова я слышал множество раз от лидеров одной международной компании, в которой обучался управлению и командообразованию. Всё, что было сказано в трёх предыдущих главах, относится к формированию коллектива, т. е. это ответ на вопрос «как привлечь участников в коллектив?». Теперь поговорим о том, как сделать, чтобы они в нём закрепились и остались надолго.

…немного истории.

Как-то на одной из лекций в университете по какой-то сверхсложной научно-технической дисциплине преподаватель решил поговорить со студентами, в числе которых числился ваш покорный слуга, о жизни. Уже не вспомню, с чего разговор начался и к чему был привязан, да и не важно это в контексте истории. Важно другое: от этого преподавателя в тот день я впервые в жизни услышал заклинание, которому тогда почти не придал никакого значения в силу своих маловозрастных лет. Однако, в памяти оно отложилось, ибо было в нём что-то действенное – и это я почувствовал несмотря на то, что ещё не понимал, как им пользоваться. Выстрелило это заклинание в моём мозгу гораздо позже, спустя лет десять. В сущности, вполне прописная истина, но, как известно, простые истины всегда самые важные. Вот это заклинание: «В жизни каждому человеку важнее всего верно сделать два выбора. От правильности выбранного зависит насколько человек будет счастлив. Это выбор спутника жизни и выбор профессии».

ВЫБОР ПРОФЕССИИ. В тот момент кольнуло меня это высказывание, да не особо сильно. Выбор профессии… Да, я понимал, что от востребованности той или иной профессии на рынке труда в каждый момент истории зависит доходность этой профессии. Для мозга недавнего школьника это всё было понятно, как дважды-два. Да теория, как известно, далека бывает от практики. И дважды-два – не всегда четыре, уж поверьте человеку, учившемуся в техническом университете. Да, профессию после окончания одиннадцатилетки я выбрал, как и водится, по уровню престижности и востребованности на рынке труда – инженер разработки системного программного обеспечения в сфере автоматических систем управления. Казалось, даже сознательно выбрал. Крутая профессия? Крутая. Востребованная? Ещё бы. Вуз престижный, солидный? Новосибирский государственный технический университет – без комментариев.

И поступил-то без особого напряга, готовился самостоятельно, без репетиторов. Поступал наравне со всеми, без всякого блата. А главное, думал, что это моё призвание, ведь техникой я интересовался в детства. Механика, электричество, как одна энергия преобразуется в другую – всё это с ранних лет просто завораживало меня. И театр даже как-то после трёх лет в студии отошёл на задний план. Хотя все три года я был абсолютно уверен, что буду поступать в театральное училище, но ближе к окончании одиннадцатого класса в голове завертелись «взрослые» мысли, мол, поиграл в игры и будет, надо включать мозги, надо думать о будущем, надо обеспечивать себе твердую почву под ногами, надо профессию, которая будет кормить… и прочие надо. Многим из вас, уверен, знакомы подобные идеи. В конце такой тирады обычно звучит что-то вроде «театр никуда не денется; получишь нормальную профессию, а потом можешь и театром заниматься в свободное время». Признаюсь честно, своим ученикам говорю то же самое. А если не подействует, то… только в этом случае начинаю помогать готовиться к поступлению. Ибо нашей профессией можно заниматься тогда и только тогда, когда не мыслишь себя без неё.

После года в техническом университете началась вторая часть «марлезонского балета». Заниматься только техникой мне стало скучно. Да тут ещё и на летних каникулах стали встречаться с коллегами по цеху из прошлой театральной жизни. Из них, правда, не было ни одного профессионального артиста, все занимались искусством в детстве, во время школьной жизни. Вспоминали былое, победы и провалы, восторги и истерики на фестивалях, и… как кое-кто собирался поступать в театральное училище.

Как-то раз встретились мы с давней подругой, Натальей Сергеевной Р. (всех своих друзей называю по имени-отчеству). Она совершенно никакого отношения не имела к театру, разве что как зритель, и в тот момент писала диплом по специальности учитель иностранных языков. Надо отметить, что Наталья Сергеевна обладает интуицией на уровне гадалки и умеет поддержать человека в его даже самых причудливых идеях. Разговорились, и почувствовала она своей проницательностью, что не очень уютным ощущается мною мир сферы технических наук. «А давай, – говорит, – сходит в гости к профессиональным наставникам. Может они посоветуют, как тебе включиться в творчество». Здесь стоит объяснить, что Наталья Сергеевна в своё время закончила музыкальную школу и тоже собиралась идти по этой профессии в музыкальное училище, но, как и в моём случае, выбор пал на не особо любимое высшее образование. Она как никто другой понимала мои чувства и, возможно, в моём лице ей хотелось компенсировать свои упущения в отношении творческой карьеры. Так или иначе, в тот же день мы поехали к одному из её педагогов, работавшему также ещё и на музыкальном отделении в колледже культуры.