Чтение онлайн

Из-за травмы Коршкова пришлось перетасовывать звенья, и я с партнерами перешел во вторую пятерку. Первое звено сегодня явно будет в ударе, в этом нет сомнения.

Игра началась. Козун с партнерами яростно отобрал шайбу и запер соперника в зоне. По-хозяйски расположившись там. Армейцы явно не ожидали подобного. Их замешательством нужно пользоваться, что и сделал Брендон. С передачи Куликова он открыл счет в матче.

Знарок, тренер "СКА", уловил настроение своих игроков и внес коррективы. Против слабого нашего третьего звена он выполнил ударное первое армейцев. Парни держались, как могли, но в мастерстве уступили. Ковальчук сравнял счет в матче.

Знарок прекрасно видел силу первого звена, поэтому выпустил против них лучшую пятерку защиты. Но он не учел одно вещь, второе звено тоже жаждет победы и готова драться. Против нас было четвертое звено армейцев. Парни были слабоваты как в атаке, так и в защите, но не зря ели свой хлеб. 2/3 звена составляли тафгаи с опытом. Таких используют, чтобы выключить игрока из игры в случае необходимости. Они мастера драк, но слабы в скорости и проворности. Перехватив шайбу, я прошел по борту* и ускорился к воротам. Замах, удар и снова мимо. Да что за черт! Повторять попытку я не стал, а пока было время, паснул ее Апалькову. Тот с левого круга вбрасывания поразил ворота.

Прозвучала сирена об окончании первой дватиминутки. В раздевалке я переглянулся с легионерами и похлопал Козуна по спине. Один из четырех новичком отличился, остальные тоже не дремлют.

– Вы видите их можно побеждать. Не расслабляйтесь, счет достаточно скользкий. Второй период начинайте первым номером. Не удаляйтесь, и не позволяйте им прогуливается по вашей зоне как у себя дома, - дал наставления тренер.

Ясное дело после перерыва петербуржцы придут в себя. Будет тяжелее, но мы должны продержаться.

Я готовил, что будет тяжело? Так вот, я ошибся! Это ужасно! Армейцы носились по площадке, сбивая все на своем пути. Страшно было опустить голову, чтобы посмотреть на шайбу. Мы все борта обтерли. Казалось, что нас убивают! Убрав со своего пути всех игроков, первое звено "СКА" добралось до ворот. Им противостоял лишь один защитник, и он не справился. 2:2. После заброшенной шайбы армейцы будто бы увеличили свой напор, хотя куда больше то. У наших парней начали сдавать нервы. Вот и вовремя схватки у борта Рафиков клюшкой зацепил конек противника. Наблюдательный линейный судья зафиксировал нарушение правил. И чего у него зрение такое хорошее?! Уфффф!

Я присел на скамейку и наблюдал за спец бригадой меньшенства. Игроки гостей не жалели никого: без передач они бросали по воротам. Мурыгин показывал чудеса ловкости, отбрасывая каждый раз шайбы, совершал сумасшедшие сейвы*. Парни защищали ворота в прямом смысле всем телом. Летя на сумасшедшей скорости снаряд, попадал то в грудь, то в ногу игрока. Было видно как больно ребятам, но они поднимались и стояли до конца. Продержаться две минуты в таких условиях нереально. Но дальняя лавка не позволяла смениться. В итоге защита дрогнула и даже Леха не смог справиться с добиванием.

После забитой шайбы парни смогли смениться, и я со своей четверкой вышел на поле. Было сложно играть, побеждал инстинкт самосохранения. Следить за игроком, мчащимся на тебя и шайбой, было невозможно. Приходилось играть быстрыми передачами, чтобы, в крайнем случае, заработать ударение (атака игрока, не владеющего шайбой). Хотя это было похоже на подставу. Шайба прикатилась в нашу зону, и я помчался к борту, чтобы успеть к ней первым. У меня получилось, но пасовать оказалось некому. Аккуратно выбросить шайбу через борт не получилось, судьи зафиксировали проброс. Но до того меня хорошенько вмазали в борт. Настолько, что даже звездочки полетели. В случае проброса игроки не могут смениться, а вбрасывание происходит в зоне пробрасывающихся. Сил почти не осталось, я взглянул на купол арены, чтобы узнать время до конца. Минута, нужно продержаться чертовых шестьдесят секунд. Я встал на точку вбрасывание и полностью проиграл. Тихонов выбросил шайбу своему игроку и тот немедленно бросил по воротам. 2:4...

В раздевалке тренер первым делом приказал Марине Константиновне осмотреть нас. У всех были жалобы, но уходить в запас никто не думал. У Тальбо было подозрение на перелом ребра, у Галимова - на вывих плеча. Марина подошла ко мне и посветила фонариком в глаза.

– Головокружение, тошнота, потемнение в глазах?

– Весь комплект, - честно признался я.

– Понятно. Алексей Николаевич у него сотрясение, играть он не может!
– доложила докторша.

– Могу и буду!
– тоном, не терпящим возражения, сказал я. Марина вдохнула новую порцию воздуха и приступила к разговору с тренером. Не слышал, что она говорила, но ответ тренера прозвучал четко:

– Мне некем заменить трех нападающих. А в два звена играть самоубийство!
– спорить больше она не стала. Подойдя к Локтионову, она принялась обрабатывать его разбитую бровь. При этом она сжимала его ладонь, а он одобряюще улыбался. Похоже, дело сдвинулось с мертвой точки.

– Ребята послушайте меня. Они не роботы, их силы тоже на исходе. Мы можете еще у них выиграть. Слушайте план на третий период...

Второй перерыв подошел к концу, и мы с гордо поднятыми головами, превозмогая боль, вышли на лед. Тренер был прав: армейцы поубавили пыл. Но и у нас сил было не много. Ключевым моментом периода стала атака на наши ворота. Гусев не рассчитал свои силы и врезался в нашего вратаря. Оба залетели в ворота, при этом Леха ударился об штангу, так что слетел шлем. Подняться самостоятельно он не смог, Марина Константиновна в сопровождении двух игроков проводили его в раздевалку. Место в рамке занял запасной вратарь: семнадцатилетний талантливый мальчишка, ни разу не игравший за взрослую лигу. У каждого из парней промелькнула мысль: "Не дать пацана обидеть".

За атаку вратаря Гусева оштрафовали на две минуты. Я вышел в пятерке большинства вместе с легионерами первого звена. Заняв непривычное для себя место около ворот, я был готов в любую минуту добить шайбу. Я видел, как Якуб старался найти удачное место для броска, но ему не позволяли. В итоге он нанес удар. Я мысленно прикинул траекторию удара и понял, что Шестеркин легко справиться с броском. Стоит подредактировать полет. Подставив клюшку, я направил шайбу выше положенного. 3:4, моя первая шайба. Обнявшись с ребятами, я отпраздновал шайбу. Ткнув пальцем себе в грудь и направив его в сторону Даны, я посвятил шайбу ей. Судьи поехали смотреть кино* не желая засчитывать шайбу. Они считают, что шайба была заброшена высоко поднятой клюшкой. Что за бред?! Я сам видел, что моя клюшка была ниже перекладины. Помучав всех пару минут, судья вынес вердикт.

– Не было игры, высоко поднятой клюшкой. Это гол!
– он указал рукой на центр и засчитал гол.

Как говориться, мы почувствовали кровь. Через пару секунд Тальбо убежал на рандеву с вратарем. Технике и броску этого канадца стоит только позавидовать. Макс сравнял счет для своей команды. Знарок предпринял последнюю попытку: выпустил тафгаев. Припечатав меня, один из них с улыбкой проговорил:

– Вам не выиграть, неудачники!

– Посмотрим, чумырло!
– отъехать он мне не дал, сбросив краги. Драться с такими как он, не моя обязанность. Но вызов я с радостью принял. Сбросив перчатки, я врезал ему по лицу, еле успев сам увернуться. С таким долго не продерешься, а судьи не остановят бой, пока один из нас не окажется на льду. Что же, попробуем. Нарочно пропустив пару ударов по корпусу, я нагнулся и, захватив его ногу бойцовским приемом, опрокинул его на лед. Он утащил меня за собой, но судьи уже подбежали и стали нас разнимать. По правде говоря, если бы не капа* мне бы зубы он повыбивал точно.

Мы оба присели на скамейку оштрафованных на две минуты. Игрой 4 на 4 непременно воспользовался Якуб Накладал, его любимая расстановка. По сути, он домосед* и никто не ожидал, что он побежит в атаку. Не останавливаясь, он щелчком нанес удар по воротам Шестеркина и пробил его. До конца оставалось несколько секунд, Знарок снял вратаря, когда стало ясно, что вбрасывание будет в нашей зоне. Я приложил все силы, чтобы выиграть последнее вбрасывание. Убрав буквально Ковальчука с точки я, стоя на коленях бросил шайбу в сторону соседних ворот. Шайба залетела в нескольких сантиментах от штанги. Окончательный счет 6:4, это разгром, господа!