Чтение онлайн

– Странно. Ну пойдёмте!

– Я разуюсь... так неудобно...

Когда они возвращались с балкона, то увидели, как на кухню прошёл военный в шинели и серой папахе.

– О! Так вы военные? Не будем им мешать. Присядем на диванчик.

– Да что здесь происходит? Саша?

– Села и заткнулась!
– Краснорожий схватил её за мышцу на предплечье руки и сжал-то несильно, но слёзы у Татьяны всё равно появились. Они вместе присели на диван.

– Вы бандиты?

– Бандиты по военным не ходят, что взять с вас? Телик включить? Программа "Время" как раз!

– У меня сын спит!

– Посидим в тишине. Вы только не рыпайтесь и всё будет хорошо.

– А что может быть и плохо?

– Может.
– И он нажал на мышцу посильнее, так что она застонала.

– Ребёнка только не трогайте.

– Это не от меня и не от вас зависит.

Александр Григорьевич, чуть не поперхнулся сигарой, когда увидел, что вместо Татьяны, дверь на кухню открыл какой-то генерал.

– Это вы что? Тут, а не там!
– Совсем растерялся он.

– Если я тут, значит это вам надо. Если я там, то вам поздно курить. Как говорится, перед смертью не надышишься, а перед арестом не накуришься.

– Встал и пошёл вон! Я генерал-лейтенант! Я приказываю!

– У-тю-тю-тю! Что вы так пыжитесь? Математику же изучали. Там одинаковое вычёркивается. А у нас одинаковое слово - генерал. Получается, что вы в этом случае - лейтенант, а я - майор. Курите сигару и слушайте. Два раза повторять не буду. Я к вам пришёл тайно, а значит с миром. Иначе, - Петров похлопал по папке, - бумаги, находящиеся здесь, были бы уже у министра, в политуправлении и, в контрразведке. А если ещё об этом и наши доблестные чекисты узнают?

– Вы меня пугаете?

– Ни сколько. Ознакомьтесь.
– Петров толкнул ему потёртую кожаную папку Сергеева.

– Ну и что тут такого?
– Бегло просмотрел листы бумаги генерал-лейтенант.
– Два каких-то идиота...

– Все так считали. Но когда начали смотреть с другой стороны... вы курите, курите... телефонный провод привёл к вам. Остальных вы ввели в заблуждение. Взять в госпиталь. Финансирование на ремонт, второй год подряд госпиталю выделяется, но не ремонтируется. Ресурсами не обеспечен. Стройуправление не подключено, материалы ему не выделены. Тут добрый дядя, важный, но не главный руководитель службы тыла министерства, предлагает пустячок для него сделать. Тогда ремонт может начаться через месяц. Это же не взятка? Ну и у остальных что-то подобное. А теперь вопрос. Как в игре по телеку. Ответ должен быть правильный, знаток. Зачем?

– Вы что за мной следили?

– А как иначе? Подозрительно себя ведёте, товарищ! Как бы партбилет на стол не уронить. Переоделись в гражданку на работе. Приехали на явочную квартиру, да ещё разлагаетесь ромом и сигарой. Советские люди себе такого позволить не могут. Колитесь на кого работаете?

– Послушай хам, как там тебя, я сейчас звоню...

Александр Григорьевич потянулся к аппарату, который висел не стене.

– Вот телефончики приёмной министра, политуправления, контрразведки. У меня и с Лубянки есть. Подойдите к окну. Видите, у подъезда стоит "командирский" с военными номерами? Они вас ждут!

Рука генерал-лейтенанта безвольно упала, но к окну он подошёл, и увидел, что ему машут сквозь ветровое стекло. Он сел. Покинутая сигара нервно и ревниво дымила.

– Всё-таки вы существуете...
– обречённо произнёс он.

– А вы сомневались? Мы, как ангелы, спускаемся с неба. Как дьяволы выползаем из земли, как касатки выпрыгиваем из воды. Мы есть и нас - нет. Мы везде и нигде.

– Эскадроны смерти...

– Вы что книжек и газет начитались? Эти писаки напридумывают, что им угодно, а вы начинаете думать, что так и есть! Стыдитесь, вы же офицер чтобы что-то читать кроме уставов! Даже пока целый генерал-лейтенант! Эти эскадроны где-то там, на Гаитях! В советской армии только в конном полку Мосфильма есть эскадроны. Может вы ещё и "Голос Америки" слушаете? Если вы такой, что ждать от подчинённых? Пьют небось? А ведь вы наследники Хрулёва! Ему должно быть стыдно за вас. Без тыла солдат уже не воин. Голодный, разутый и раздетый, но с патронами - мародёр. Без патронов - либо пленный, либо труп. Связисты паучков в петлицах носят. Я о них говорил. Второй раз спрашиваю, хотя и после первого можно было вас брать, но спрашиваю только из уважения к вашим погонам. Я уйду и придут другие. Они, не я. Только выполняют приказы. Разговаривать не будут. Зачем? Зачем понадобился больной, младший лейтенант?

– Я готов сотрудничать, но я не понимаю суть вопроса!

– Это другое дело. Курите, а то сигара потухнет, обидится и вонять начнёт. Вот батальон связи. С виду замухрышка, но он секретный.

– Да у нас всё в стране секретно, даже унитаз генеральский.

– Согласен. Там, за бугром, средства связи создают, испытывают, модернизируют частные компании, а у нас государственные институты. Причём делают это так долго, что мы всегда отстаём в этом направлении. Вот этот батальон этим и занимается. Ускорением процесса. Им передают добытые средства связи их разбирают, исследуют элементную базу, сравнивают с нашими аналогами и выдают рекомендации. Проверяют в боевых условиях. Занимаются этим гражданские. Любой офицер стремится сделать хоть какую-то карьеру. А здесь всё! Максимум командир этого батальона. Поэтому в батальоне почти все гражданские, или те, кто вышел в отставку. Никто не хочет сюда идти. Москвой не заманишь! Большинство офицеров из рядовых. Училища закончили комбат и начальник штаба, да и то не по связистскому профилю. Здесь даже не караульные, а вахтёры. Вы нам скинули парня из Генштаба, но обратно он не вернётся. Нынешний комбат, с радостью выдохнул - есть преемник. Со службы, без сменщика не отпустят. С этим, новеньким, как его... это не важно, год-два и тот комбат. А так можно до смерти комбатом пробыть!

– Извините меня!
– Горестно выдохнул генерал-лейтенант и взялся раскуривать уже почти потухшую сигару.
– Какой же я идиот! С теми же целями. Хотел парня сделать комбатом, родственник как-никак! Компромат на нынешнего искал, чтобы сковырнуть его! Какая разница, где тому дослуживать?

– Нормальные пираты всегда идут в обход! Помните "Айболит-66"? Пришли бы, сказали... с превеликой радостью приняли бы его. А теперь это сложно поправить!

– Но все материалы, пока у вас!

– Я, конечно, могу похоронить их в глубинах моего сейфа, но...

– Что вам надо?

– В батальоне, с квартирами, у гражданских очень туго. Они работают только из-за них, а выделяют одну в год. Очередь с полсотни. Они не военные, развернулись и ушли. И унесли опыт, возможности, мозги.

– В Москве, можно увеличить максимум до трёх в год, да и то со вторичкой.

– Вот и славно, что со вторичкой. Запоминайте. Тридцать в Москве. Десять: там Сочи, Геленджик, Тупасе, Анапа. Десять - Крым. Министр поддержит. Только инициатива должна быть ваша. Если это вскроется, то скандал будет похлеще приземления Руста на Васильевском спуске.

– Да понял, понял. Мне на это надо месяц.

– Неделя. Коллегия будет обсуждать наш вопрос. Ваше предложение должно быть у министра на столе. Это телефон.
– Петров прямо на салфетке написал номер. Этот отдел будет формировать повестку для министра. Можете сослаться на меня, но я их предупрежу.

– Ну если только так... изыскали внутренние ресурсы... решения партии в жизнь!

– Благодарю вас за понимание, до свидания!

Петров поднялся и быстро вышел из кухни. Управдом, увидев его, тоже встал, церемонно поцеловал руку Татьяны и выскочил вслед за генералом. Татьяна кинулась на кухню.

– Кто это был?
– Бросилась она к нему.
– Я так испугалась!

– Я тоже.
– Он налил целый стакан рома и медленно выпил его.
– Я думал это смерть пришла. Потом договорились. Юра прав. Быть ему майором в этом году.

– Мне, кажется, что я его по телику видела. Рядом с Горбачёвым на мавзолее.

– Ты не ошиблась. Видишь ко мне какие люди приходят. Не я к ним, а они ко мне! Пошли обратно, что-то у меня от страха опять встало!

На работу генерал-лейтенант приехал рано. Подписал что нужно, позвонил кому надо, побеседовал с кем смог, раздал указания и, уже в форме, отбыл в ближайшее Подмосковье.