Чтение онлайн

Как вы думаете, какие первые слова появились в лексиконе наших предков? Занятно, но ученые считают, что первым словом было «леопард». Звучало оно, конечно, совсем не так, но обозначало именно этого самого хищника, чей рацион во многом был основан именно на приматах.

Похоже, влияние кошачьих на становление человека было несколько более значимым, чем мы привыкли про это думать. Впрочем, глядя на количество котиков в новостных лентах соцсетей, кажется, что это влияние никуда и не делось. Из первых трех человеческих слов двумя другими были «орел» и «змея», по крайней мере у современных приматов первые протослова именно такие.

Все сказанное выше относительно происхождения нашей речи и человеческих форм сознательного мышления указывает на то, что эти виды психической активности, по сути, носят реактивный характер. И это в равной степени справедливо для этих процессов как в их фило-, так и в онтогенезе. Крик, лепет и даже первые слова ребенка являются совершенно явными стадиями в развитии речи, но стадиями доинтеллектуальными, они возникают лишь в той степени, в которой необходимы как реакция на изменение обстановки [27].

Усложненная функциональная надстройка над группами зеркальных нейронов работает на характерных для них механизмах: отражает события внешней и внутренней среды человека.

И если «отражение» как указание на казуальную вторичность мыслей отчасти можно понимать метафорически, то относительно физиологии мыслей все предельно просто и прямо: они следствие уже случившегося, они дымок над колбами и ретортами внутренней химической лаборатории.

Смотрите, друзья, чтобы мы начали воспринимать какую-то мысль, эта мысль сначала должна появиться, согласны? И она действительно появляется в результате работы нейронов нашего мозга. За мгновение до того, как к нам пришло гениальное озарение «Пора бы заказать килограммовую пачку стирального порошка на Вайлдберриз», активировались миллиарды нервных клеток.

Сначала каждый из нейронов, обеспечивших вашу мысль, находился в состоянии покоя, он никогда не начинает свою активность на ровном месте и строго соблюдает правила игры. За «кожей» нейрона – мембраной, разделяющей внутри- и внеклеточные жидкости, – была своеобразная «зона отдыха».

Жизнь зарождалась в соленой морской воде, и первым клеткам – крохотным мешочкам с пресным содержимым – приходилось постоянно «выплевывать» проникающие в них ионы натрия, чтобы не «засолиться». Поэтому в мембране клеток появилось специальное устройство, которое сейчас принято называть натрий-калиевый насос. По сути, это белок, который занимается тем, что выкачивает из клетки ионы натрия и взамен впускает ионы калия: на каждые три «выплюнутых» натриевых иона приходится два «проглоченных» калиевых.

Ровно те же процессы происходят и с нейронами. Внутри клеток много ионов калия и отрицательно заряженных органических ионов. Снаружи, в крови и межклеточной жидкости, мало ионов калия, зато много ионов натрия. В покое мембрана нейронов проницаема для ионов калия и почти непроницаема для других ионов. Поэтому ионы калия выходят из клетки, вынося с собой положительные заряды.

Накапливающийся внутри клетки отрицательный заряд мешает новым порциям ионов калия выходить наружу. Устанавливается равновесие, при котором из клетки выходит и в нее входит равное число ионов калия в единицу времени.

Но вот в нашу клетку, на поверхности которой насосы неспешно перекачивали ионы снаружи и внутрь, забросили порцию новых химических реагентов. Это на принимающий контакт нейрона (дендрит) поступили белки-нейромедиаторы от клеток-смежников.

И работа клетки стремительно поменялась: поступившие нейромедиаторы инициировали каскад биохимических реакций, которые привели к изменению активности насосов. Последние тут же поменяли режим своей работы: начали лихорадочно впускать натрий в клетку и выпускать из неё калий. Вот в этот короткий период, когда мембрана «перезаряжается» (внутри заряд становится положительным, снаружи – отрицательным), и формируется нервный импульс, или потенциал действия нейрона.

Химическое создание потенциала каждого нейрона представляет собой сложнейший процесс, зависящий от точной балансировки концентраций ионов. Удивительная симфония, в которой каждый из исполнителей вступает в игру в нужный момент и четко исполняет свою партию. И лишь гармония абсолютной слаженности этого ансамбля (Гм, а кто в нем дирижер?) позволяет нейронам передавать информацию и обеспечивать возникновение наших мыслей.

Чередующиеся циклы поляризации, деполяризации и гиперполяризации нужны для того, чтобы на пике активации – хлоп! – нейрон выбросил нейромедиаторы из своего окончания – аксона, словно запуская конфетти в пространство между собой и другими нейронами. Нейромедиаторы начинают воздействовать на контакты других нейронов, в свою очередь передавая им сигнал на начало их активации.

И что же, мы каким-то образом можем всеми этими процессами сознательно управлять? Подождите, но и это еще не все! Ведь не едиными химическими реакциями жив нейрон: для стабильного воспроизведения его работы, для создания новых контактов —синапсов – необходим постоянный синтез белка. А это работа, выполняемая на совсем другом структурном уровне, – на генном [28].

Давайте упомянем о ней только тезисно, ведь, помнится, я обещал не перегружать вас научной терминологией. Если вкратце, для того чтобы потенциал действия нейрона активировался, на генетической кухне происходят следующие процессы с ДНК и РНК:

Тынц! Транскрипция – информация с ДНК переписывается в мРНК; на этом этапе активируются гены, ответственные за синтез белков. Похоже на копирование текста из кулинарной книги с бумаги на бумагу для создания дубликата, который можно использовать на кухне без опасения заляпать соусом оригинал.

Тынц! Трансляция – мРНК переводится на белковый язык: рибосомы считывают информацию с мРНК и синтезируют соответствующий белок. Вот незадача: наша кулинарная книга была на английском. Трансляцию можно сравнить с чтением рецепта на английском и параллельным его переводом, чтобы получить этот же рецепт уже на русском языке.

Тынц! Трансляционная модификация – белки, синтезируемые в результате трансляции, подвергаются последующей модификации, влияющей на их активность и функциональность. Это как добавление приправ и специй в готовое блюдо для улучшения его вкуса.

Тынц! Транскрипционная регуляция – процессы активации и репрессии генов регулируются молекулярными механизмами. Приготовленный деликатес должен оставаться тепленьким, за этим будет следить автоматический термостат, который ненадолго включает и выключает духовку для поддержания нужной температуры.

А теперь переходим к тому, для чего я утомлял вас описанием механизма работы нейронов.

Суть такова: любая мысль, которую я думаю прямо сейчас, формировалась мгновением раньше. Понимая хотя бы в общих чертах те генетические и химические процессы, которые ее создали, можем ли мы сказать, что мы сознательно их запустили? Ну, например, дали отмашку на транскрипцию с ДНК в РНК или скомандовали начать фосфорилирование одному из трех тысяч белков нашего тела? Вопрос, понятное дело, риторический.