Чтение онлайн

Ариана внимательно рассматривала продолговатое, с легким налетом меланхолии лицо раданина.

– Не понимаю, почему все это для тебя так много значит? Я знаю, что ты... что такие люди как ты больше всего желают, чтобы их оставили в покое, дали возможность самим управлять своими землями, повелевать подданными и вести свои бесконечные войны. Почему Империя все еще что-то для вас значит?

– Я не могу ответить тебе честно, Ариана, - заявил Кир, и она понимала, что это действительно так, потому что он был солдатом и не любил пустых слов.
– Но позволь мне попытаться.
– Он подлил в бокал вина и встал, чтобы передать его девушке. Он поставил бокал перед ней и оперся о стол, вслушиваясь в пение сидевших в тени валков.
– Я понимаю, что не шибко образован, Ариана. Конечно, я знаю все, что должны знать звездные короли. Лучшее из всего, что я умею, так это, конечно, воевать, потому что большую часть своей жизни я только этим и занимался.

Ариана прикоснулась к его затянутой в кольчугу руке:

– Ах, какая долгая жизнь, - иронично-мягко заметила она.

– Долгая или нет, но достаточная для того, чтобы успеть ощутить себя раданином и звездным королем. Но это еще не все. Ты знаешь, я внимательно прислушивался к мнению твоего отца. Я верно сражался на его стороне, потому что был связан своей королевской клятвой. Но я всегда прислушивался к его суждениям. Ты должна понимать, что я имею в виду. Ты была с нами на Карме. И ты знаешь его, знаешь его взгляды. И ты должна помнить о том, что он мечтал, чтобы люди снова жили в Галактике так, как это было уже когда-то в далеком прошлом. Ты видела в каюте у Кавура карту звездного неба?

– Да.

– Ты только представь себе, Ариана - бесчисленные миры, звезды, которые невозможно даже сосчитать. И многие из них - сотни тысяч, к примеру, - заселены мужчинами и женщинами, желающими только одного - жить в мире. С правом наказывать виновных, богатством и всяческими благами вознаграждать достойных... Вот это и должен быть настоящий рай.

– Ну, возможно, не совсем уж и рай, - отметила Ариана со свойственной женщинам практичностью.

– Возможно, и нет. Но на протяжении целых пяти тысяч лет люди жили так, как никто до этого не жил. И так должно стать снова. Гламисс Великолепный помог мне осознать это. Он помог понять это и моему отцу, а сам всемогущий Бог тому свидетель, что Аарона из Рады так просто не прозвали бы Аароном Дьяволом.

– Это точно, - подтвердила Ариана.
– Король-Император был способен осветить своими мечтами самую темную ночь.

– Более того. Ты только представь себе, как ничтожно мало количество живущих во всех весях Галактики людей - считанные миллионы, в то время как раньше их было больше, чем песчинок на всех пляжах всех морей Рады. Представь, как они умирали - в большинстве своем - в битвах, как и мой отец, и твой, как и мои старшие братья и твои кузены, и сыновья и мужья скорбящих матерей от одного края Галактики до другого. Нас так мало, Ариана, а звезд так много. Мы должны прекратить воевать друг с другом, иначе мы просто исчезнем из Вселенной.
– В свете факелов было видно, как его глаза загорелись благородным гневом.
– Вот что это все для меня значит. Твой отец и мой хорошо обучили меня, Ариана. Когда я произношу слово "Империя", то все это - вовсе не пустой звук; все это - в моем сердце. Я думаю, что именно в этом заключается смысл понятия "благородство". Возможно, так было всегда, в доисторическую эпоху и в ту тьму тысячелетий, которые человечество прошло еще до выхода в космос.

Ариане вдруг показалось, что с ней говорит не Кир, а ее родной отец голосом этого молодого звездного короля. В ее груди стала зарождаться глубокая нежность к этому мужественному и благородному человеку, и она мысленно дала себе клятву: "Пусть тень Гламисса будет свидетельницей. Я получу этого воинственного мечтателя в качестве своего мужа. Я получу тебя, Бунтарь, и никого другого". Затем, как любая другая женщина сделала бы то же самое на ее месте, она мысленно сотворила Звездное Знамение и добавила: "Если только мы останемся живы после всей этой передряги".

В рубке управления вахтенный священник брат Яков завершил вычисления, сверил их с данными, которые выдал корабль из своего таинственного чрева, и воздал хвалу Господу за их совпадение. Когда вошел Калин, он доложил ему результаты:

– Все готово для перехода в субсветовую скорость, Первый Пилот!

Калин уселся в командирское кресло и с юношеской легкостью подобрал свою неуклюжую одежду. Затем, обернувшись к брату Джону, сидевшему за пультом управления мощностью, подал знак о готовности начать священнодействие.

– Энергия номер девять, режим устойчивый, Первый Пилот!
– доложил брат Джон.

– Да будет благословенным ее святое имя, - пробормотал Яков.

– Шестой уровень энергии, - приказал Калин.

– Шестой уровень установлен, во славу Господа!
– доложил Яков.

Через прозрачный нос корабля было видно, что фиолетовый цвет звезд начал постепенно переходить в более теплые оттенки. Их взаимное расположение также начало изменяться, создавая непривычные для глаз конфигурации созвездий. Вокруг них зияла черная внегалактическая пустота, и на какое-то мгновение этот эффект завладел вниманием Калина. Он вспомнил древние легенды и рассказы старых священников, в которых повествовалось о том, что когда-то, в далекие времена были люди, путешествовавшие далеко-далеко за пределы Края Кольца в пустоту, к Магеллановому облаку, туманности Андромеды и даже еще дальше. Неужели все это было правдой?

– Уровень энергии шесть достигнут, замедление началось, Первый Пилот!

В чопорном голосе Якова Калин уловил нотки неодобрения. Он прервал мечтания и в наказание наложил на себя еще одно послушание в размере ста ненавидимых логарифмов. Нет, еще сто, поправил он себя мысленно. Он должен был заучить наизусть еще пятьсот, которыми наказал себя за грех гордыни по пути с Рады в Ньйор. Боже космический, подумал он, как давно все это было!

– Энергия четыре, Аве Стелла!
– приказал он.

– Есть энергия четыре, и да благословит ее Святой Дух!

Калин поймал себя на мысли, что его беспокоит позиция Брата Якова, которую можно было условно охарактеризовать словами "я-святее-тебя". Нехорошо так думать о ближнем своем - еще десять логарифмов за это. Он откровенно признался себе, что жизнь в окружении измены и предательства в некоторой степени ослабила его рвение в соблюдении религиозных догм. С этим пора кончать бесповоротно.

– Установить последовательность возврата в субсветовую скорость! скомандовал он.

– Последовательность установлена, да будет священным ее благостное имя!

– Уровень энергии три, с выдержкой программы возвращения!
– доложил брат Джон из-за своего пульта управления мощностью.

Звезды выглядели теперь почти нормально, с незначительным голубым оттенком, что свидетельствовало о снижении скорости. Но здесь, на Краю Кольца, их было совсем мало. Эффект всеобъемлющего присутствия в этой части Галактики составляли не звезды, а глубокая пропасть раскинувшейся вокруг темноты.

Калин оглядел звезды по курсу корабля. Сарисса была там, но из-за большого расстояния ее не было пока видно.

– Держать третий уровень!
– распорядился он.

– Держу на трех, Аве Стелла!
– доложил брат Яков.

Калин представил себе на минуту, как повлияло бы на его престиж в глазах двух новичков, если бы он стал сейчас просить священный корабль вступить с ним в особое соглашение. По некотором размышлении он все же решил, что этого делать не стоит. Ведь он находился в незнакомом ему секторе Галактики, и никто в таких случаях не должен быть абсолютно уверенным в своих навигационных навыках - ведь дело касается межзвездных расстояний неизвестной протяженности.