Чтение онлайн

– Уж я бы справилась с этим отвественным заданием, - сладко улыбнулась лиса, - но думаю, что устраивать второй взрыв не надо. Слишком это шумно. Люди могут догадаться, что это мы стараемся, и нас посадят в тюрьму.

– А, нет!
– возразил Карабас-Барабас.
– Нас никто не видел!

– Но вы, уважаемый господин директор, почти неделю хромали, а на лбу у вас опять шишка. Меня уже спрашивали много раз, что с вами случилось?

– А у Дуремара руки трясутся, и он заикается, - добавил кот Базилио.

– Тысяча чертей!
– заорал Карабас-Барабас.
– Надо же какой-то выход найти. Иначе все с голоду помрем!

– Подохнем, - подтвердил кот.

– А я могу при-приготовить жаркое из ля-ля-ля-гуш-шек, - предложил Дуремар, - они, говорят, съедобные.

Лиса задумчиво произнесла:

– А что, если попробовать отнять у Карло театр, так сказать, законным путем? Сейчас в город назначен новый судья. Обратимся к нему. Пускай он отберет театр у какого-то шарманщика без диплома и передаст вам - уважаемому доктору кукольных наук, кавалеру высших орденов, ближайшему другу Тарабарского короля - синьору Карабасу-Барабасу!

– А что?! Надо попробовать, - воспрянул духом директор. На том и порешили.

Дуремар вернулся в свою хижину. Ему очень хотелось есть, но ни хлеба, ни каши, ни еще чего-нибудь съестного в доме не было. Он это знал и поэтому заранее утром наловил в болоте десяток лягушек, которые теперь прыгали в стеклянной банке вверх и вниз, вверх и вниз и наперебой квакали.

– Отменное будет жаркое, - уговаривал он сам себя, доставая с полки большую сковородку.
– Одним словом - деликатес! Так, кажется, называется очень вкусное и редкое кушанье?

Вдруг он услышал, что его кто-то зовет:

– Синьор Дуремар! Синьор Дуремар!

Он удивленно оглянулся, но в комнате никого не увидел. Голосок явно звучал из банки с лягушками.

– Ну что еще?
– недовольно спросил пиявочник, наклонившись над банкой. Там стоял невообразимый гвалт.

– Ах как тут душно!
– жаловалась одна зеленая пленница.

– И тесно!
– добавляла другая.

– И жарко!
– возмущалась третья.

Одна из лягушек махнула Дуремару лапкой:

– Синьор Дуремар, я хочу вам сказать что-то очень важное. Пересадите меня в другую банку, а то здесь очень шумно!

Дуремар вытащил лягушку из большой банки и пересадил в маленькую.

– Премного благодарна, - проквакала лягушка и неожиданно высокомерно заявила: - Меня нельзя жарить на общей сковородке, мне надо отдельную!

– Поче-чему?
– удивился Дуремар.

– Потому что я - не простая лягушка...

– Хи-хи-хи, - гнусаво засмеялся пиявочник.
– Может, ты заколдованная царевна? Я читал подобное в какой-то сказке...

– Вы очень догадливы, - удовлетворенно квакнула лягушка.
– Действительно, я - королева, королева красоты на своем болоте. Недавно состоялся конкурс, и почетное жюри из старых жаб нашло, что у меня самые большие глаза, самые маленькие ручки и, главное, самые длинные ноги! Я выше всех прыгаю и громче всех квакаю!

– Неужели!
– притворно удивился Дуремар.

– Вы сомневаетесь?
– возмутилась лягушка. Я нравлюсь всем мужчинам в нашем болоте. Те, что посолиднее, подарками балуют. Кто козявку вкусную к обеду принесет, а кто - зернышки рачьей икры. Но и молодые головастики от меня без ума. Так и вьются, так и шныряют вокруг, хвостиками виляют. Один даже жениться предлагал, когда вырастет. Но я не хочу. Я мечтаю стать артисткой!

Красавица перевела дух и заквакала дальше:

– А нельзя ли мне выступать солисткой в вашем кукольном театре с программой "Синьорита Квака - королева красоты Тарабарского болота"?

– Как, как?
– переспросил пиявочник и повторил: - Синьорита Ка-ка - королева красоты?...

Лягушка возмутилась:

– У вас, уважаемый, кажется, плохо со слухом? Меня зовут не Ка-ка, а Квака!

– Да...
– со вздохом согласился Дуремар, - мои бедные уши... Ведь я слишком часто подслушивал...

– Замечательно!
– обрадовалась лягушка.
– А у меня наоборот - острейший слух! Я буду ващим личным слухачом! Хорошо?
– И она весело запрыгала в банке.

Дуремару эта мысль понравилась, и он засунул банку с квакушкой-королевой в карман. Есть лягушек ему расхотелось. Пришлось потуже затянуть пояс.

Через несколько дней почтальон принес папе Карло повестку - вызов в суд. Старик очень удивился, ведь он никому плохого не делал. Но старательно почистил свой костюм и отправился по указанному в повестке адресу.

В просторном зале суда на особом возвышении сидел судья, очень важный и строгий. На его голове красовалась черная бархатная шапочка, с плеч свисала мантия, а на шее блестела тяжелая бронзовая цепочка. Было сразу видно, что с таким господином спорить нельзя. Перед судьей на длинной скамье сидел Карабас-Барабас со своей компанией. Бедному папе Карло сразу стало не по себе.

Заседание началось тотчас же. Первый вопрос судья задал шарманщику:

– Скажите, любезный, театр «Молния» вы сами построили, или вы его купили, или вам его подарили или завещали? И есть ли у вас бумага с большой печатью, подтверждающая что-либо из перечисленного мной: факт постройки, факт покупки, факт дарения, факт завещания?

От такой заковыристой речи у папы Карло чуть не отнялся язык. 

– Нет, - растерянно отвечал Карло, - нет у меня такой бумаги, ваша милость. Наш театр мы нашли в подвале...

– Значит, театр "Молния" вам не принадлежит, - отрезал судья.

– Он мой, он мой! - победно завопил вскочивший с места Карабас-Барабас. - Я - доктор кукольных наук...

Но судья перебил его:

– А у вас, любезнейший, есть такая бумага?

– Нет, - оторопел Карабас.

– Все ясно, - заключил судья. - Театр "Молния" не принадлежит никому из вас. Он - собственность короля. Но вы в ближайшие дни можете выкупить его за тысячу золотых монет. Тот, кто первым принесет их, и получит театр в вечную собственность.

Судья встал в знак того, что заседание окончено.

Опечаленный шел папа Карло в театр. Как сказать куклам о решении судьи? Где достать столько золотых монет? Все билеты в театр "Молния" продавались детям дешево, за медные деньги.

Возвратился на кухню за сценой и Карабас со своей свитой. Он молчал, сопел и не смотрел на Алису.

– Таких денег у нас нет, но их нет и у шарманщика, - стала размышлять виновница всей затеи. - Они, конечно, будут стараться как-нибудь их достать. А если достанут, мы монеты отберем и первыми принесем судье, - захихикала она. - И театр будет наш!