Чтение онлайн

Куклы окружили папу Карло, они повисли на нём и не давали ему пройти. Едва разомкнув тесный круг артистов, Карло свистнул псу Артемону и вместе с ним вышел на улицу.

К середине дня столяр Джузеппе починил суденышко, поставил мачту - дело оставалось за парусом. Он обшарил свое жилище, нашел старый компас и одно весло, но паруса нигде не было.Наверное, он его давно продал и забыл про это. Со стариками случается, что они забывают очень важные вещи.

Вскоре подошли папа Карло с Артемоном.

– А где куклы?
– спросил Джузеппе.

– Я их оставил дома. Путешествие может быть опасным. Мы и вдвоём с Артемоном справимся.

Трудно было Джузеппе признаться в своей оплошности с парусом, но пришлось. Путешествие срывалось. Сели старики рядышком и стали думать, где достать парус. Но время шло, а придумать они ничего не могли.

Вдруг Артемон насторожился и с радостным лаем бросился к дороге. Старики увидели три маленькие фигурки, которые с трудом тащили тяжелый рулон. Артемон вцепился зубами в его край, и они уже вчетвером быстро поволокли ношу к лодке. Это был парус! Точнее сказать, это был тот самый холст из каморки папы Карло, с изображением котелка, кипящего на огне.

– Как это вы догадались притащить холст сюда?
– удивленно спросил у кукол папа Карло.

– А мы не остались дома, а пошли за вами, - смело ответил за всех Буратино, - спрятались и услышали, что для лодки нужен парус. Тут я вспомнил про картину с нарисованным очагом.

– Но удобно ли картину использовать как парус?
– засомневался папа Карло.

– Но она же испорченная, с дыркой!
– в сердцах воскликнул Буратино.
– Это я сам, когда-то давно, проткнул ее носом! А для паруса она вполне сгодится!

– Карло, - заявил Джузеппе, - надо взять Буратино в путешествие, он же нас выручил.

– А без меня все равно не уплывете! Забыли, что золотой ключик у меня!
– и Буратино задрал нос вверх.

– И то правда, - согласился Карло.
– Но беру только одного Буратино.

– Так нельзя, - очень строго сказала Мальвина.
– Извините, папа Карло, но вы слишком добры и во всем ему потакаете, а между прочим, Буратино стал страшно ругаться!

– Страшно? Как это?
– удивился папа Карло.

– Он то и дело повторяет...
– Мальвина запнулась, но все же произнесла: "Тысяча чертей"! Это ужасно. Ну, куда ни шло, вспомнить одного черта, но тысячу! Это уже слишком. И от кого он только мог этому научиться? И еще - Буратино мало занимался со мной дома. А в плавании ему некуда будет сбежать из лодки, и я смогу с ним подучить арифметику.

– Ладно, - нехотя согласился папа Карло, - возьмем и тебя.

Буратино молчал. У него чуть не пропала охота отправляться в путешествие.

– И Пьеро поплывет с нами, - продолжала настаивать Мальвина, - он будет вести судовой журнал в стихах. В путешествиях всегда ведут дневники. 

Пьеро тут же забрался на небольшой камень, одну руку приложил к сердцу, а другую поднял вверх и принялся сочинять:

Пьеро смутился. Конец стихотворения не получился.

Буратино и Мальвина все равно захлопали в ладоши. Артемон обиделся. "Что за "Артемо"? Как будто у моего имени хвост обрубили", - подумал он.

Но Пьеро, как истинный поэт, тут же нашелся и произнес следующий стишок:

И Артемон простил сочинителя.

Джузеппе укрепил парус, а папа Карло перенес свои пожитки и кукол на кораблик и сел на корме.

Джузеппе помусолил палец, поднял его над головой и определил:

– Ветер попутный. Счастливого плавания, друзья. 

Затем столкнул суденышко с мели, и оно с надувшимся парусом медленно двинулось прямо на юг.

Отплытие друзей сразузаметили конкуренты. Ведь Карабас-Барабас внимательно наблюдал за ними в свою подзорную трубу.

– Все по местам!
– скомандовал он и первым перелез через борт. Под его тяжестью баркас основательно осел.

Лиса аккуратно перешла на борт по доске, а кота Базилио перетаскивать Дуремару, потому что кот не хотел мочить лапы.

– Скорее, скорее, - торопил их Карабас, - как бы не потерять этих типов из виду.

Он несколько раз оттолкнулся от пристани веслом, и преследователи двинулись в путь.

Ярко светило солнце, дул легкий бриз, и лодка легко скользила по воде. Папа Карло достал компас и проверил курс.

Буратино сидел на носу лодки. Впереди, кроме воды, ничего не было видно. Далеко позади маячил чей-то баркас. Потом появились чайки. Буратино посчитал. Их было три. Друг за другом вынырнули из воды два дельфина, они играли и им было весело, а ему не очень. Буратино от скуки решил быть умненьким и благоразумненьким.

– Займусь-ка арифметикой. Тогда папа Карло обрадуется, да и Мальвина тоже, - рассуждал он.
– Если сложить трех чаек с двумя дельфинами, - задал себе Буратино задачу, - то получится... 

Мальчишка стал загибать пальцы на руке. Получилось - пять! Но кого? Чаек или дельфинов? Задача оказалась трудной. У Мальвины ответа спрашивать не хотелось, и Буратино бросил арифметику.

Артемон зорко смотрел вдаль, надеясь увидеть желанный берег. Папа Карло уснул на дне лодки и чуть похрапывал. Пьеро обдумывал новые стихи, а Мальвина достала небольшое зеркальце из походной сумочки и поправляла прическу. К похрапыванию папы Карло она уже привыкла и даже не осуждала его за это. К вечеру стали сгущаться тучи, и легкий бриз сменился сильным, холодным ветром. Серые волны стали качать суденышко из стороны в сторону и обдавать путешественников брызгами.

Мальвина и Пьеро боязливо прижались к папе Карло. Буратино залез на мачту - берега не было видно. Артемону очень хотелось скулить, но он держался и даже находил в себе силы рычать на самые большие и страшные волны.

Когда стемнело, волнение на море усилилось, и парусник стало кидать то вверх, то вниз. Каждый раз казалось, что ему не вспыть, не выбраться, но он каким-то чудом выныривал,чтобы затем опять погрузиться в пучину. Наступила ужасная ночь. В полной темноте лодку швыряло из стороны в сторону и заливало водой.