ЖАНРЫ

Бургер для неверного мужа, или Попаданка берется за дело
Шрифт:

За работой нервы понемногу приходили в порядок. А когда совсем успокоилась – внезапно придумала, что в объявлении для посетителей написать. Мы закрыты на время проверки. Необязательно уточнять, какой. Судя по рвению всякого рода инспекций, дело это здесь привычное, вряд ли заподозрят что-то плохое.

А я с утра схожу и разберусь... Черт. Лео. Некрасиво отменять встречу, обидится смертельно, ведь для него искусство превыше всего.

Ладно. Придется отправить управляющего. Так даже лучше, он с местными бюрократами говорить умеет, в отличие от меня. Но все равно. Как же все это не вовремя!

49.

К счастью, Лео сегодня писал что-то другое, и изображать загадочную полуулыбку не потребовалось. Он больше внимания драпировке юбки уделил, а выражение мне разрешил принять любое.

Но спустя некоторое время моя физиономия имела такой зверский вид, что даже по уши погруженный в работу художник удивился. Оторвался от картины и уставился с недоумением.

– Что с вами, азорра Лессар? Вы как будто обдумываете способ изощренного убийства!

– Не совсем. Но я к этому близка.

– Расскажите, что вас настолько гнетет. Я ведь вижу, вам с трудом удается усидеть на месте, – предложил Лео, вновь берясь за кисть. – За разговором не так скучно будет позировать. А если совсем уж повезет, я сумею дать дельный совет.

Это вряд ли. Ну какой он даст совет по поводу борьбы с бюрократией или особенностей торговли с магами? Он ведь богема. Наверняка считает себя выше всего этого.

Однако выговориться хотелось. И я, с трудом сдерживаясь в выражениях, поделилась с ним своими переживаниями за последние дни. Лео слушал внимательно и с живым участием, не отрываясь при этом от работы. Когда я дошла до визита санинспекции, презрительно хмыкнул.

– Дайте ему взятку и забудьте как досадное недоразумение. Не стоит оно ни нервов, ни тем более урона репутации.

– Думаете, возьмёт? – пробормотала, ощущая внезапное дежавю.

В этом мире только и разговоров, что о взятках...

– А кто б не взял? Слышал, где-то есть законопослушные и чистые на руку чиновники, но лично не встречал.

– Странно. Вы не первый такое предлагаете. Неужели коррупция здесь настолько процветает, что это самый очевидный совет?

– А где не процветает?

– Там, где за нее смертная казнь, вероятно.

– Варварство! – возмутился художник. – Слава всевышнему, в нашем просвещенном королевстве до таких диких мер не дошли. Если не берут рядовые бюрократы, значит, надо нести выше. И больше. Но у вас ведь нет нужды в деньгах. Честно говоря, не могу взять в толк, к чему вам эти хлопоты. Кто как не вы может себе позволить жить без хлопот и тем более не работать.

– Но я люблю работать! Должны же быть какие-то занятия у человека. Лёжа целыми днями на диване можно и плесенью покрыться.

– Вы такая деятельная особа, – произнес он с восхищением. – Настоящая современная девушка, несмотря на столь утонченную и хрупкую внешность.

– Хрупкость сейчас тоже в моде, – возразила я, про себя добавив: ещё бы, с таким-то питанием.

– Ненадолго. Запомните мои слова, скоро эталоном красоты станут смелые, жизнерадостные и спортивные женщины. Под стать своим кавалерам.

Мы ещё немного поболтали о красоте и моде – Лео с его художественным вкусом и привычкой вращаться в свете знал в теме толк. Мило, но я все никак не могла забыться и перестать думать о времени. Еле дождалась, когда сдам гостя на растерзание скучающему хозяину дома и отправлюсь готовить заказ.

Все было нарезано, замешено, выпечено, слеплено – осталось пожарить, собрать и разложить по порциям. А потом – мчаться в магический квартал, чтобы маги не потеряли аппетит от слишком долгого ожидания.

– Твой супруг прав. Какая мерзость, – произнес невидимый ангел, когда я вынимала из фритюра шипящие рыбные палочки.

– А по-моему очень аппетитно, – еле слышно пробурчала якобы себе под нос. Все вокруг были заняты делом и ничего не заметили.

– В том-то самое зло! Неестественно аппетитно. Из-за избытка соли, сахара, этой обжарки для хруста и не менее вредных соусов. Словно нарочно придумано, чтобы люди съедали намного больше чем необходимо.

– Чтобы хорошо покупали, – поправила я. – Больше чем способно влезть не съедят.

– Но влазит все больше, больше и больше. И вот им уже не так вкусна здоровая пища. А потом болезни сердца и желудка, ожирение, распущенность и ранняя смерть. – Он повысил голос. – Одумайся! Все это случится по твоей вине!

Я ссыпала с решетки порцию палочек и принялась раскладывать по пакетам. Майонезный соус мы сделали и расфасовали ещё вчера.

Надо не забыть пустую посуду. А то в следующий раз продавать будет не в чем. Как же мне не хватало привычной пластмассы! Приходилось наливать соусы в стеклянные баночки, которые стоили слишком дорого, чтобы давать их как одноразовые.

Я решила этот вопрос проверенным методом: сдал тару – получил соус по сниженной цене. Магам это было все равно, но их удалось призвать к сознательности. Раз попросили – старались сдавать, если не забывали.

– Я с тобой разговариваю, женщина! И не делай вид что не слышишь, – не унимался ангел.

Пользовался тем, что мы не одни и я даже голоса повысить не могу. А вот эта вот их нелюбовь к именам между прочим бесила. Не меньше чем проповеди.

– Не услышишь тебя, как же, – проворчала я ещё тише. – И вообще, хватит меня пилить. Сами хороши, сквозь бочки коньяк пьете.

– Это доля ангелов! Нам положено, – фыркнул он. – Как можно сравнивать малую долю паров благородного напитка и... вот это.

Я его по-прежнему не видела, но догадалась, что про кипящее масло говорит. В которое очередная порция нарезанной соломкой картошки полетела.

– Неважно. Разве вы не говорили, что на небесах высоко ценят свободную волю человека?

– Конечно! – воскликнул ангел.

– Продавая картошку, я даю им выбор. Кроме меня здесь таких блюд никто не делает. Получается, прикрыв лавочку, я их этого выбора лишаю? Это грех! И ты на него провоцируешь.

– Это словоблудие. А ты – упрямая бестолковая душа, которую даже память об опыте предыдущей жизни ничему не учит. И я не стану. Здесь невыносимо находиться, в этом чаду ещё хуже чем в аду.

Выдав сей стихотворный экспромт, он оставил меня в покое. Не просто замолчал – ушел, я понемногу приловчилась это чувствовать.

Пристыдить меня ему конечно не удалось. Уже подрумянились на гриле до хрустящей корочки половинки булочек. Поджарились сочные котлетки. Осталось уложить их на лист салата, посыпав с двух сторон местным сортом лука, сладкого и сочного, добавить соус и закрепить деревянной шпажкой, чтобы не развалились в дороге.

Поделиться с друзьями: