Чтение онлайн

– Вы помогли взять этот город, – упрямо повторила Дени. – И хорошо послужили мне в прошлом. Сир Барристан спас меня от Титанова Бастарда и от убийцы-Жалостливого в Кварте. Сир Джорах спас меня от отравителя в Вейес Дотрак и от кровных всадников Дрого после смерти моего солнца и звезд. – Ее смерти желало столько людей, что она уже теряла им счет. – И все же вы лгали мне, обманывали меня, предавали меня. Ты много лет охранял моего отца, – сказала она сиру Барристану, – и сражался рядом с моим братом на Трезубце, но покинул Визериса в его изгнании и склонил колено перед узурпатором. Почему ты так поступил? Говори правду.

– Есть правда, которую выслушать нелегко. Роберт был настоящий рыцарь... благородный и смелый... он пощадил мою жизнь и жизнь многих других, а принц Визерис всего лишь мальчик, из которого неизвестно что могло получиться. К тому же... простите, моя королева, но вы приказали мне говорить правду... ваш брат Визерис даже ребенком выказывал те черты своего отца, которые никогда не проявлялись в Рейегаре.

– Какие черты? Я не понимаю.

– Известно ли вам, что вашего отца в Вестеросе прозвали Безумным Королем? – напрямик спросил старый рыцарь.

– Визерис говорил мне. – Безумный Король... – Это узурпатор со своими псами прозвал его так. Это ложь.

– Зачем требовать правды, если вы не желаете слышать ее? – Сир Барристан поколебался немного и стал продолжать. – Я говорил прежде, что воспользовался фальшивым именем, чтобы Ланнистеры не узнали о моем появлении у вас. Но это только полуправда, ваше величество. Вся правда в том, что я хотел немного понаблюдать за вами, прежде чем присягать вам на верность. Чтобы увериться, что вы не...

– Не дочь своего отца? – Кто же она в таком случае?

– Не безумны, – поправил рыцарь. – Но этой дурной крови я в вас не нашел.

– Дурной крови? – ощетинилась Дени.

– Я не мейстер, чтобы пичкать ваше величество историей. Всю жизнь я имел дело с мечами, а не с книгами. Но каждый ребенок знает, что Таргариены всегда балансировали на грани безумия. Ваш отец не первый. Король Джейехерис как-то сказал мне, что безумие и величие – это две стороны одной монеты. Каждый раз, когда рождается новый Таргариен, боги подбрасывают монету, и весь мир, затаив дыхание, следит, какой стороной она ляжет.

Джейехерис. Этот старик знал ее деда. Дени призадумалась. То, что она знала о Вестеросе, большей частью проистекало от Визериса, а в остальном – от сира Джораха. Сир Барристан успел забыть больше, чем когда-либо знали они оба. Он мог объяснить Дени саму себя.

– Выходит, я всего лишь монета в руках какого-то бога, сир?

– Нет. Вы полноправная наследница Вестероса, и я до конца дней останусь вашим верным рыцарем, буде вы сочтете меня достойным снова носить меч. Если же вы рассудите иначе, я готов снова служить в оруженосцах у Силача Бельваса.

– А если я сочту, что ты годишься только в шуты? – бросила Дени. – Или в повара?

– Буду польщен, ваше величество, – со спокойным достоинством ответил Селми. – Я умею варить говядину и печь яблоки не хуже кого другого, и мне довелось зажарить немало уток над лагерными кострами. Надеюсь, вы любите их подгоревшими снаружи и сыроватыми внутри.

Дени не сдержала улыбки.

– Только безумцы могут любить такое блюдо. Бен Пламм, дай сиру Барристану свой меч.

Но Селми не захотел его взять.

– Я бросил свой меч к ногам Джоффри и с тех пор не касался другого. Новый меч я приму только из рук моей королевы.

– Как скажешь. – Дени взяла меч у Бурого Бена и подала рыцарю рукоятью вперед. Тот почтительно принял его. – Теперь преклони колени и клянись верно служить мне.

Он опустился на одно колено и стал присягать, но Дени почти не слушала его. С ним все прошло легко, а вот с другим будет потруднее. Когда сир Барристан договорил, она обратилась к Джораху Мормонту.

– Твой черед, сир. Помни: ты должен говорить только правду.

Шея Мормонта побагровела – то ли от гнева, то ли от стыда.

– Я пытался сказать вам правду с полсотни раз. Я говорил, что Арстан не тот, кем хочет казаться. Говорил, что Ксаро и Пиату Прею доверять нельзя. Говорил...

– Ты предостерегал меня против всех, кроме себя самого. – Его дерзость разгневала Дени. Ему следует быть гораздо смиреннее, следует молить ее о прощении. – Не верьте никому, кроме Джораха Мормонта, говорил ты... и все это время состоял на службе у Паука!

– Я ни у кого не состоял на службе. Я брал у евнуха золото и порой писал ему письма, только и всего.

– Только и всего?! Ты шпионил за мной и продавал меня моим врагам!

– Одно время, – неохотно признал Мормонт. – Потом я перестал.

– И когда же это случилось?

– Я послал одно донесение из Кварта, но...

– Из Кварта!! – Дени надеялась, что это кончилось намного раньше, – что же ты написал из Кварта? Что ты теперь мой человек и не желаешь больше им способствовать? – Сир Джорах стоял, не глядя ей в глаза. – Когда кхал Дрого умер, ты просил меня отправиться с тобой в Йи Ти, на Яшмовое море. Чье это было желание – твое или Роберта?

– Я предложил это ради вашего блага. Чтобы увезти вас подальше от них. От этого гнезда ядовитых гадов.

– Ты называешь их гадами? Кто же тогда ты, сир? – Страшная мысль внезапно пришла ей в голову. – Ты донес им, что я жду ребенка от Дрого.

– Кхалиси...

– Не вздумайте отрицать это, сир, – резко вмешался сир Барристан. – Я присутствовал при том, как евнух сообщил об этом совету, а Роберт решил, что королева и ее дитя должны умереть. Эта весть исходила от вас, сир. Говорили даже, что вы сами могли бы совершить требуемое в обмен на помилование.

– Ложь, – потемнел сир Джорах. – Я никогда бы... Вспомните, Дейенерис: ведь это я помешал вам выпить отравленное вино.

– Верно. Но откуда ты знал, что оно отравлено?

– Я... только подозревал. С тем же караваном я получил письмо от Вариса, в котором он предупреждал меня о будущих покушениях. Он хотел, чтобы за вами следили, это так, но вреда вам не желал. – Сир Джорах опустился на колени. – Если бы я не доносил им, это делал бы кто-нибудь другой. Вы сами знаете.

– Я знаю одно: ты меня предал. – Дени приложила руки к животу, где погиб ее сын Рейего. – И знаю, что отравитель хотел убить моего сына, о котором донес ты.