Чтение онлайн

— Не волнуйтесь, Смельчак остался там же, где и был. Никто его не тронет. У меня только один вопрос: а почему прогонять ночных грабителей, которыми мы не являемся, пришли вы, а не Майкл Скотт?

— Я в прошлом занималась спортом: толкала ядра, метала диски и копья и даже увлекалась боксом, — объяснила Хильда Крейн, — а отец Скотт, хоть и обладает пылким нравом, но он не… как бы сказать…

— Но к пылкому нраву не прилагается ни смелости, ни физической подготовки. Поэтому он послал вас, а сам остался в безопасности, так? — уточнил Джеральд.

— Священникам не нужно быть бойцами. Хотя я тоже не боец и рада, что столкнулась с нормальными людьми, а не с бандитами, — призналась Хильда Крейн, — не могли бы вы просто покинуть церковный сад? Мне кажется, полиция не захочет приезжать из-за попытки похищения мертвого пса.

— Вы ведь ее уже вызвали? — удивилась Беата.

— Еще нет. Просто припугнула. Я могу никому не говорить о случившемся, если вы не будете нас беспокоить. Пожалуйста, больше не приходите сюда, госпожа Хоффман. Отец Скотт сильно переживает: некоторые наши прихожане перестали посещать его проповеди после речей того молодого человека, Александра Лемьера. Прошу вас, оставьте нашу церковь в покое.

Беате стало неловко. Несмотря на внушительный рост и спортивное телосложение, Хильда Крейн была на удивление мягкой и неконфликтной женщиной.

— Я обещаю больше не приходить сюда и не пришлю Александра, — сказала она, — а вы не злитесь из-за того, что ваши прихожане перебежали ко мне?

— Это было их решением. Погнавшись за чудесами, они погубили свои души, — грустно ответила Хильда Крейн, — но люди всегда были доверчивыми и падкими до легких путей. Отец Скотт бьется за них и с их пороками, я же принимаю грешников такими, какие они есть. Но лучше бы не искушать их лишний раз.

Беата попрощалась и покинула ночной сад под руку с Джеральдом.

Очередная попытка отыскать правду завела их не туда.

— Что ж, место было неправильное, но я все еще настаиваю, что убийца — священник, и тела где-то тут, — уверенно заявил Тимоти, шагая рядом, — если не в саду, то на кладбище. Выждем недельку и пойдем туда.

Беата расхохоталась.

— Нет уж, Тимми, ты пойдешь один и копать будешь сам! И позориться — тоже.

— Да хватит уже меня так называть! Иначе однажды станете пожилой леди в моих статьях, — пригрозил Тимоти, — вы что, обиделись из-за ерундового спора? Не стоит ли быть выше подобной мелочности?

— Какой ты становишься умный и вежливый, когда понимаешь, что человека еще можно использовать, — ядовито ответила Беата. — Жаль, что в момент торжества ты проболтался о своем истинном отношении ко мне. Тебе очень хотелось посадить меня в лужу, как Алису, и самоутвердиться за мой счет. Но я, в моем возрасте, уже имею роскошь выбирать, с кем хочу общаться, а с кем — нет. Ты мне противен, а еще ты бесполезный фантазер. Наше сотрудничество окончено. Похищенных женщин я найду сама, и этот вспыльчивый священник не имеет к ним никакого отношения.

— А если их отыщу я, что вы будете делать? Локти кусать? — едко ответил Тимоти.

— Зачем? Если это сделаешь ты, то просто выполнишь за меня грязную работу. А мэру о результатах я доложу сама и как захочу, благо я к нему вхожа, а ты — нет. Так что трудись, Тимми, трудись. А у меня и поважнее дела найдутся.

— Какая же вы все-таки стерва! Но это мне в вас и нравится, — усмехнулся Тимоти, — с пресными женщинами скучно общаться, а в вас есть эдакая чертовщинка. Увидимся, когда вы остынете, госпожа Хоффман. Уверен, наше сотрудничество будет долгим и плодотворным.

Он ушел, а Беата хмыкнула.

— Ты послушай, как он запел. Противный мальчишка, но неглупый.

— Ты и в этот раз его простишь из-за пары комплиментов? — неодобрительно спросил Джеральд. — Он же подлец и ничтожество.

— Согласна. У Тимоти нет шансов на мое прощение. Так что постарайся выяснить побольше на шабаше ковена Тринадцати. Священник мог спрятать тела, но не души, так что в их похищении явно замешано колдовство. Но будь очень осторожен там.

— Буду. А знаешь, хорошо, что Тимоти Шварц оказался таким мерзким типом. Ты никогда не простишь человека, который смеет напоминать тебе о возрасте. А у него даже не хватило ума назвать тебя юной красавицей. Дурак.

Беата тихо рассмеялась.

— Джеральд, твоя жена красавица?

— Моя жена — самая красивая и молодая женщина на всех землях Калунны. И с ней не сравниться никому.

— Молодец. Вот поэтому ты нравишься женщинам, а этот глупый мальчишка никогда не заведет себе девушку.

Джеральд заулыбался.

— Точно дурак. А всего-то и требовалось не спорить с тобой и десять минут поработать лопатой.

Тимоти еще несколько раз звонил Беате и пытался звать ее в Кловерфилд, но та отказывала, не ведясь на его насмешки и провокации. Без противного журналиста ей даже дышать стало легче. Оскорбленный Тимоти отомстил ей статьей про похищение дохлого пса для гнусных ведьминских целей, но выпустили ее на последней странице «Городской правды», а отзывы читателей были недоуменными и недовольными. У газеты настолько закончились новости, что она взялась выдумывать подобные небылицы?

Наступило время шабаша. Беата напоила Джеральда защитными зельями, которые ослабили бы многие вредоносные чары, а Калунна даровала ему свое благословение. Несмотря на это Беата все равно нервничала: если все это было ловушкой, то «Александра» там точно принесут в жертву. Однако Джеральд вернулся под утро, целый и невредимый, разве что уже в собственном облике. Выглядел он подозрительно довольным и тут же принялся докладывать, что узнал:

— Этот шабаш прошел как те, что я видел во снах о тебе: костры, выпивка, множество голых мужчин и женщин, пляски, колдовство, а потом оргия.

— А жертвоприношение?

— Было, но только животных: белого лебедя, черной овцы и лисицы. Ритуал прошел в самом начале и больше напоминал формальность, а потом все принялись пить и развлекаться.

— Тебя не узнали?

— Да и нет. Две ведьмы-близняшки догадались, что на мне иллюзия, и развеяли ее, но сочли это шуткой кого-то из их ковена. Мне не вредили. Мужчин было очень много, в основном случайных гостей, так что никто не подумал, что я пробрался на шабаш тайком. К сожалению, ничего толкового я не узнал, только что версия с жертвоприношением не подтвердилась.

Беата посмотрела на его самодовольное лицо и уточнила:

— Так значит, ты провел ночь с этими двумя ведьмами? Они выбрали тебя без иллюзий, и ты жутко горд своей мужской привлекательностью?

Джеральд побледнел.

— Ты что, теперь читаешь мои мысли, как Калунна?

— Они написаны у тебя на лице. Повеселился, милый?

— Я… Беата, я не хотел этого, так получилось, — Джеральд сглотнул, — прошу тебя, не сердись! Прости меня! Я отказывался от их приставаний, но они настаивали, а потом одна спросила, что я вообще забыл на шабаше, раз пришел не за сексом? Я подумал, что это меня выдаст, и решил немного подыграть им, а потом сбежать, когда подойдут другие мужчины, но что-то пошло не так. Никто так и не пришел, а я… я же не каменный. Клянусь, этого никогда больше не повторится.