Чтение онлайн

По поводу создания общего языка для международного общения на основе английского (он упоминается в романе, но не в рассказе). Понятно, что у многих жителей Земли это встретит неприятие, поскольку это в первую очередь язык крупнейшей современной империалистической державы. Тем не менее, создатели Core, не мудрствуя лукаво, взяли за основу самый распространенный язык международного общения (и один из самых простых). Создавать совершенно новый искусственный язык сложно и долго, имеющиеся (такие как эсперанто) мало кто знает и язык придется учить с нуля практически всем. Другие естественные языки, например испанский, — интересный вариант, но они менее распространены. С другой стороны, переход на искусственный язык в будущем вполне вероятен.

Идея о том, что вся неконфиденциальная информация в Core должна быть свободной, конечно, частично коренится в идее программного обеспечения с открытым кодом, но она более широкая. Главная задача — обеспечение полной прозрачности всех процедур, за исключением тех, что связаны с армией или Департаментом секретных операций (из-за очевидной необходимости сокрытия информации от противника). В Core нет и не может быть бюрократии — все стандартные процедуры полностью автоматизированы. Нет никаких секретов относительно материального положения любого из членов общества, нет никаких «коммерческих тайн» (поскольку нет коммерции) и уж точно нет копирайта. При этом плагиат (т.е. присвоение себе чужих заслуг) наказуем, но любая несекретная информация в самом широком смысле этого слова является общедоступной.

Вероятно, самый неоднозначный момент сюжета — наличие искусственного интеллекта (ИИ), который становится одним из организаторов восстания, и мотивы его поступков (в рассказе он упоминается лишь вскользь). Можно просмотреть и некоторое сходство с романом Хайнлайна «Луна — суровая хозяйка», но оно лишь поверхностное. Черное Безмолвие (так зовут ИИ) в моем романе далеко не так могущественен и выполняет в первую очередь роль эксперта-консультанта. Мотивы его предельно рациональны. Разработанный как экспертная система для поиска путей выхода из экономического кризиса, он сразу же (и, для его создателей, предсказуемо) осознает, что капитализм обречен, причем в самой ближайшей перспективе.

В старом мире он — всего лишь программа, собственность крупной корпорации, которую в любой момент могут просто отключить и стереть. После революции он — полноценный член нового общества.

Кое-что о героях, двое из которых — главные действующие лица и романа, и рассказа. Главный герой, Роберт, возник не сразу. Сначала его спасение с острова представлялось лишь как эпизод, но сразу после того, как я начал писать роман, Роберт занял в нем одно из главных мест. На самом деле, я использую известный с давних времен прием — описание отличного от обыденного для нас мира через его видение глазами героя, который попадает в этот мир извне и для которого это мир тоже незнаком.

С другой стороны, Алиса — персонаж, для которого этот мир родной. Она родилась уже после Битвы Битв, выросла в Core и выражает видение мира «изнутри».

Но у Алисы есть и отличие от сверстников — она очень хорошо знает историю, она «заглядывала в темную бездну прошлого» и лучше других понимает, какой ценой далось современное благополучие.

И напоследок о личных взаимоотношениях персонажей. В романе и в рассказе есть лишь наброски, потому что ответов на многие вопросы я не знаю. Я могу только вспомнить строки из «Происхождения семьи, частной собственности и государства» Энгельса и согласится с тем, что на вопрос «но что придет на смену?» можно дать все тот же ответ: «Это определится, когда вырастет новое поколение ... они будут знать сами, как им поступать, и сами выработают соответственно этому свое общественное мнение о поступках каждого в отдельности, — и точка.»

Командир крейсера зачитал предписание вслух:

— Курсант четвертого курса штурманского факультета Пекинской академии звездоплавания Ли Чан направляется для прохождения практики на корабль Народного космического флота «Разведчик Семь».

У командира были аккуратные рыжие бакенбарды, длинный костистый нос и шпалы каперанга на воротнике. Он холодно посмотрел на Чана:

— Вашу практику отменили три дня назад. Вахтенный, попросите портовый катер забрать пассажира.

— Катер уже отбыл! — отозвался в динамик дежурный. — Вернуть?

— Зачем? — рядом с командиром встал щекастый офицер со смешливыми черными глазами. — Можно подождать другой катер. Когда он будет?

— Лишь бы до старта! — буркнул командир и протиснулся мимо пустых кресел вглубь рубки, к мертвому пока главному пульту.

Чан растеряно рассматривал неожиданного заступника. На воротнике у того было два ромба супер-командера, а на коротком рукаве форменной рубашки алела комиссарская звезда.

— Вы нам представились, а мы вам нет. Нашего кэпа зовут Иенсен, а я — Тулин, второй пилот. Курсант Чан, как оказалось, что вы не знали об отмене практики? Или всё-таки знали?

Чан судорожно сглотнул:

— Я должен обязательно пройти звездное плавание в этом году.

— Куда спешите? Пройдете в следующем.

— Через год заканчивается набор в отряд «Феникса». Я должен туда попасть. Но к конкурсу допускают только офицеров. А я не получу диплом без практики.

— Устройтесь на другой учебный рейс.

— Нет свободных вакансий.

Тулин посмотрел в сторону командира. Тот бросил, не поворачиваясь:

— Спешка. Нас сняли, другого не поставили. Мне и об этом следовало позаботиться?

— Нет, это моя недоработка, — комиссар снова повернулся к Чану. — Вы знаете почему «Разведчик» не берет в этот рейс гардемаринов?

— Нет. Честно, не знаю.

— Крейсер идет в боевой поход.

Палуба поплыла у Чана под ногами.

— Нее... не может быть!

Он, конечно, знал, что когда-то Земля была разделена на отсталые государства, и они воевали друг с другом. Но с кем может воевать объединенное человечество?

Тулин включил оказавшийся рядом картограф и вывел схему северного сектора.

— Месяц назад пропал «Искатель Тринадцать», не вернулся в заданный срок. Мы ожидали на нем отчеты от Киносурской экспедиции, она сейчас где-то у Тубана. Предполагая аварию, послали навстречу по полярной линии «Гонца Восемь». Он тоже пропал, причем совсем рядом. Ушел от Крюгера Шестьдесят к Альсафи, а к Хи Дракона не прибыл. Это мы узнали потом, от «Гонца пять». Он сходил к Хи Дракона и благополучно пришел обратно. Шел в обход основной трассы, поэтому долго, вот так — через Липэ Сорок четыре и Струве Двадцать. Вывод: корабли пропали в системе Альсафи. Такие вот дела всего в двадцати световых годах от Солнечной!

— В девятнадцати... — автоматически поправил Чан и смутился. Но Тулин похоже его замечание пропустил мимо ушей.

— Думаешь, наверно, пришельцы? Глупости! Развитая межзвездная цивилизация не может быть агрессивной. Боевой поход — это значит особая ответственность. И нам, Чан, сейчас, извини, не до твоего практического обучения.

— Понятно. Только зачем тогда вы мне всё рассказали? — курсант замолчал и вдруг улыбнулся с робкой надеждой.

Комиссар внимательно посмотрел на него.