Чтение онлайн

Существа любили пошутить над людьми. То украдут у грибника перочинный ножик — пусть думает, что потерял! То вытащат на привале компас из кармана, перевернут стрелки и сунут компас обратно. Иногда даже меняли в корзине сыроежки на поганки. И ни один человек еще ни разу не заподозрил, что в лесу живут существа. Удивительно!

Смокинг сидел на Вилли как влитой. Даже прорезь для хвоста находилась точь-в-точь на месте. Но ухари, как и бяки, не привыкли ходить в одежде. То и дело Вилли ухал и кряхтел, ерзал и почесывался, но желание заработать много бублей придавало ему все новые и новые силы. Он уже очень давно мечтал о бякобуке, и если сегодня вечером все сложится удачно, завтра они с Адой пойдут в магазин "Магия для всех" и купят, наконец, бякобук. Конечно, не из самых дорогих, но обязательно современный.

Название магазина "Магия для всех" звучало как насмешка: колдовать в лесу умели лишь немногие избранные существа. Не считая, конечно, злыдней. Те-то передавали свой дар и секреты из поколения в поколение.

— Вилли, а разве бякобук имеет отношение к магии? — спросила вдруг Ада.

Вилли и сам сейчас об этом думал.

— Ух, не имеет. Я слышал, что бякобук обычные трутни придумали… — Он замялся. — То ли трутни из Трутландии, то ли люди из Америки. Не помню точно. Но только у нас, в Бякандии, это изобретение получило свое настоящее название: бякобук. А продают его в универмаге "Магия для всех", потому что где же его еще продавать? В лесу не так много магазинов. "Еда", "Вкуснятина", "Вторая кожа", "Все для норы"… — Вилли загибал толстенькие пальцы с длинными коготками.

— Специализированный магазин для фефел "Бантики", — подсказала Ада.

— Ух, да, "Бантики". — Вилли поморщился. — Он не любил фефел, а их увлечение бантиками считал полной ерундой.

— Стой, кто идет? — раздался вдруг скрипучий голос совсем рядом.

— Бяка Ада и ухарь Вилли, — ответила бяка, оглядываясь по сторонам.

От дерева отделился бука. Выглядело это так, словно нижняя часть дерева просто отошла в сторону: бука как две капли воды походил на ствол обыкновенной лиственницы. Длинные руки с огромными кулачищами величиной почти с его голову свисали ниже колена. Ноги же, наоборот, казались непропорционально короткими. Все тело буки покрывала шелушащаяся кора, а черты лица были очень грубыми, как будто вырубленными топором.

— Пароль! — проскрипел бука низким, неприятным голосом.

— Отвяжись! — бросила Ада на ходу. — Мы на праздник спешим.

Но неумолимый бука преградил им дорогу.

— Я здесь слежу за порядком. И не пропущу, пока пароль не скажете.

— Ух, "колдобой"! — сказал Вилли.

— Не "ух, колдобой", а просто "колдобой", — поправил бука. — Ладно, проходите. Еще раз перепутаете пароль — доложу Верховной. Бука отвернулся в ожидании новой жертвы и сразу потерял к ним интерес.

— Зачем спрашивать пароль, если он и сам его знает! — ворчала Ада на ходу. — Говорят, если дать буке бубль, он и без пароля пропустит.

— Ух, тише! — зашикал на нее Вилли. — С буками шутки плохи. Возьмет, да арестует. И останемся мы тогда без праздника…

Перед самым носом Ады на тропу из леса вынырнули две фефелы. Ростом фефелы были повыше Ады, примерно, как Вилли. Стройные и немного угловатые, они двигались прыгающей походкой и болтали без умолку. Шерсть у фефелы слева была иссине черной, с головы до самой талии струились блестящие гладкие пряди, перевитые шелковыми лентами. Фефела справа была светловолосой, с рыжеватым отливом. Игривые кудряшки образовывали вокруг головы настоящиее облако, в котором словно запутались десятки пестрых бантиков. Красные и зеленые, кружевные, бархатные и ситцевые бантики были вплетены в шерсть обеих фефел с головы до ног, запястья и лодыжки украшали браслеты из бисера. В такт мелким шажкам фефелы помахивали пышными, как у пони, завитыми и надушенными хвостами. В руках обе фефелы держали маленькие дамские сумочки из настоящей кожи.

— Ты как завивала волосы, Тереза? — спросила фефела брюнетка свою подругу.

— На шишки, Тамара, — ответила та.

— Как это? — удивилась брюнетка.

— Очень просто: завиваешь мокрые волосы на шишки, а утром шишки вытаскиваешь, и получаются волосы кудрявые, — объяснила Тереза.

— И ты всю ночь спишь на шишках, Терезочка?

— Да, но зато посмотри, какая я красивая! — фефела подпрыгнула. — А ты чем красила губы, Тамара? — спросила она брюнетку.

— Брусникой, Тереза. А ты чем красила глаза?

— Черникой, Тамара. А нос припудрила пыльцой от одуванчика.

— Ой, Терезочка, — вскрикнула вдруг Тамара, — у тебя краска на левом глазу размазалась.

Тереза замедлила шаг, внимательно посмотрела на Тамару и сказала:

— Спасибо. А у тебя на губах подтеки до самого подбородка.

— И тебе спасибо, Терезочка, — ядовитым тоном ответила Тамара. — А у тебя на плече муха сидит.

— А по тебе зато червяк ползет. Огромный жирный червяк! — взвизгнула Тереза.

Фефелы остановились посреди тропы как вкопанные, сжали кулаки и уставились друг на друга ненавидящими взглядами.

Ада и Вилли осторожно обошли фефел и побыстрее зашагали прочь. Можно было предположить, чем все это закончится: фефелы подерутся, буки прибегут их разнимать. Так недолго и на праздник опоздать.

А тем временем лес становился все гуще, деревья теснее придвигались друг к другу, сплетались корявыми лапами-ветками. Даже птицы перестали петь, а кузнечики — стрекотать. Ада и Вилли приближались к самому сердцу леса, продирались в непроходимую чащу. Заходящее солнце тускло поблескивало сквозь густую листву. Смеркалось.

Ада уверенно шагала по песчаной тропинке, и вдруг… О ужас! Босая лапа Ады наступила на что-то холодное и скользкое. Бяка резко остановилась, так что Вилли наткнулся на нее и ухнул от неожиданности.

— Что такое? — Ада завертелась на месте и вскоре поняла, что произошло: на тропе возле самых ее лап сидела небольшая змея золотистого цвета, ее гладкая кожа сверкала и переливалась. Змейка грациозно приподнялась на хвосте, вытянула шею и уставилась на Аду неподвижным гипнотическим взглядом. Бяку прошиб озноб, она начисто позабыла, что надо делать, чтобы избежать змеиного укуса — то ли поскорее убегать, то ли наоборот, стоять на месте и не шевелиться. Поэтому она нерешительно раскачивалась из стороны в сторону и дрожала от страха. И тут змейка подмигнула Аде, в ее желтых глазах совсем не было злости, а только бесконечная мудрость золотых змей. Потом змейка поползла прочь, то и дело оглядываясь на Аду.

— Вилли, что это с ней? — У Ады зуб на зуб не попадал.

— Ух, кажется, она тебя зовет за собой.

У Ады перехватило дыхание.

— Неужели? И как я сразу не догадалась?! — воскликнула бяка. — Давным-давно нас учила Верховная… — И, подражая Верховной бяке, Ада затянула загробным голосом: "Если на твоем пути тебе встретится золотая змейка — знай, это твой шанс. Может быть, единственный шанс в жизни сделать что-то стоящее, повлиять на ход событий. Не каждому выпадает такая удача. В эту минуту нужно бросить все свои дела, позабыть, куда направлялся, и идти за змейкой. Она приведет именно в то место, где твое присутствие сейчас необходимо, а потом исчезнет."

Змейка вильнула золотым хвостом и поползла с тропинки в траву.

— Эй, ты куда? — закричала Ада. — Мы ведь шли на Большую поляну, на праздник. Я ждала его целый год, а теперь ты хочешь увести меня в сторону. Это несправедливо! Сейчас же вернись обратно на тропу!

Змейка лишь скосила на нее золотистый лукавый глаз и двинулась дальше.

— Ух, Ада, а ты не забыла, что я буду официантом на празднике? Мы и так опаздываем, — сказал Вилли. Если я не приду, Верховная меня уволит, и тогда уж точно нам не купить бякобук никогда в жизни.