Чтение онлайн

Спивак Абрам Семенович, 1923 года рождения, награжден орденом Отечественной войны 1-й степени, памятными и юбилейными медалями. Репатриировался в Израиль в апреле 1990 года.

Рая родилась в Нежине, но вскоре родители перебрались в Харьков, где отец работал на знаменитой до сих пор кондитерской фабрике «Красный Октябрь» (теперь просто «Октябрь»). Несмотря на то, что Харьков еще был в то время столицей Украины — город был, и отчасти остался, вполне русским. В 1930 году Рая поступила в русскую школу № 13 на улице Карла Маркса. Училась хорошо, сделалась активной комсомолкой и уже в 9 классе ее избрали секретарем комсомольской организации школы. Вместе с «должностью» к ней перешли и бумаги, в одной из которых она с удивлением прочла, что все школы-новостройки, возведенные в эти годы, получали одинаковый номер — 13, вероятно в пику существующему предрассудку. Новое время!

В субботу, 21 июня, в школе устроили бал по случаю окончания учебного года. Вечером бал, утром война! В последних числах июня Рая со своими комсомольцами отправилась рыть окопы в район станции Марефа под Харьковом. Там, на окопах, рано утром 3 июля услышала выступление Сталина: «Братья и сестры!». — После этого выступления многие родители кинулись забирать детей. За Раей и ее группой никто не приехал и 7 июля они пешком добрались до станции и на паровичке вернулись в Харьков. Здесь райком комсомола распределил девушек по госпиталям.

В первых числах сентября отца Раи, Исаака Марковича, призвали в армию и отправили на фронт. И он сгинул. Ни письма, ни похоронки. В конце концов удалось выяснить, что он пропал без вести в декабре 1944 года во время второго освобождения Харькова. Никаких следов найти не удалось. Ему было сорок два года…

Числа 10–12 сентября Рая с матерью, младшим братом и семьей маминого брата эвакуировались. Куда везут, не знали. Ехали месяц, все на восток и на восток, в Сибирь. На одной из станций близ Пензы Рая ухитрилась отстать от поезда: пока стояла с котелком в очереди за кипятком — поезд тронулся. Ей было уже шестнадцать лет, вполне самостоятельная девушка. Пошла к коменданту, сообщили по линии и через два дня, уже в Новосибирске, догнала своих.

В Красноярске их принял дальний родственник. Он жил на правом берегу Енисея, их поселили на левом, на промышленной стороне Красноярска, где размещались промышленные предприятия города и эвакуированные с запада заводы. Поначалу Рая работала библиотекарем в эвакогоспитале № 428, помогала ухаживать за ранеными, писала письма тем, кто не мог этого сделать сам. Но ей казалось, что для Родины, в этот тяжелый час, она делает мало и она перешла работать на военный завод им. Малышева, эвакуированный из Харькова. Проработала три-четыре месяца, Ленинский райком комсомола объявил мобилизацию девушек и Рая была призвана в армию.

Она была комсомольской активисткой и ее сразу назначили комсоргом 10-го ОЗАД (Отдельный Зенитно-Артиллерийский Дивизион). Прибыли под Сталинград в город Камышин. Камышин уже бомбили и в одной из бомбежек Рая была ранена в правую ногу. Их еще не успели обмундировать и так, в туфельках, лежала в медсанбате. Но тут всех девушек собрали и стали отправлять в Забайкалье. Рая не хотела расставаться с подругами и попросту сбежала из медсанбата. Никакой справки не взяла.

Прибыли в Читу в ЗАБВО (Забайкальский Военный Округ), в 873 зенитно-артиллерийский полк. Здесь, вместо четырех треугольников замполитрука она получила, на недавно введенные погоны три лычки сержанта и ее назначили командиром отделения. Некоторое время она была наводчицей орудия, но вскоре ее, как наиболее грамотную, перевели на СОНю (Станция Орудийной Наводки). Станция была английская, мощная, поражала своим оформлением, теперь бы сказали дизайном, работать на хорошо изолированном от излучения осциллографе было одним удовольствием. В обязанности Раи входила обработка полученных данных и их передача в 750-й авиаполк, стоявший неподалеку Станция действовала в радиусе 60 километров и размещалась в районе, где не было высоких сопок — вблизи маньчжурской границы, откуда постоянно проникали группы японских солдат, совершали диверсии, убийства. Нередко залетали и самолеты Квантунской армии.

СОНя размещалась недалеко от станции Борзя, на небольшом островке на реке Онон. Наступил праздник 7-го ноября — тогда почетный и значимый. По счастливой случайности Рая родилась именно в этот день.

По традиции на праздничные дежурства назначаются лучшие подразделения. Таким в этот день оказалось отделение Раи — семь девушек. Всем выдали полушубки, валенки, стеганные ватные штаны и караульную шубу для часового. Вообще говоря, существовали мостки для перехода с берега на островок, но они были далеко и чтобы ускорить смену караула перебросили канат и по двое ребят — один спереди, второй сзади — держась за него, перенесли девушек на островок, завалили дерево, зажгли его, чтобы девушки могли погреться, и вернулись на базу.

Все знали, что у Раи 7 ноября день рождения. Она поставила часовым Аню Мельникову, а сама села писать письмо маме. А Аня уснула…

Через какое-то время услышала запоздалый окрик часового: «Стой! Кто идет?!». — «Сейчас ты увидишь — кто идет! Где начальник караула?» — грозно спросил мужской голос. — Рая представилась. — «Начальнику караула десять суток, остальным по трое!». — Это был командир полка, латыш, фамилия которого, к сожалению, не сохранилась в памяти. В праздничный день он решил сам проверить посты и прошел по настилу. Сразу по рации передал приказ начальнику штабасрочно заменить караул. Подошел: «Кому пишешь?». — «Маме». — «Сообщаешь, где стоит СОНя!». — «Мне сегодня восемнадцать лет». — Остыл. Прочел письмо. Подобрел. Взял за плечи. Обнял: «Ничего, дочка! Ты еще будешь учиться! Отставить арест!». — И командиру роты: «Зачем таких девушек посылаете на такой ответственный пост!».

Ждал, пока по настилу перешли хлопцы и только тогда вернулся в расположение. Вместе с ним вернулись и девушки. Аня все волновалась: «Меня не арестуют?». Взыскание сняли со всех.

Еще до этого ЧП Рая была представлена к медали «За боевые заслуги», «за успешное освоение новой техники» и получила ее накануне Нового, 1944 года.

Во время японской войны часть оставалась в этом же районе.

В апреле 1945 года — война еще шла — Рае предоставили отпуск.

До Москвы, где была пересадка, ехала месяц. Поезд прибыл в столицу 2-го Мая — в день взятия Берлина! Вот было ликование!

Продовольственный аттестат у нее был на пятьдесят суток. В поезде ее подкармливал военврач, которому она приглянулась. Хлеб оставался. В Харькове хотела продать две зачерствевших буханки. Она и не знала, что в городе так голодно. Накинулись. Одну буханку вырвали из рук, вторую разорвали на куски. Еле вырвалась, едва успела добежать до вагона. А денег почти никто и не заплатил…

Мать уже была в Сумах, работала в Военторге. Вместе пошли в Военкомат хлопотать о демобилизации — война уже кончилась! Вручили медаль «За Победу над Германией» (указ от 9 мая 1945 года, видимо, заготовили заранее) и… отказали.

Вернулась в часть, снова на дежурство. В чудом сохранившейся красноармейской книжке запись: «Забайкальский фронт с 9 августа 1945 года по 13 сентября 1945 года». Воктябре сорок пятого демобилизовалась и вернулась в Сумы.

И началась новая жизнь. Работала секретарем в горисполкоме. В первые послевоенные выборы возглавляла группу агитаторов. Там познакомилась с молодым, красивым парнем. Они понравились друг другу. Но все было не так просто. У него был туберкулез. Естественно, все родственники были против. Она настояла и 26 апреля 1947 года вышла замуж. Муж служил в Красной Армии с 1939 года, участвовал в «освобождении» Западной Белоруссии, на фронте с первых дней войны, участвовал в обороне Москвы и Киева, был награжден медалью «За отвагу». Демобилизован из Вооруженных Сил в 1946 году по болезни.

Активная натура Раи не успокоилась и на гражданке. Пошла в рабочую школу, закончила десятилетку с серебряной медалью, поступила в Пединститут уже с ребенком и всю жизнь преподавала в школах математику. Была завучем, директором школы, завметодкабинетом. Выйдя на пенсию стала ответсекретарем комитета ветеранов войны и труда, много внимания уделяла вдовам фронтовиков. И работала до отъезда в Израиль.

Мужа вылечила народными средствами. Но главным было не «средство», а большая любовь, которую она пронесла через всю жизнь.