Чтение онлайн

Во второй половине курса упор делался на бой в составе подразделения, как в редком построении, применяемом легкой пехотой, так и в плотном строю тяжей. Если работа в "легком" построении не представляла для меня проблемы, то плотный строй было для меня нов и интересен. Здабор хоть и рассказал мне теорию, ощутить на себе, почувствовать кожей это совсем другое. Я знал, что в таком построении нельзя использовать большинство усвоенных мною техник, но насколько "нельзя" понимаешь, лишь оказавшись в строю, когда с боков тебя поджимают соседи, в спину упирается щит стоящего сзади, а твой щит упирается в спину стоящего спереди. С врагом ты оказываешься только лицом к лицу, никакие маневры, никакие рывки в сторону невозможны в принципе. Как невозможны и размашистые удары с боку. Тупо или колешь, или рубишь сверху.

И пускай я немножко утрирую, но где-то так.

Тут многое решает простая грубая сила. Но с этим у меня теперь тоже было неплохо. От худого и высокого офисного планктона остался разве что рост. Мышца за прошедшие шесть лет наросла неслабо. Не Шварценеггер, конечно, но распускать перья перед девочками уже можно.

Но все-таки такая свалка-давка это не моё. Я окончательно понял, что хочу в лучники.

Полгода нас учили ходить строем, перестраиваться, махать железом, проходить за день два десятка верст, обустраивать лагерь, возводить фортификации, штурмовать фортификации, вести разведку, устраивать засады, отбиваться от засад, и т.д., и т.п. Ближе к концу учебки на тренировках стали появляться десятники, вахмистры и даже поручики из линейных рот. Иногда сами нас гоняли, иногда просто наблюдали. Я не сразу допёр для чего это им, подсказали - "покупатели", подбирают контингент в свои подразделения. Инструктора, конечно, предоставят информацию кто из рекрутов на что годен, но мужики хотят сами посмотреть.

"Покупателей" было не мало. В полку три пехотных батальона, т.е. двенадцать рот, т.е. тридцать шесть взводов, т.е. сто восемьдесят десятков. И, как минимум, в половине из них имелись вакансии.

Когда подготовительный курс подходил к концу, большинство рекрутов уже знало в какую роту они попадут. На некоторых новиков претендовали сразу несколько подразделений, и тогда приходилось бросать жребий. Бросали жребий и на меня. Командование части пошло навстречу моим пожеланиям, и в розыгрыше лотереи участвовали только стрелки.

И вот ведь везение - я попал в легкий взвод роты Гариаса!

Если с командирами у меня с самого начала всё складывалось вполне нормально (ну, кроме самого Гариаса), то рядовые солдаты поначалу отнеслись ко мне весьма настороженно. Для них я был уже из благородных, и со мной старались не связываться. Но пальцев я не гнул, понты не раскидывал, так что со временем лед стал таять.

Коллектив в роте подобрался самый разномастный. Были люди, с которыми достаточно быстро сдружился. Были вполне нормальные, но с которыми отношения дальше здорово-пока не заходили. Были и такие кому откровенно хотелось дать в морду. Нормальный, в общем, коллектив, обычный.

Всю малину портил поручик.

Как же эта гнида меня достала. А вместе со мной и весь мой десяток. А вместе с нами и вахмистра Таина. Тот уже был не рад, что выиграл жребий. Злости за такой облом он на мне не срывал, за что ему огромное уважение, но я видел, как ему достается.

Гариас делами своей роты занимался плотно. Людей гнобил не особо, но не из-за человеколюбия, а из-за высокомерия. Отношение к рядовым у него было как к домашнему скоту - зачем на животных лишнее внимание обращать, это недостойно благородного дворянина. А солдаты этим и пользовались. Когда грозило наказание, прикидывались полными баранами, и Гариас, поплевавшись от презрения, мог просто поорать или двинуть разок, этим и ограничиться.

Но ко мне отношение у него было другое. Я так прямо мишенью был. Ну, и мой десяток под замес.

Терпел я год. Терпел бы и дальше, но увидел, что Таин, грубо говоря, на последнем издыхании. Он даже ходил к капитану, командиру нашего батальона, и просил перевести меня в другую роту, подальше от Гариаса. А такие действия, мягко выражаясь, не приветствуются. Плохой, значит, из тебя командир, если у тебя с каким-то солдатом проблемы. Ах, поручик Гариас уделяет этому солдату излишнее внимание, ну так на то он и поручик, чтобы поддерживать в своей роте порядок. Руки ж он больше необходимого не прикладывает, никого не покалечил, ни убил, жалоб от самого Арея не было (ага, щаз, я что, больной, так себя подставлять?) - значит, всё нормально.

И вот однажды, докопавшись до внешнего вида, Гариас заставил наш десяток долго и упорно начищать наши доспехи.

Стандартный доспех лучника (тот, что выдается новобранцу) это металлический шлем, плотная стеганая куртка да кожаные наручи. Многих такой доспех не устраивал, и со временем стеганку обшивали небольшими металлическими пластинами, или обзаводились курткой из нескольких слоев кожи, или еще чем получше. В моем десятке все служили не первый год, у всех были кожанки обшитые металлом, металлические наручи, а у некоторых даже поножи.

Я же свою броню тупо приволок из дома. С некоторых пор был у меня полный комплект тяжелого пехотинца. Изготовленный на заказ под мои размеры и из более хорошего металла. Силушка у меня уже неплохо прокачана (спасибо тебе, Будигост, за твои заговоры), так что таскать на себе полтора десятка килограммов железа было для меня не тяжелее, чем сослуживцам их чешуйчатые кожанки.

И вот сидели мы, несчастные, драили свои доспехи (особенно я), хотя они и так уже как зеркало блестели. Обед пропустили, и поручик грозился, что лишит нас еще и ужина. Наблюдая за нашей работой, он прохаживался промеж нас и выговаривал все, что думает на наш счет. Дольше всего он задерживался около меня. В конце концов, я не выдержал.

Я поднялся и впился взглядом ему прямо в глаза. Вообще, простолюдину не полагается с благородными взглядом бодаться. Тем более сверху вниз. Это распалило Гариаса еще больше. Понеслись оскорбления не только меня лично, но и моих предков, и даже Здабора. Обходился только криком, поднимать на меня руку он не решался. Я ведь, когда дворянство получу, могу и на дуэль вызвать. И чем эта дуэль закончится, он понимал.

А я всё смотрел на него и смотрел. Прямо, пристально. Ну, давай же! В глаза смотри, падла дворянская!

Гариас буравил меня полным злобы взглядом, как вдруг его крик буквально оборвался на полуслове. Гнев у него резко исчез, осталось одно недоумение. Он даже приблизился ко мне, внимательно вглядываясь в мои глаза.

Ну что, урод, рассмотрел?

За прошедшие годы мою легкую голубоглазость никто из посторонних не замечал. Я специально старался никому в глаза особо не пялиться, чтобы не спалили. Ну, или щурился при этом, или против света становился. И вот сейчас я решил воспользоваться этим моим сходством с главной семьей страны, ибо реально достал. Но, не буду же я вышестоящего по званию, да тем более дворянина, бить. Так эта безумная мысль и появилась. На императорскую кровь никто батон крошить не будет. Вот и прикинемся веточкой. Тем более, все знают, что Здабор меня из столицы привез. Это тоже в нужном мне направлении сыграет.

Ну а то, что состав императорской фамилии известен, и я туда не вхожу, тоже не беда. Почти у каждого вельможи хоть один незаконнорожденный ребенок, да есть. И папаши своим чадам негласно, но помогают. Как сказала бы одна известная телеведущая - это нормально. Так чем же сам император или кто-то из его родни хуже, гы-гы.

Минуту мы смотрели друг на друга. Медленно, но верно в поручике разгорался страх. Скоро это уже была просто паника. Логично, он сейчас думает, что всю императорскую фамилию оскорбил.