Чтение онлайн

Олеарий и Корб говорят, что наибольшая честь, какую оказывал хозяин гостю, состояла в том, когда его жена подносила чарку водки. Бар. Маерберг пишет, что в его время (1661 г.) женщины стали показываться мужчинам чаще, и всякий раз по окончании стола выходила хозяйка к гостям в сопровождении двух горничных в наилучшем одеянии. Хозяйка, вошедши в столовую, подносила сначала чарку водки одному из почтенных гостей, прикоснувшись к чарке своими губами. Потом она уходила в свою комнату, переодевалась в новое платье, пока гость пил, и снова выходила подносить другому гостю, и до тех пор уходила и выходила всякий раз в другом платье, пока всем не поднесет. По окончании потчевания она становилась подле стены, потупив глаза в землю, и каждый из гостей подходил к ней поочередно и целовал в губы. — Таннер добавляет к этому известию, что жены выходили только по сильной просьбе гостей, в богатом наряде и, заложив руки назад, становились у печи. Тогда гости подходили целовать и за это получали от них по чарке водки. Во время Таннера были уже примеры, что жены беседовали с мужчинами в отсутствии своих мужей [345] . Знатные люди дозволяли выходить дочерям, и они подносили водку в серебряной чарке. Отец просил своих гостей целовать их в знак дружбы к нему. Красавицы стояли неподвижно, гости подходили один за другим, кланялись и целовали не в губы, а в щеку [346] . В начале XVIII столетия мужчины стали подходить к руке дам и девиц, кои целовали их в щеку. Это доныне в обыкновении, и многие из них считают даже за великое себе оскорбление, если гость не подойдет к руке. Польки подают целовать свою руку через перчатку. В некоторых местах провинции пришедший в гости должен целовать сначала руку хозяйки, потом всех дам и девиц, знакомых и незнакомых и, выходя, должен повторить то же самое. Мужчины приветствуют друг друга жатием руки, поклонившись наперед; некоторые же целуются, следуя польскому звычаю (обычаю). Между духовенством нашим поныне мужчины и женщины целуются в губы; то же самое соблюдается в светском сословии между родственниками. В высшем обществе вывелось из обыкновения подходить к руке; вошедший в комнату приветствует хозяина и хозяйку поклоном, не обязывая себя кланяться посторонним, исключая знакомых. Хорошо знакомые дамы жмут дружески руку у мужчин и так поступают, при нынешних приветствиях, дамы с дамами и девицы с девицами. Идя к обеденному столу, мужчины предлагают руку дамам и отправляются все попарно в столовую, и каждый мужчина, доведя свою даму к стулу, раскланивается здесь. В первой паре идет обыкновенно хозяйка, за нею гости, соблюдая строго первенство в подавании руки; дамы садятся по одну сторону, а мужчины по другую; но хозяин и хозяйка напротив. После обеда почти все ухрдят не простившись, за исключением дам, а на вечерах и балах являются с обыкновенным приветствием и потом уходят без прощания.

Обычай целования царственной руки не должно смешивать с общежительным. В первом случае он выражает торжественное величие монарха, а во втором действие приличия и уважение к женскому полу. Иоанн III первый установил обряд целования царской руки (в конце XV века). Иноземные послы, представлявшиеся ему, строго соблюдали это обыкновение, которое тесно было связано со знаком особой милости. Такое обыкновение продолжалось до времен Петра В., который просто стал принимать их в своих аудиенциях, подавая им руку. — Подавание руки употреблялось уже Иоанном III, и едва ли не он первый ввел это. В царствование императриц Екатерины I, Анны, Елизаветы и Екатерины II возобновилось целование руки: в тезоименитные дни и годовые праздники. Этой честью пользовались не одни иностранные министры, но все наши сановники, генералитет и придворные дамы. С восшествием на престол императора Павла Петровича оно сделалось почестью венценосной монархини и составляет ныне торжественную пышность двора.

На востоке приветствовали в древности солнце, месяц и звезды целованием руки, означавшим обожание. Бедные между греками, будучи не в состоянии приносить жертву богам, делали пред ними знаки лобзания своей руки. — В религии целуют изображения святых в ознаменование чествования. — Соломон говорит, что льстецы его времени лобзали руки своих патронов дотоле, пока не получали от них, чего просили. — Приам целовал руку и обнимал колена Ахиллеса, умоляя его возвратить ему труп сына его Гектора. — Целование руки господствовало повсюду, но оно не столь древнее, как в уста и щеку, ибо первый поцелуй в уста запечатлен пламенною любовью, потом утвержден супругами и, наконец, родителями. В средние века при возведении кого-либо в епископское звание или при дарении вассала землями государь целовал его в чело в знак подтверждения его прав и власти [347] .

Частое посещение иностранцев и введение ими многих обрядов изменяли постепенно строгость уединенной жизни. Когда царица Наталия выехала однажды в полуоткрытой колымаге, тогда народ роптал на нее. По прибытии в Москву цесарских послов фон-Боттони и фон-Гуцмана (в 1675 г.), царица Наталия упросила царя дать им аудиенцию в Коломенском селе, чтобы все происходившее могла сама видеть. В смежности с приемной залой находился покой с дверьми, в коих были сделаны небольшие отверстия и чрез них она смотрела; но малолетний сын ее Петр открыл по своей резвости дверь в приемной прежде выхода особ и этим обнаружил потаенное ее убежище.

Спустя несколько времени царь совершал с нею набожное путешествие в Троицко-Сергиевский монастырь: она тогда ехала в открытой колымаге, чтобы все ее видели; но народ, пораженный этим поездом, потупил глаза в землю и не смел смотреть на нее [348] . При въезде польских послов в Москву (1678 г.), были зрителями уже многие посторонние девицы. Эти примеры дали повод царевне Софии обходиться с мужчинами вольно: не закрывая лица и не скрываясь от людей. Она не только разговаривала открыто с сановниками, но назначала аудиенции иностранным послам, выходила к народу и стрельцам, принимала лично челобитни и сама судила. Быстрый переход от затворничества к светскости не нравился закоренелым старообычникам, но они сами нечувствительно перенимали нововведения, а народ постепенно привыкал к ним. Во время въезда цесарских уполномоченных (1698 г.), уже никому не казалось странным, что царица и царевны, стоя у растворенных окон, смотрели на пышный посольский въезд. Петр I, спустя после этого несколько месяцев, угощал многих иностранных министров в доме своего любимца Лефорта и заключил угощение великолепным балом. В то время царевна Наталия и многие придворные дамы находились возле танцевальной залы и смотрели сквозь полуоткрытый занавес [349] .

Петр В., зная, что женский пол еще стыдится являться в мужские собрания, повелел в 1700 году, чтобы обоим полам иметь совершенную свободу в обращении и чтобы замужние девицы ходили не закрываясь; но чтобы усилить это действие, завел при дворе ассамблеи (собрания), обеденные столы, балы, танцы и маскарады; заставил бояр и все дворянство приглашать на пирушки, вечерние собрания и другие увеселения замужних женщин и девиц, русских и иностранных. — Придворные ассамблеи делились на летние и зимние. Первые давались в царском и царицыном саду (в нынешнем Летнем; царицын же сад не существует, но он находился на Царицыном лугу); последние сначала в австерии — царской гостинице, которая находилась у канала Петропавловской крепости, недалеко от Троицкого собора; потом в Сенате, бывшем на Петербургской стороне или на Почтовом дворе (на месте нынешнего Мраморного дворца). Гостей сзывали барабанным боем или афишками, иногда после обедни в Троицком соборе или выбрасывали желтый флаг с изображением двуглавого орла, который держал в когтях четыре моря: Белое, Балтийское, Черное и Каспийское и развевался на одном из бастионов Петропавловской крепости. Пушечные выстрелы возвещали жителям, что после обеда должно собираться в сад. Чиновники, дворяне, канцелярские служители и корабельные мастера имели право приходить сюда с женами и детьми. В пять часов пополудни являлся государь со своим семейством. Государыня и великие княжны, занимавшие места хозяек, подносили знатным гостям по чарке водки или по кружке вина. Государь, черпая вино большим деревянным ковшом из ушатов, которые носили за ним два гренадера, угощал гвардейские полки: Преображенский и Семеновский. Прочим полкам предоставлено было угощать самих себя: пивом, вином и водкою, которые стояли в стороне от главной аллеи. — В продолжение собрания иные гуляли в саду, другие курили за круглыми столами, рассуждали и угощали себя. С наступлением вечера освещался сад и начинались танцы, которые заключались огненной потехою (фейерверком), зажигаемым на судах по Неве. — Тут горели прозрачные картины с приличными изображениями празднеству. Во все празднество были заперты ворота сада, и никто не смел выйти из него без позволения государя.

— Вечерние собрания, — говорил Петр В., - служат для увеселения, рассуждения и дружеских разговоров. — Друзья могут видеться в собраниях (ассамблеях) и рассуждать о своих делах; осведомляться о домашних и чужестранных и препровождать таким образом с приятностью время.

У кого приготовлялось вечернее собрание, тот делал на своих воротах надпись большими буквами, что в доме его собрание. Оно не могло начаться прежде четырех или пяти часов пополудни и не могло продолжаться далее десяти часов вечера. Приглашавшие на вечер не были обязаны ни встречать, ни провожать своих гостей, но должны были освещать комнаты, иметь мебель и напитки и стараться о доставлении игр и забав. Никому не воспрещалось, когда приехать и когда уехать домой — довольно, ежели кто посетит и на несколько минут. Всякий мог садиться, вставать, прохаживаться и играть, и кто помешал бы ему в чем-нибудь или лишил бы его удовольствия, тот обязан был в наказание опорожнить „большой орел“ (кружка с водкою, величиною с четверть ведра). В собрание входили дворяне, гражданские чиновники, офицеры, почетные купцы, известные художники, мастеровые и плотники корабельные, и все они со своими женами и детьми. В одной зале танцевали, а в другой играли в карты на малые деньги, в дамки и шашки; в отдельной же комнате курили табак и говорили наедине о своих делах. Еще в особой комнате собирались дамы, которые там забавлялись загадыванием и другими играми [350] . — Музыка в собраниях была духовая. Сначала Петр В. ввел тарелки, литавры и фагот; потом прибавил трубы, валторны и гобои. Он выписал из Германии капельмейстеров с тем, чтобы они обучали молодых солдат, которые всякий день пред полуднем с 11–12 часов играли на адмиралтейской башне. Государь особенно любил польский рожок; постоянно держал при себе музыканта, который во время занятий царя играл ему на рожке малороссийские и польские песни.

Изгоняя старинные предрассудки, Петр В. учредил театры, в кои приглашались безденежно не только женский пол из дворян, но купечество и мещанство: дам и девиц угощали во время междудействий рюмкой сладкого вина [351] и разными лакомствами. С тех пор появление женщин в кругу мужчин перестали считать за стыд и бесчестие; с тех пор завелись благородные дружеские собрания и танцевальные вечера, на коих женщины составляли уже украшение. Вежливость, обходительность и вкус изгнали ложное неприличие и стыд: дамы не только стали уважаемы, но сделались распространителями изящества, образования, всего милого и прекрасного. Появление нежного пола в обществе истребило невежество, смягчило грубость нравов и оживило уединенную жизнь — через введение им многочисленных увеселений, забав и удовольствий. Обращение мужчин с дамами и девицами дало им живость, ловкость, веселость, приличие и уважение, и незаметно распространились вкус и образованность. Прежде вменялось девице в бесчестие видеть мужчину, говорить с ним; но после стали почитать оскорблением и нарушением всякой благопристойности, если девица скрывалась, боялась говорить или отказывалась танцевать на бале даже с незнакомым. — Это было такое уже оскорбление, что само общество не извиняло.

Балы даваемы были еще первым Лжедимитрием по случаю его свадьбы с Мариною Мнишек (в начале XVII века), на коих участвовали не одни поляки, но и русские. Тогда музыка и танцы были польские, из коих польская, краковяк и мазурка остались доселе в употреблении. Со смертью Лжедимитрия исчезли было танцы навсегда. Петр I снова ввел их. Тогда же появились немецкие и французские танцы: вальсы, кадрили, галопад, пурпури; плясали русскую и казачка; завелись танцевальные общества; музыка употреблялась духовая, потом заменили ее скрипками. На вечера и балы позволялось приезжать наряженным в шутовские одежды, в масках или личинах. — В то же самое время устраивались маскарады (вечера наряженных) и балы маскарадные [352] . На них не иначе могли бывать, как только замаскированными. Впоследствии было допущено являться без масок, в одном домино, но наконец было дозволено приезжать на маскарадные вечера без домино и масок всем тем, кои даже не желали маскироваться.

Наши дамы, давно любившие верховую езду, гордились ловкою скачкой на лошади и умением управлять одноколкой. Потом появились у нас каррусели, которые состояли в скачке и бегании и в искусной езде на лошади [353] .

Каррусель представлен у нас в первый раз в присутствии Екатерины II на площади Зимнего дворца (в 1766 г. июня 16). Распорядителем карруселя был кн. П. И. Репнин, а церемониймейстером кн. П. А. Голицын, от коего были розданы билеты всем желавшим видеть рыцарское представление. Каррусель состоял из 4 кадрилей: 1. Славянского, коим предводительствовал гр. И. П. Салтыков; 2. Римского, им предводительствовал генерал-фельдцейхмейстер гр. Г. Г. Орлов; 3. Индийского, под начальством кн. П. И. Репнина и 4. Турецкого, под начальством гр. А. Г. Орлова. — В день представления в два часа пополудни был дан пушечный сигнал с крепости, чтобы дамы и кавалеры, назначенные действовать в кадриле, собирались в назначенные места. Славянский и римский собирались на Царицыном лугу в шатрах, а турецкий и индийский в Малой морской в своих шатрах. Ничего не щадили для пышности. — Две богатые ложи были устроены пред Зимним дворцом на конце цирка: одна для императрицы, а другая для наследника престола. Посреди цирка стоял трон, на коем сидел главный судья бойцов; его окружали 40 офицеров, 2 герольдмейстера и 2 трубача. По четырем углам цирка играли трубачи и музыка. Вокруг амфитеатра были устроены места для зрителей. По прибытии государыни на свое место началось шествие кадрилей. Славянский и римский шли из Царицына луга по Большой Миллионной, а индийский и турецкий по Малой морской; каждый кадриль проходил через свои Триумфальные ворота, сопровождаемый своей музыкою. Стечение зрителей было чрезвычайное. Участвовавшие в каррусели были в пышных одеяниях, покрытых жемчугом и драгоценностями. Дамы ехали на колесницах, коими управляли особые возницы, а кавалеры рисовались на богатых лошадях; все они остановились пред своими судьями, коих было 12, а главным восьмидесятилетний старец фельдмаршал гр. Миних. — По данному знаку с седалища главного судьи, трубным звуком, начался бег на колесницах, а потом на лошадях. Офицеры, занимавшие места секретарей, записывали по указанию судьи отличившихся. По окончании бега главный судья с прочими 12 судьями и все участвовавшие выступили из амфитеатра и отправились стройными рядами в залу Летнего дворца для разбирания и назначения наград. Императрица встретила их на крыльце. Когда все прибыли в залу, тогда вынесли на золотых подносах награды, а главный судья, став посредине своих судей, произнес: „Знаменитые дамы и кавалеры! — Известно вам, что ни один не проходил день, в который бы наша императрица не прилагала материнских попечений о славе своей империи, благоденствии ее всех подданных и возвышении знаменитого дворянства. Беспримерная в истории монархиня избрала этот бессмертный день славы, чтобы отличить и достойно наградить того, кто прославится успехами оружия. Кто не разделит со мною чувство удивления к повелительнице нашей, которая, со свойственною ей проницательностью и нежностью матери назначила каррусель, чтобы видеть в нем отличия знаменитого дворянства. Дамы и кавалеры! С высоким рождением вашим неразлучны возвышенные достоинства: они служат верным залогом ваших побед, милостей нашей императрицы, благосклонности наследника престола и всеобщих похвал“. Потом, обратясь к меньшой дочери гр. П. Г. Чернышева, Наталии Петровне, сказал: „Графиня! — Императрица уполномочила меня вручить вам первую награду. Позвольте мне поздравить вас с этим высоким отличием и с тем правом, какое предоставлено вам раздавать всем дамам и кавалерам остальные награды. Я, покрытый сединами шестидесятипятилетней службы, старейший воин в Европе, водивший много раз русских героев к победам, я считаю единственной себе наградой, что был свидетелем и судьею ваших блистательных доблестей“. — После этого приветствия он вручил ей богатые бриллиантовые букли. — Она стала по правую его руку и раздавала награды: 1. Фрейлине Ан. Вас. Паниной золотую табакерку с бриллиантами. 2. Гр. Ек. Ал. Бутурлиной бриллиантовый перстень. 3. Кн. Ив. Ан. Шаховскому бриллиантовую петлицу и бриллиантовую пуговицу на шляпу. 4. Полк. Ребиндеру трость с бриллиантовой головкой. 5. Гр. фон-Штейнбоку бриллиантовый перстень. — Возницам, за их искусное управление: 1. Поручику конной гвардии фон-Ферзину золотую записную книжку с финифтью; 2. Секунд-ротмистру конной гвардии Щепотьеву золотую табакерку с финифтью; 3. Камергеру гр. Дм. М. Матюшкину золотую готовальню с финифтью. — Потом читан был приговор, подписанный главным и 12 судьями, а именно: 1. Фельдмаршалом гр. Батурлиным; 2. Обер-егермейстером Нарышкиным; 3. Генерал-аншефами: кн. Голицыным. 4. Глебовым. 5. гр. Чернышевым. 6. Паниным. 7. Олицем. 8. Генерал-поручиками: Веймарном. 9. Бергом. 10. Дицем. П. Бибиковым и 12. Майором конной гвардии кн. Голицыным. Приговор был следующего содержания: „Ничто не может быть так лестно для рожденных от благородной крови, как пред лицом монархини и многочисленных зрителей отличиться искусством в бегании, заслужить всеобщую похвалу и награду. Из истории храбрых народов известно, что они учреждали в мирное время военные забавы, чтобы не заразиться праздностью. Эти забавы воспламеняют похвальное стремление к битвам, возвышают душу и укрепляют тело, и с тем вместе открывают путь к геройским подвигам. Наша монархиня, возвеличенная во всем свете своим миролюбием, исполнена истинным геройским духом. Она, воодушевляя сердца храбростью, желает заблаговременно приучить самую мысль к воинственным доблестям, чтобы при необходимости ополчения за веру, отечество и престол умели поражать врагов. Каррусель есть школа для воинов: он, соединяя приятное с полезным, доставил ныне дорогой случай к отличиям и прекрасному полу. — Мы ожидали, что в этом карруселе примут участие приезжие иноземцы из дальних пределов царств, чтобы показать свое искусство; но они не явились, хотя еще в прошедшем году было об этом объявлено — не явились без сомнения потому, что не надеялись восторжествовать над нами. Отличившиеся в беге достойно почтены наградами, и мы поименовали их беспристрастно“. За этим следовали имена награжденных подарками. По прочтении приговора императрица угощала участвовавших в карруселе обеденным столом, за коим играла духовая и инструментальная музыка. После обеда начался маскированный бал, который продолжался до пятого часа утра. Этим закончился первый каррусель. Второй, возобновленный через несколько недель, происходил в том же самом порядке, перед Зимним дворцом (июл. 11), и первую награду снова получила гр. Нат. Петр. Чернышева, которая раздавала остальные: 1. фрейлинам: Елизав. Ник. Чеглоковой, 2. гр. Ан. Петр. Шереметевой, 3. гр. Штейнбоку, 4. Ферзину, 5. подпоручику Жеребцову, 6. камергеру бар. Алек. Ив. Черкасову. Но как между братьями Орловыми открылось соперничество, доходившее до явной ссоры, и главный судья не знал, кому из них отдать первенство, а с тем вместе и награду, потому положено было решить соперничество взаимным ратоборством. На другой день явились графы Орловы в броне и с прежним пышным шествием кадрилей. По данному знаку трубою они оба начали бег с такой стремительностью, искусством и ловкостью, что долго не знали, кого предпочесть. Однако главный судья отдал преимущество Григ. Григор. Орлову, поднес присужденную ему награду и другую, тайно заготовленную по собственному его распоряжению, лавровую ветвь. — Это всех изумило. — Дамы подносили ему букеты цветов, поздравляли его с победою и потом с торжеством проводили его в театр, в котором давали тогда оперу „Дидона“. Государыня и весь двор, быв свидетелем торжества Орлова, присутствовали в театре. Тут встретило его рукоплескание, и оно раздавалось беспрерывно. Гр. Алексея Григорьевича почтили одними лестными адресами [354] .

С тех пор не возобновлялся каррусель, и теперь он совершенно забыт.

В наше время лучшее удовольствие, кроме танцев, доставляют театры, которые были уже известны в царствование государя Алексея. Бояр. Арт. Серг. Матвеев, будучи любителем театра, первый выписал труппу комедиантов, которые играли в Преображенском и Кремлевском дворцах комедии и трагедии и сверх этого увеселяли танцами и балетами. Из игранных в то время комедий известны: 1. „Притча о блудном сыне“. 2. „О Навуходоносоре царе, о теле злате и о трех отроцех, в пещи сожженных“. 3. „Навуходоносор, Мемухан, Моав, Амон, Нееман, Корей, Лапид, четыре протазанщика, четыре спальника“. 4. „Артаксеркс и Аман“. 5. „Олоферн и Иудиф“ [355] . В „Разрядных записках“ 1676 года сказано о комических играх: „Тешили великого государя иноземцы, как Алаферна царица царю голову отсекла, и на органах играли немцы, да люди дворовые боярина Артамона Сергеевича Матвеева“, далее: „Как Артаксеркс велел повесить Амана, и в органы играли, и на фиолах, и на инструменты и танцевали“, далее: „Тешили великого государя на заговенье немцы и люди Артамона Сергеевича на органах и фиолах и на инструментах, и танцевали, и всякими потехами разными“ [356] . Народ смотрел на это с изумлением. Он долго никак не мог верить, чтобы все это делалось людьми: он думал, что нечистый дух вселялся в них и забавлялся зрителями. Многие из простолюдинов боялись говорить с актерами, полагая, что в них поселился дьявол; не смели есть из одной с ними чаши, почитая оскверненным; хлеб, одежду и деньги не иначе принимали от них, как по прочтении молитвы; избегали всякого сообщества с играющими на театре, даже чуждались самих зрителей; душу актеров считали погибшею. Такое мнение в народе господствовало долго, до начала XIX века. Тела актеров часто не предавали погребению, считая их за богохульников и за людей, живущих в дружбе с чертями [357] .