Чтение онлайн

Скажете смешно? Ну, с США и Франции моего бывшего мира существуют гусары и драгуны, что во время последней мировой войны пересели на танки, так почему у меня не может быть кавалерии на стальных конях? Время рассудит, кто тут прав, тем более, что на завтра намечен первый рейд моей колесной кавалерии по соседским кочевым стоянкам. Больно хочется мне выяснить, куда делись люди, угнанные из моих поселков во время налета.

Между тем народ продолжал радоваться, новоназначенные командиры уже сами вызывали своих подчиненных, вручая им новые погоны и поздравляя с новыми назначениями.

А на наследующий день, когда отгремели звуки праздника, вновь наступили суровые будни фронтира. Я проводил эскадрон велосипедистов, во главе с поручиком Галкиным в рейд по кочевым стоянкам, после чего сел на поезд и выехал, а сторону поселка Рудного, требующего собой заботы и внимания.

В Рудном.

Орел или коршун, бывший вражеский шпион, спланировал во двор моей резиденции, стоило лишь нам с вестовым войти во двор, после чего он долго ходил по двору, недовольно клекоча и хлопая крыльями, пока его «крёстный», ругаясь на крылатого проглота, бегал по соседям, в поисках свежего мяса. С достоинством приняв подношение, орел еще какое-то время походил по двору, показывая, что он здесь тоже не последнее существо, попытался клюнуть, подкрадывающегося к его хвосту, Пирата, и лишь после этого улетел в небо, где уже кружила парочка его собратьев.

На следующий день.

— Ваша светлость, ваша светлость! — мой вестовой прибежал на окраину города, когда я, с командиром местного гарнизона, намечал на месте рубежи строительства линии городских укреплений.

— Что случилось? — я поймал бегущего с горки солдатика за плечи и крепко встряхнул его.

— Беду чую, ваша светлость… — задохнувшийся от бега солдат обвис в моих руках: — Я сегодня, по привычке, на небо поглядывал, там опять басурмане своего шпиона запустили…

— Откуда ты узнал? Они же в небе все одинаковые.

— Не знаю, ваша светлость, просто этот, совсем, как наш тогда, висел над самим поселком и не пытался ни на кого охотиться, у меня, глаз-то, уже набит…

— Продолжай.

— Так вот, а потом я вижу, что наш из-за холма вылетел и на тот холм спикировал, и там в кустах пыль поднялась просто столбом, а потом тот, что в небе висел без продыху, тоже туда камнем ринулся…

— Да кто — «наш» и куда кинулся?

— Так наш орел, что вчера за мясом прилетал. Я его теперь сразу узнаю.

Так. Может быть я на воду дую, но мне эти передвижения орлов совсем не понравились.

— Господин подпоручик… — я повернулся к ротному, что сегодня щеголял в новых погонах: — Поднимайте дежурный взвод и разведчиков на велосипедах и двигаемся на тот холм, что вестовой показал. И это надо сделать быстро, очень быстро.

На холме, на который указал мой глазастый порученец, мы обнаружили двух орлов, мертвого, и еще живого, который, как уверил меня мой вестовой, и есть наш, а также множество конских и человеческих следов, пятна крови и вскрытую упаковку от британского перевязочного пакета.

— Птицу. — я указал вестовому на еле шевелящегося, орла: — Ко мне домой, постарайся что-то сделать с ней, перевяжи или еще что. Подпоручик, организуйте прочесывание этого и соседнего холма, может быть что-то интересное найдете, я с разведчиками попробую организовать преследование кочевников, благо следы коней пока четкие.

Самое смешное, думал я, налегая на педали своего личного велосипеда индивидуальной сборки, что постоянно ездил со мной в моих поездках по княжеству, что этот холм, утром, как и весь периметр вокруг поселка, осматривал мой ворон, совершающий патрульные пролеты утром и вечером. Скорее всего, враги засекли мою птичку и занимали позицию для наблюдения в промежутке между утренним и вечернем пролетом. А значит, птицу надо беречь, пока ее не убили, или еще что хуже. Спасибо раненному орлу, что поднял тревогу. Судя по следам, крылатые хищники знатно кого-то потрепали на холме. Может быть это бред, но если принять за версию, что выхоженный нами с вестовым орел-шпион запомнил британского мага или местного шамана, который двое суток заставил его, без сна и отдыха, пищи и воды, висеть в воздухе, а потом бросил обессиленную птицу подыхать, найдя себе, на следующее утро, нового шпиона. А сегодня первый орел обнаружил своего обидчика и атаковал. А потом к веселью присоединилась вторая птица, поневоле ставшая воздушным соглядатаем сегодня. Очевидно, что маг или шаман, при нападении «моего» орла, утратил ментальный контроль за второй «птичкой» и та его тоже атаковала…

— Ваша светлость, вон они! — меня, несмотря на то, что мой велосипед был значительно легче, обогнал командир отделения разведчиков, что из-за всех сил налегал на педали: — Вон они скачут!

Впереди, нахлестывая коней, скакали несколько всадников. Позади основной группы заметно отставая, мчались двое. Один тянул за повод лошадь своего товарища, которого сильно мотало из стороны в сторону казалось, что он чудом удерживается в седле.

Глава тринадцатая.

Налегая на педали и пытаясь удержать бьющий по рукам, куль велосипеда, я начинаю понимать, что недоработал я свое транспортное средство, нужен, очень нужен тут какой-нибудь моторчик, да хотя бы на кристалле, чтобы в такие моменты не соревноваться с лошадью, у кого дыхалка вытянет, а резко ускориться…

— Стой! На подножку! — мы вылетели из-за очередного холма, и я понял, что надо заканчивать эти гонки: — Огонь залпами, по команде! Стрелять по последним всадникам!

Разведчики споро соскакивали с, поставленных на подножку, велосипедов, прилаживали стволы винтовок на рогульки рулей, прикладывались к прицелам, стараясь успокоить дыхание.

— Залп! — дым отнесло в сторону, и я удовлетворенно кивнул — одна лошадь билась на земле, вторая догоняла своих товарок уже без всадника:

— Перенести огонь на основную группу. Залп!

Кто-то еще упал в рядах удирающих кочевников, остальные, не оглядываясь назад, на павших товарищей, только ниже пригнулись к шеям животных, отчаянно подстегивая коней.

— Отставить стрельбу. Унтер командуйте, потихоньку двигаемся вперёд. В небольшой ложбинке, к которой мы подъехали через пару минут, упавшая лошадь уже встала и, настороженно косясь на нас глазом, хрупала сухую траву. Молодого паренька, типичного кочевника, в засаленном, рваном стеганном халате и с бритой наголо головой, мы нашли уже мертвым. Обширная рана в спине и неестественно вывернутая шея — печальная череда роковых совпадений. Богиня удачи от него сегодня отвернулась. Второй де тип, одетый в местные штаны, рубаху, жилетку и куртку, но, на удивление, чистые, был слишком рыжим, чтобы сойти за аборигена окружающих степей.

«Турист» был еще жив, но без сознания, и, в крайне тяжелом, состоянии. На затылке и шее его запеклась кровь, а вместо левого глаза зияла жуткая рана. Мне кажется пуля из револьвера в голову стала для него истинным милосердием. Взять в плен? Подлечить и допросить? Нет, спасибо, слишком опасным стал бы для моих людей пленный маг, как только магические силы вернулись бы к нему. Видимо, кто-то из орлов сумел нанести своему мучителю тяжелую рану, выклевав глаз, после этого маг-разведчик не смог ни сконцентрироваться, чтобы подлечить себя или оказать нам сопротивление, ни, даже, удержаться на лошади.